Он съел моего фамильяра - Евгения Бергер

И они поспешили к столу, за которым Демиан сидел в одиночестве. Сидел и глядел на увлеченно лакающего молока с блюдца калабриуса... Он периодически подливал ему молока из бидона и, кажется, хотел испытать, сколько влезет в эту ненасытную прорву.

- Я думаю, он хочет выпить все, - заявил он на полном серьезе, едва девушки вошли в комнату. - Это его десятое блюдце.

- Пусть пьет, миленький мой пушистик, - умилилась Сладкая Молли. - Героям - все самое лучшее. - И поглядела при этом на Демиана. - Садитесь, я быстро накрою на стол и будем ужинать! - добавила она следом. - Вы, должно быть, проголодались.

- Изрядно, - подтвердил молодой человек.

И Молли начала заставлять стол десертами всех сортов: бланманже, ягодный пудинг, круассаны с шоколадной начинкой, профитроли с заварным кремом и многое-многое другое. В завершение вытащила из печки тот самый бриошь и водрузила его прямо по центру стола...

- Готово, - с улыбкой заключила она и, довольная, оглядела заставленными сладостями стол.

Вика и Демиан обменялись недоуменными взглядами.

- Я как-то слышал, - произнес молодой человек, - что альварийцы всегда начинают трапезу только с десерта, лишь после этого переходят к менее... сладкому.

Молли захлопала в ладоши.

- Я обожаю десерты, - продолжала улыбаться она. - Не понимаю, как можно есть что-то другое!

- То есть другого не будет? - решила уточнить Вика.

И девушка всполошилась:

- Ты не любишь бриошь и ягодный пудинг?!

- Люблю... конечно, - аккуратно, не зная, как бы тактичнее донести истину, ответила Вика. - Но обычно десерт - это десерт, а все остальное... все остальное.

- «Все остальное», - сникла Сладкая Молли, - я пока не умею готовить. Только десерты. Я и сама состою только из сахара и карамели... - И вдруг вспыхнула, словно лампочка, новой идеей: - А хотите попробовать Молли на вкус? Говорят, что я очень сладкая. - И она чуть откинула шею, приглашая продегустировать... ее вкус. Должно быть, считала это какой-то особенной привилегией...

Час от часу не легче! Вика даже закашлялась.

- Нет уж, спасибо, - сказала она. - Как-нибудь обойдусь.

Но Молли не унималась:

- Сама я не знаю, но замечала, что каждый понимает мой вкус по-другому. Одним он напоминает конфеты ириски, другим - фундук в карамели. Третьим...

- И многим ты позволяла... себя дегустировать? - вклинилась Вика.

Молли, должно быть, уловила насмешку, так как ответила без улыбки:

- Многим не требуется разрешение: они просто берут свое, вот и все.

И Вике стало жаль эту бедную девочку, Демиан, видно, тоже из жалости произнес:

- Я... хотел бы попробовать. Если ты, конечно, не против...

Вика таааак на него посмотрела, что бедняга предпочел сделать вид, что этого не заметил...

Молли же с явным восторгом вспорхнула ему на колени и снова откинула шею. Демиан, пусть и смущенный этой детскою непосредственностью, вида старался не показать... Примерился раз или два, а после неловко лизнул ее шею прямо за ухом.

- Слюнями не подавись, - буркнула Вика, отвернувшись к стене.

Видеть эту картину ей было невмоготу...

А Сладкая-будь-ей-неладно-Молли уже щебетала:

- И как, что ты чувствуешь?

Вика не удержалась:

- Уж чувствует, можешь поверить, только не языком.

Демиан покраснел, самым натуральнейшим образом, и просипел:

- Чувствую...

- Да уж, скажи, что ты чувствуешь...

- Чувствую... - с напором повторил молодой человек, посмотрев Вике прямо в глаза, -яблочную «Шарлотку» с кремом из взбитых сливок и шоколадом.

- Подумать только, какой изысканный деликатес! - припечатала Вика, а Сладкая Молли обвила шею парня руками.

- Вот видите, я оказалась права, - сказала она, - все ощущают это по-своему. Но с «Шарлоткой» меня сравнил только ты, - прошептала у лица парня.

И Вика сглотнула... от ванильности происходящего. Просто как-то вдруг замутило...

- Можно я пойду спать? - спросила она. - Я сыта... этим по горло, - закончила совсем тихо, сквозь зубы.

Комната ей досталась их розовых воздушных зефирок - не самая подходящая под настроение, но Виктория просто хотела немного поспать. День выдался нервный... И чем дальше, тем хуже.

Пусть облизываются, коли им обоим приспичило...

Она залезла под одеяло и закрыла глаза.

И проснулась под странный ритмичный стук и до странности подозрительные слова:

- Вот так... да-да... толкай сильнее... О да... да! Не останавливайся. Мне нравится, что ты делаешь... Продолжай.

И снова «стук, стук, стук» в одинаковом ритме. Сердце у Вики, в противовес этому ритму, сбилось с привычного такта... Замерло на мгновенье и зачастило с бешеной скоростью.

Вот тебе и «без признаков пола», ага.

Сладкая-будь-она-проклята-Молли!

Вика сунула голову под подушку и постаралась отрешиться от звуков из другой комнаты, выходило не очень... Только злость подступила к самому гору и застряла там возмущением.

- Да в конце-то концов! - в сердцах выдохнула она и вскочила с кровати.

Бросилась к двери и распахнула ее, намереваясь отчитать обоих бесстыдников, и застыла с открытым ртом...

Демиан раскатывал тесто.

Налегал на него скалкой всем своим телом, а Молли руководила процессом, сидя на стуле и наблюдая внимательными глазами.

- Мы тебя разбудили? - Она первой заметила Вику. - Извини, Демиан ничего не смыслит в кулинарии, мне пришлось обучать его с самых азов. Мы так увлеклись...

- Тесто раскатываете... - как бы самой себе, независимо от ее слов, произнесла Вика.

И улыбнулась. От сердца вдруг отлегло! Даже дышать стало легче...

- Раскатываем. А ты что подумала? - спросил Демиан, утирая вымазанный в муке нос.

Сам он, в кружевном женском фартучке и колпаке, выглядел так комично... и мило, что Вика почти простила его за желание «миловаться» со сладкими девушками.

- Ну... сам понимаешь... со стороны вас послушать, так...

Демиан покачал головой, пряча улыбку.

И произнес:

- Ты плохо обо мне думаешь...

- Я не думаю... я вообще не думаю о тебе... никак.

- В самом деле?

- Я думаю лишь о том, как найти мою дочь.

Демиан опять покачал головой, только уже без улыбки.

- Такая взрослая, а ведешь себя словно ребенок...