Ночь черных звезд - Екатерина Белецкая

На душе у Ри было, мягко говоря, паршиво.

Он вывел станцию к планете, связался с представителями Официальной Службы (странно было осознавать, что, по сути дела, и он теперь тоже ее представитель), подтвердил статус — стажер, задание разглашению не подлежит, состав команды такой-то, срок выполнения такой-то, основание появления в этом секторе пространства такое-то. С основанием вышла заминка, но на помощь пришел Фэб — в юридических тонкостях он разбирался очень хорошо, однако… Но потом Ри вдруг осознал, что не знает, что же делать дальше.

Надо было брать катер и высаживаться.

Вот только высаживаться не хотелось до такой степени, что скулы сводило.

— Ри, все будет нормально, — успокаивал пилота рауф. — Мы сядем у официалов. Потом побеседуем с Техносоветом, чтобы уладить все возможные вопросы. А после слетаем к твоим родителям, подтвердим расторжение контракта опеки, и мы свободны. Ничего страшного.

— Мне не страшно, мне… — Ри досадливо поморщился. — Неприятно, что ли.

— Еще бы оно было приятно, — хмыкнул Скрипач. — Да ну, Ри. Действительно, не переживай.

— Тебе легко говорить, ты там тридцать с лишним лет не прожил, — проворчал пилот.

— Ну хочешь, мы потом смотаемся на свалку, водителей там попугаем? — невинно предложил Скрипач. — Ну, прожил. Но дела-то решить надо?

— Надо, — тяжело вздохнул пилот.

— Даша, я думаю, тебе лучше остаться тут, — Фэб говорил мягко, спокойно, но Ит моментально почувствовал — у рауф есть более чем серьезные основания просить целительницу об этом. — Если сюда и возвращаться, то не в одиночестве. Думаю, ты понимаешь.

— Аарн тут не появлялись ни разу, — кивнула целительница. — Да… пожалуй, ты прав. В этот раз мне действительно лучше остаться на станции. У нас сейчас не те обстоятельства, чтобы брать на борт несколько десятков пассажиров.

— О чем вы? — не понял Скрипач.

— Вот вернемся, и Даша расскажет тебе, что такое Призыв, — Фэб покивал каким-то своим мыслям. — Этот мир не из худших, но я бы не сказал, что в нем все так уж благополучно. Ри, с Контролем у местного населения контакта вообще нет? Ни через своих эмпатов, ни через Официальную Службу?

— У нас и эмпатов-то нет никаких, насколько мне известно, — Ри задумался. — Нет, может быть, есть какие-то закрытые проекты, но я про них даже не слышал.

— Ясно. — Фэб встал, остальные поднялись следом. — Даша, мы постараемся не задерживаться. Не скучай без нас, ладно?

Целительница тихо засмеялась.

— Не бойся, я сумею найти себе подходящее дело, — заверила она. — Например, я наконец высплюсь. Потому что пока вы решали свои вопросы, спать нормально у меня не получалось.

Фэб глянул "изнутри" — Даша это тут же почувствовала, и тут же посмотрела в ответ. Ее собственный эмофон был в тот момент ровен, как гладь лесного озера, но озера не светлого, радостного, а темного, осеннего. В ауре Фэба целительница увидела за маской покоя неясные переливы тревожных цветов, но бывший Встречающий отлично умел сдерживаться, и тревога его в этот момент как будто находилась за толстым матовым стеклом. Отголоски и отблески. Отличный контроль, что говорить. В принципе, сейчас и психощит уже не нужен, Фэб в достаточной степени владеет собой, чтобы не причинять окружающим боли… но все равно продолжает носить. Его выбор.

— Вот и славно. Пошли, ребята, — позвал Фэб. — Искин, провесь нам дорожку к катеру, пожалуйста.

— Вопросов нет, — в голосе того чувствовалось какое-то скрытое напряжение. — Ри, я буду следить, если ты не возражаешь.

Пилот слегка удивился, но кивнул.

— Следи, — согласился он.

В катере все привычно расселись по местам, Ри вывел панель слияния, кинув дубль Иту. Тот, секунду подумав, перекинул эту панель Скрипачу.

— Правильно, — кивнул Фэб. — Давай рыжий, давай. Инкарнации инкарнациями, но эту модель ты еще не пробовал водить. Хоть посмотришь вблизи, как это правильно делает тот, кто умеет.

Ит посмотрел на Фэба и на секунду опешил. Оказывается, тот каким-то неведомым образом успел переодеться из своей привычной одежды в форму Официальной Службы, и на форме этой…

— Ничего себе!.. — удивлению Ита не было предела. — Ты не говорил… А когда ты успел?

— На входе в катер, — невозмутимо пояснил Фэб. — Поскольку я теперь только преподаю, меня ведь отстранили, в обычной жизни я форму не ношу, не имею права. А сейчас мы работаем, вот и пришлось снова в нее влезть.

Правый рукав формы Фэба от предплечья до кисти покрывали бесчисленные маленькие цветовые прямоугольники. Неяркие, неброские. Но Ит, за эти дни немного (на его взгляд, немного) почитавший о знаках различия, опешил еще больше.