Арагон - Маргарита Кольчугина

Он с любопытством осматривал ветку в моих руках, словно ожидал от нее ответ, почему та убивает магически опасных рыцарей, которых не берет более острое холодное оружие.

— Я…, — я запнулась и ответила честно, — Схватил первое, что попалось под руку.

— Да ты везунчик, Мар Смелор! — раздалось от принца, и я не поняла с каким эмоциями он это сказал. Меня сейчас похвалили или оскорбили?

— Нужно искать рыцарей, вдруг они тоже встретились с этими… Пошли, — сказала я, бросая палку и направляясь дальше по тропинке в ту сторону, путь к которой нам преградила Беатрис. Запоздало мелькнула мысль, что не стоит так гулять по лесу, когда рядом на свободе разгуливает ведьма с прислужниками.

— Мар?

— Что? — я обернулась, не понимая, что принцу надо.

— Это я должен отдавать приказы, забыл? — он искусно поднял бровь.

— Ах, да, прости, — сказала и, помолчав, спросила, — Ты готов? Идем.

Возмущенный взгляд, просверливший спину, я героически проигнорировала.

Рыцарей мы нашли. И даже не только их. Оказалось, они услышали крики о помощи. Лесоруба придавило деревом, и отважные королевские рыцари нарушили приказ принца, бросившись спасать несчастного парня. И нет, Беатрис никто не видел.

Я с сомнением смотрела на Дамиана, который был одним из тех, кто совершил подвиг, таская дерево.

— Ты просто не слышала эти крики, мы подумали, что правда кого-то убивают, — покраснели уши друида.

Лесоруба зачем-то прихватили с собой. У него было повреждено колено, и он не мог ходить, не говоря уже о том, чтобы работать. Друид, добрая его душа, отдал ему своего коня, и парень с восторгом сидел на нем, сияя глазами. Выглядел он на пятнадцать лет, но отчего-то мне казалось, что он старше.

Адриан возвышался на лошади одного из рыцарей, которые шли за его спиной, понурив головы. Все-таки — нарушение приказа. То, что они спасли кого-то — это, конечно, похвально. Но каждый раз, когда мой взгляд падал на Андреса, у меня начинали чесаться руки. Столкнуть! В воду! Он что, до сих пор не вырос с детских игр? Совсем не смотрелись такие действия для рыцаря Арагона. Я поморщилась.

— Хватит убивать взглядом, здесь много свидетелей, — добродушно сказала добрая друидская душа.

Я вздохнула и, отвернувшись от рыцарей, посмотрела на ворота замка, к которым мы приближались.

— Парня — к лекарю, — пошли приказы принца, — Рыцари — на площадку, у меня к вам серьезный разговор.

— А я? — спросила я, прежде чем подумала и тут же пожалела об этом. Нет-нет, мне хватило уже приключений, не надо мне еще заданий.

Адриан посмотрел на меня так, будто бы видел впервые. И к моему облегчению, он не придумал чем меня занять.

— Можешь отдыхать, Смелор.

Удивилась, кажется, не только я. Рядом споткнулся Дамиан. У него всегда был талант спотыкаться на ровном месте. Но на доброту принца я не купилась — тот явно помнил о том, что я посмела на него накричать, и придумывал месть. Точно, иначе и быть не могло.

Так и разошлись. Я глядела вслед принцу подозрительным взглядом, а рыцари, идущие за ним — завистливым — на меня.

Мой же путь лежал в библиотеку — отдыхать. Но этой мечте не было суждено сбыться.

— Ты ни слова не сказала об озере! — возмущался Роберто.

— Омуте памяти, — скромно исправила я его, развалившись в кресле. Только сейчас заметив, в каком напряжении была моя спина, я с удовольствием расслабилась.

— Тем более! — и через секунду, — Что?

— То, что видят в омутах памяти — это правда? — спросила я Роберто, вспомнив о видении брата.

— Чаще всего призраки говорят правду, — уклончиво ответил дядя, — Но если они были призраками уже слишком долго… то могут пытаться манипулировать жизнью людей, искажая правду.

Я вспомнила озеро, которое появилось там, где его не должно быть, и не могла понять, что же его вызвало. Беатрис говорила, что виноват король. Значит это связано с вырубкой леса? Выходит, таким образом пытался защититься лес, наполненный магией. Ведь если лесорубы будут видеть призраков — это сильно замедлит их работу. Но было тут что-то неправильное. Никто не должен видеть призраков. Это противоестественно. Даже если сама природа таким образом противостоит искоренению магии в этих землях.

— Как можно избавиться от озера? — спросила я, но ответа не последовало. Роберто не знал. Значит, будем действовать по старинке.

С сожалением оторвавшись от мягкого кресла, я встала. Просто так оставлять дела было нельзя. Роберто, уже привыкший к моим выходкам, не стал меня останавливать и задавать вопросы.

Когда я вернулась к озеру, ничего не изменилось. Осматриваясь, чтобы случайно не раскрыться перед каким-нибудь запоздавшим лесорубом, я присела на корточки. Моего отражения, как и ожидалось, не было. Потянув руку к воде, я закрыла глаза. Ведь может тогда я не увижу того, что не должна?

— Магия — странная штука. Она может быть жестокой, красивой, злой и доброй. Не все, кто владеет магией, похожи. Они очень даже разные и принимают необычные формы. Знай, что настоящую магию ты не предаешь.

Уже не открывая глаз, я знала, кто говорит. Голос из воспоминаний. И я должна была увидеть ее, ту женщину. Открыв глаза, в какой-то миг мне показалось, что я просто вижу свое отражение в воде. Взлохмаченные рыжие волосы, бледная кожа, но глаза были серыми, как камни, что лежали на дне. За спиной женщины было что-то темное, мутное и расплывчатое, но я узнала его. Ведь видела прежде. Эта тьма именовалась чернокнижником Драко Мирида. Почему я увидела его в отражении омута памяти, не успела даже задуматься. Он исчез также быстро, как и появился. Вслед за ним исчез и облик матери.

Я знала, что по крови я не являлась членом семьи Смелор. Я лишь была сиротой, найденной в послевоенное время. Это не являлось редкостью — брошенных детей в то время было немало. Роберто нашел запуганную, ничего не помнящую маленькую девочку и отправил на воспитание к своей сестре, Галисии. И я никогда даже не задумывалась о том, кем были мои родители и почему я оказалась в лесу одна. Потому что я видела — я такая не одна. В Оске был десяток подобных детей, у которых родители погибли во время войны.

От мыслей меня отвлекло неожиданно возникшее пламя. Я шарахнулась в сторону, глядя, как по воде расползается огонь. Лучший способ избавиться от озера — это высушить его. Правда, я