Мистер Данбартоншир - Олег Борисов

Кузнец Лексеич нашел глазами сияющую маковку церкви, истово перекрестился и тяжело вздохнул. Триста шестьдесят четыре дня в году кузнец был счастлив. Богатырское здоровье, дом – полная чаша, любимая высокооплачиваемая работа. Живи и радуйся.

Но один, триста шестьдесят пятый, день в году мстил за все разом. В начале осени, в произвольный день, у Лексеича начинал болеть зуб. Каждый новый год – разный. Чем кузнец провинился перед ангелом-хранителем, кому успел насолить в прошлых инкарнациях – о том история умалчивает. Но зато односельчане могли подробно и в красках рассказать, какой забор или сарай порушил разбушевавшийся богатырь, мучаясь от зубной боли.

Раньше Лексеич ходил к местному акушеру-гинекологу, по совместительству занимавшему все вакантные должности в сельской поликлинике. Эскулап вливал в кузнеца полведра браги и начинал ковыряться бормашиной в безразмерной пасти. Как ни странно, после его манипуляций становилось намного легче. Но владелец белого халата еще в прошлом году перебрался в город: заниматься пластической хирургией. И теперь односельчане либо мотались в райцентр, либо шли на поклон к мистеру Данбартонширу.

Для дипломированного колдуна лечение зубов было делом новым и интересным. Он с радостью экспериментировал на пациентах, изобретая все новые способы молниеносного излечения. Пару раз его по результатам процедуры били смертным боем, заставляя «возвертать все взад», но старик так и не утратил юношеского задора исследователя. И предстоящий визит к чернокнижнику сильно пугал кузнеца.

Надо признаться, вражды как таковой между Лексеичем и Карловичем не было. Так, легкая неприязнь. То кузнец бревна для бани перетаскивает и очередное неудачно метнет прицельно на другой край деревни, снеся крышу сараюшки. То колдун саранчу аккуратно приземлит на картофельные грядки обидчика, и твари прожорливые оставят после себя лишь выскобленную до суглинка яму. Но в остальном не обижали друг друга, нет. Недолюбливали чуть-чуть, не более того… Может, здоровью и магическим талантам друг друга завидовали, может, иное что…

Вздохнув еще раз, кузнец помялся с полчасика у калитки, потом плюнул через левое плечо и вошел во двор. Мистер Данбартоншир в этот момент принимал солнечные ванны в своей любимой клетке. Увидев Лексеича, колдун протер от удивления глаза, затем разглядел раздувшуюся щеку недруга и широко заулыбался. От этой улыбки гений молота и наковальни посерел и попытался рвануть обратно. Но столпившиеся за калиткой соседи заблокировали хлипкую дверь и загалдели:

– Лексеич, ты это чаво?! Ты это… не дури! Мы тебя до райцентру не довезем! А ты же к вечеру очумеешь окончательно! И что потом? Куда тебя девать? Ты же посшибаешь все, как тысяча быков! До весны с ремонтом не управимся! Поэтому давай не безобразничай! Вон Карлович тебя подшаманит, он уже и руку набил! Старосте в прошлый раз за пять минут все зубы вылечил, тот так и ходит с золотыми…

Пока перепуганный кузнец ломился в закрытую калитку, колдун быстро выволок из дома огромный крест для распятия и воткнул посреди двора. Полюбовавшись на древнеримский подарок, потер сухонькие ладошки и повернулся к зрителям:

– Вот. Дело сложное. Больного иммобилизировать потребуется. То есть привязать. Для его же пользы.

Ошалелый Лексеич не успел как следует возмутиться, а соседи уже вздернули его на бревна и откатились к забору подобно морской волне, почесываясь после полученных оплеух. Мистер Данбартоншир придирчиво осмотрел распятого кузнеца и начал выкладывать на широкий стол инструменты, громко бормоча себе под нос:

– Лечение – оно ведь такой процесс, хитрый процесс. Обоюдных усилий требует. И доктора, и больного. А если больной не хочет, так черт-те что выйти может. Вот, например…

Колдун ласково погладил щипцы размером чуть меньше его самого:

– Это мы золовку пасечника лечили. Дурная баба, одним словом. Как ругалась, как зубами щелкала. Я же не виноват, что после этого у нее зубов в пасти как у акулы стало. Пришлось лишние две тысячи выдергивать.

С распятия донесся сдавленный стон. Чернокнижник тем временем высыпал на стол груду напильников:

– А это мы свата нашего батюшки лечили. Ох и вредный мужик попался, ох и вредный. Сколько нервов помотал, сколько крови попил… Клыки спилили только к утру. Батюшка помогал, всю святую воду извел. Но ничего, справились.

У калитки тем временем остались лишь самые стойкие. Более впечатлительные предпочли бежать без оглядки, не дожидаясь начала процедуры.

Тем временем гора пыточных приспособлений на столе росла. Коловороты, щипцы, точильные круги, кувалды и стамески. Напоследок колдун одобрительно взвесил в руках гнутый лом:

– А когда уж ничего не помогает, то приходится больной зуб удалять… Нет, конечно, я из чувства профессиональной гордости стараюсь спасти несчастного. Но если процесс запущен, приходится действовать радикально. Вот, лучшее средство. Главное, не замахиваться слишком сильно, а то придется всю челюсть восстанавливать…

Всхлипнув, кузнец обмяк на кресте и провалился в спасительный обморок. Удивленный мистер Данбартоншир повернулся сначала к нему, затем к опустевшей улице и обиженно проворчал:

– Ну вот, а как же публика? Ведь какой замечательный экземпляр пропадает! Как бы я его лечил, до самых выходных! Каждую, каждую бы железку опробовал… Эх, не ценят таланты в нашей глуши. Не ценят…

Заглянув в рот больному, колдун почесал затылок и отправился домой. Вернувшись с охапкой трав, устроился на крыльце и стал готовить в крошечном горшке будущий целебный настой…

* * *

Через час кузнец пришел в сознание. Резко сев, с ужасом стал ощупывать себя, выискивая ущерб, нанесенный здоровью. Затем схватился за раздутую щеку и скривился от боли.

Мистер Данбартоншир покосился на гостя, отхлебнул горячего чаю из безразмерной кружки и постучал по краю стола, установленного на веранде:

– Лексеич, подь сюды… Не бойся, я сегодня мирный, благостный… Садись, говорю…

Здоровяк осторожно примостился на краю скамьи, с подозрением разглядывая старика в черном балахоне.

– Вот тебе настой. Прополощи и выплюнь. Прямо сейчас… Давай, не трясись.

Кузнец осторожно хлебнул отвар из горшочка и старательно забулькал. Выплюнув дымящуюся бурую жидкость, глотнул следующую порцию. Через пару минут отек пропал и боль ушла. Удовлетворенно кивнув, мистер Данбартоншир важно поднял вверх палец:

– Вот так. Целебные травы и никакой химии… Я так понимаю, у тебя в кузнице экология плохая. Может, вентиляции не хватает или еще что… Вот зубы и болят. Я тебе настой отдам. Как раз в год прихватит, так и полощи. Пять минут – и здоров. И зубы в отличном состоянии, можно гвозди перекусывать. И никаких побочных эффектов. Никаких… М-да…