Пустой трон Одиссея - Рю Эмерсон

— Точно, — сказала Габриэль. — Вообще-то мне больно, — добавила она. Собран смущенно заморгал, тихо охнул и отпустил ее. Девушка улыбнулась: — Благодарю. Теперь ты можешь успокоиться. Перед тобой Зена. Может, ты о ней и не слышал, но она великий воин, ей все нипочем, — Зена чуть подняла глаза и перехватила удивленный, испуганный взгляд моряка и улыбнулась, на этот раз ободряюще.

Собран отвел глаза и посмотрел в море, вдали виднелась туманная полоса — должно быть, остров Итака.

— Значит, Драконт, — пробормотала Зена, Габриэль бросила на нее тревожный взгляд, беспокоясь, не сболтнула ли она лишнего. Но Сокран так тревожился…

Геспер отрывисто кивнул моряку:

— Зена спасла всех мужчин Изоса; но это слишком длинная история. Когда-нибудь я расскажу тебе. Поверь, Сокран, на нее можно положиться.

Все еще придерживая уздечку, подошел Алеппис и тоже кивнул:

— Это точно, — еле слышно пробормотал он и украдкой взглянул на воительницу: услышала ли? — Прости, я только хотел…

— Ну конечно! — весело перебила Габриэль, но стоило ей взглянуть на подругу, как от веселья не осталось и следа. — Можно с тобой поговорить, Зена? Всего минутку. — Воительница кивнула. — Тогда не будем терять время. Может, вы трое пока займетесь погрузкой?

Зена поддержала подругу:

— Начинайте погрузку. Мы ненадолго, — она повернулась спиной к кораблю и отошла на несколько шагов. — Ну?

С минуту Габриэль молчала, нахмурив лоб и глядя перед собой отсутствующими глазами, и наконец сказала:

— Я знаю, что ты задумала, Зена. Вижу по глазам.

— Неужели?

— Ты собираешься пойти к Драконту и сделать вид, что ты прежняя Зена, жестокая и опасная, которую он знал и любил, да? Как с этим вшивым Мезентием и остальными…

— У тебя есть идея получше? — мягко спросила воительница, когда Габриэль затихла.

— Может, появится, если ты дашь мне время.

— У нас нет времени, Габриэль. Ты слышала, что сказал Собран. Драконт убьет заложников.

Габриэль в отчаянии развела рунами; волосы ее беспорядочно бились на ветру. Словечко, немало удивившее подругу, слетело с ее губ. Девушка машинально поймала пряди и обернула их вокруг руки.

— Я боюсь, что ты останешься с ними.

— Кто знает, — перебила Зена. — Только не в этот раз. Драконт не станет мне доверять, такова его натура. Зато Полизей простак, — воительница поджала указательный палец, подняла руку и невесело рассмеялась.. — Он поверит всему, что я скажу.

— Но…

— Ценю твою заботу, Габриэль, поверь, — Зена взяла девушку за руку. — Но в городе мирные жители: женщины, дети и слуги, которые никогда не держали в руках орудия. Если Одиссей и оставил на острове вооруженных людей, им все равно не сравниться с вояками Драконта. Мы их единственная надежда. Впрочем, можно отправить посланца к царю Менелаю и подождать, пока он пришлет сюда войско.

Габриэль фыркнула:

— О, конечно! Ради старого друга он готов на все! — Может быть. А может, и Нестор тоже. На это уйдут недели, но у жителей Итаки их нет, — воительница зашагала по песку.

Сокран присматривал за погрузкой вина и зерна, но мысли его были далеко, там, где за морем угадывалась полоска земли. Когда Зена вернулась, он едва не ломал руки.

— Сокран, нам надо поговорить, — сказала воительница. — Разговор недолгий. Не перебивай, и тогда мы закончим совсем быстро. А еще лучше, собери всех на палубе, пусть тоже послушают. — Зена слегка подтолкнула моряка, он замахал руками, стараясь удержать равновесие. Воительница заняла его место рядом с двумя поселянами, поднимавшими на корабль за веревочные ручки тяжелую корзину с вином. Габриэль пошла следом.

Двое моряков оказались подростками, рулевой же был старше Сокрана. Это был хилый седой мужичок; мускулы у него наблюдались только на правой руке: следствие его нелегкой работы. К чести рулевого надо сказать, что именно он разом утихомирил товарищей, когда Зена взошла на палубу. Достаточно было его знака и одного слова. Рулевого, в свою очередь, угомонил Сокран, Алеппис и Геспер все еще возились с корзиной, пытаясь укрепить ее понадежнее. Зена бросила на них короткий взгляд, затем оглядела собравшихся.

— Есть ли среди вас те, кого не ждут на острове семьи?

Мальчики переглянулись и застенчиво подняли руки.

— Мой отец ушел с царем на войну, а мать умерла прошлой осенью. Единственный мой родственник — двоюродный брат, — юноша кивком указал на другого парнишку.

— Меня воспитала семья Розеноса, — сказал тот. — Отец тоже ушел воевать. А мать умерла, когда я был младенцем.

Габриэль отвернулась, прикрыв увлажнившиеся глаза.

Зена кивнула:

— Ясно. Вы останетесь здесь, а мы с Габриэль займем ваши места, — прежде чем мальчишки успели возразить, воительница повернулась к рулевому. — На берегу есть охрана? Судно проверяют?

Он посмотрел куда-то вдаль:

— Как только мы причалим, нас встретят двое стражников: один по колено в воде, другой на твердой земле. Тот, что в воде, поднимется на корабль и обыщет его, второй помчится во дворец доложить, если что-то не так. Он на коне.

— А что не так. Скажем, он обнаружит на корабле лишних?

— Ну, если кто-то из нас пропал, или на судне не тот груз… Они сказали: любая мелочь.

— Как твое имя, рулевой?

— Мелайос, воительница, — он указал на чернобородого, черноволосого великана, который увязывал корзину с вином: — А это Зоран.

— Значит так, Мелайос. Высади двоих мальчиков на берег и столкни корабль в воду… Стой! Нам нужны их хламиды и шапки.

— Мальчики могут вернуться с нами в Изос, — предложил Геспер, выбираясь из трюма.

— Возвращайтесь скорее и отправьте гонца в Пилос, — велела Зена. — Сошлитесь на меня, чтобы вас пропустили к царю Нестору, расскажите ему, что творится в Итаке. Передайте, Зена настаивает, чтобы царь разослал вести остальным правителям союза и призвал их в Итаку на помощь. — Воительница взяла одну хламиду из плотной синей ткани, накинула ее на плечи и протянула другую Габриэль. — Выполняйте.

Геспер хотел было что-то сказать, но Алеппис потянул его за собой. Юноша промолчал. Два юных моряка уже стояли на песке, упершись плечами в борта корабля и готовые в любой момент столкнуть его в воду.

Габриэль спрятала волосы под шапку, поправила выбившиеся пряди и мрачно огляделась вокруг:

— Ненавижу Корабли!

Зена одарила ее язвительной улыбкой:

— Можешь пойти пешком, если хочешь. Девушка рассмеялась, но видно было, что ей не так уж весело. Прозвучала команда, корабль тяжело, со скрипом пополз к морю. Габриэль едва не потеряла равновесие:

— Теперь уж ничего не поделаешь. Прекрасное путешествие, не правда ли? Которое весло мое? — Сокран прыснул от смеха,