Первый всадник. Книга вторая - Анастасия Сиалана

Скатертью ему дорожка! Уж с тремя высшими мы как-нибудь справимся.

Вскоре подъехали девочки с грехами. Естественно, не вместе, а по строго спланированному расписанию. Пороки прибывали в течение дня, а всадники явились вечером. Девочки приехали вдвоем, нарушая порядок, но я была уверена, что на это была причина. Они сильно удивились, увидев трех колоритных мужчин перед домом, но постарались сделать вид, что их там и вовсе не сидело. Грехи остались патрулировать периметр, а Люба и Вера зашли внутрь.

– Это что за три мушкетера из преисподней? – с порога начала допрос Вера, указывая большим пальцем себе за спину. Она такая, за словом в карман не лезет.

– Бельфегор, большой любитель литературы, и два его собрата. Лично с последними пока не знакома, – устало выдохнула, отпивая вина из большого бокала на длинной ножке.

Мне необходимо было расслабляющее средство, что угнетало нервную систему. На ум из всевозможных препаратов пришел только алкоголь в качестве их замены. Полбутылки уже было во мне.

– И кто из них литератор? – Люба смотрела в окно на князей, разматывая шарф. На улице значительно похолодало.

– Хлорка.

– Это кто? – Оба всадника не поняли, о ком я.

– Неудачная кличка, значит, – сама себе сказала и продолжила: – Пергидрольный который.

– Блондин, значит. Смотрю, вы довольно близко познакомились, – весело заметила Вера, имея в виду потрепанный вид Неваляшки.

– До переломов, – фыркнула и отпила из бокала, наслаждаясь приятным терпким вкусом.

– О, дошло до интима! – восхитилась Чума и, изображая поступь роковой красотки, зашла ко мне на кухню.

– Коснулась всех его внутренностей, но только косвенно. Мы решили ограничиться прелюдией, – подхватила метафору я.

– Ах ты развратница! Оставила сладенькое на потом, м? – И Вера обняла меня со спины, мурлыча слова на ухо.

– Ага, как же!

Со второго этажа спустилась Надя. Она дожевывала эклеры из бумажного пакетика и явно собиралась на кухню, чтобы испечь новую порцию вкусностей. Наша Саранча за день уже забила холодильник и кладовую под завязку, но выпечка исчезала на глазах, поэтому каждые три часа Голод вновь принималась за готовку.

– Сладенькое она получила от Люци. – И черноволосая красавица без грамма лишнего жира коварно улыбнулась.

Вера это заметила, как и Люба. Девчонки переглянулись и перевели взгляд на меня.

– Рассказывай, – выразила всеобщее желание разузнать побольше Люба.

Девчонки мигом расселись вокруг меня, ожидая подробностей. Если они думали, что я расскажу им о роковой страсти, страдашках и ухаживаниях со стороны дьявола, а они на это, похоже, и рассчитывали, то в итоге сильно разочаровались.

– И это все? – Вера произнесла это так, будто получила в подарок не квартиру, а коврик у двери.

– Нет, ну информация важная. Хоть с одной стороны нас перестанут преследовать и перетягивать к себе. Я согласна на предложение Люцифера. Вырос мальчик, – вычленила самое важное Люба. Она всегда была рациональнее всех нас.

– Я согласна с тобой, но ожидала пикантных подробностей, а Ви все сократила до основной мысли, – бурчала Чума, разлегшись на столешнице.

– Она упустила момент, где щека дьявола встретилась с ее кулаком, – сдала меня с потрохами Голод.

– А вот и пикантные подробности! – воспрянула духом вирусолог.

– Дай-ка сюда свою ладонь.

Люба мгновенно превратилась в профессионала своего дела и осмотрела мою ладонь на наличие переломов и разрывов ткани. Ее больная мозоль, но сейчас я была не против. Кажется, девочки знали о крепости дьявола.

– Что ж, наш Самаэль стал совсем взрослым, – со странной нежностью заметила Смерть и начала накладывать мне повязку. – Одна костяшка раздроблена, остальные в порядке. Заживет к утру.

– Ты говоришь о дьяволе как о соседском мальчишке, что вырос на твоих глазах.

Это казалось мне непонятным. Ведь Люцифера должны опасаться и уж точно не водить с ним дружбу. А такая покровительственная нежность вообще пугала. Я стала ощущать себя невероятно маленькой в обществе столь древних существ, что по ошибке являлись моими подругами.

– Ты просто не помнишь, Ви. Мы старше всех ангелов и архангелов. Нас создали в одно время с серафимами. Только архонты старше нас. Мы четыре первозданные силы, что обрели свое предназначение гораздо позже. – Люба ласково улыбнулась, заканчивая с перевязкой.

– Я видела Люци, когда тот еще под золотой трон папочки пешком ходил. Совсем юный архангел, – подтвердила слова подруги Чума.

– И я видела?

В горле пересохло. Никак не укладывалось в голове, что я могла быть настолько могущественна и стара. Никогда не думала, что память так сильно влияет на личность. Если бы я вспомнила себя прошлую, стала бы я иначе относиться к дьяволу, к князьям, к ангелам и к людям? Сохранила бы циничность и превосходство? Эти вопросы неожиданно начали меня мучить.

– Ты нянчилась со всем выводком архангелов. Люци был твоим любимчиком. – И Вера многозначительно подмигнула. – Уже тогда между вами что-то было.

– Тогда мы были свободными. Нам еще не дали имен, не заковали в цепи определенной силы и не лишили выбора. Да, мы не чувствовали так, как сейчас, но привязанности у нас возникали, – продолжила мысль Смерти Надя, даже отложила свои эклеры.

– Так что же получается? Я старше дьявола и когда-то вытирала ему сопли?

Это был удар ниже пояса. Столько времени я тряслась внутри от присутствия Люцифера и боялась его силы, а выходило так, что все это не имело под собой оснований? Да что за нафиг?! Я многовековая небесная старушка?!

– У ангелов не бывает соплей, – хрюкнула Вера, снова рассыпая свои золотые кудри по столу.

– Ты поняла, о чем я!

– Да, Ви. Ты старше Самаэля и когда-то учила его держать в руках меч. Собственно, как и остальных архангелов. Из нас четверых эти спиногрызы бегали хвостиками именно за тобой, – ответила на мой вопрос Люба.

– Может, это потому, что кто-то при виде крылатых косу доставал? – поддела подругу Чума, снова хрюкая. Кажется, у нее начинался приступ смеха.

– Чем ты была лучше? Чуть что, обещала им крылья поотрывать, – вернула колкость реаниматолог.

– Эй! Они наступали мне на ноги. Такие мелкие пакостники, – возмутилась Вера. Даже приподняла голову от стола.

– А меня они просто боялись. Сама не знаю почему.

Надя загрустила от воспоминаний, напрочь позабыв об эклерах. Однако я не ожидала, что Люба с Верой заорут в один голос:

– Ты их сожрать хотела!

– Неправда. Я просто один раз порассуждала, насколько вкусными могут быть новорожденные архангелы. Это же не значит, что я собиралась их есть. – Саранча обиженно надула губки, слезла со стула и с горя принялась замешивать тесто. Девочки лишь покачали на это головой.