Пропавшая ватага - Андрей Посняков

Над головами вдруг захлопали крылья – низко, едва не доставая вершин деревьев, один за другим пронеслись всадники верхом на небесных драконах.

– Да-а, – мстительно прищурилась Меретя. – Вот это силища! Белокожим варварам придется туго.

Девушка тоже попросилась в войско, проводником. Слава богам, не отказали, и сейчас Меретя прикидывала, как будет выбирать себе пленных. Наверное, мужчин не дадут, скорее всего, их просто не оставят в живых или принесут в жертву великому мужскому богу, что ж, придется обойтись женщинами – покорная и красивая белокожая рабыня, исполняющая любое желание… а еще ее можно бить. Нужно! Или отдать кому-нибудь на ночь… пустить на компанию – веселись, душа! Пусть знают, как это… А свои – пусть завидуют! Так будет.

– Драконы на берегу, атаман! Войско вражье!

Доложив, молодой казак Василий Усов – он ныне возглавил крепостную стражу – замялся в дверях, дожидаясь, пока атаман выйдет из опочивальни.

– Драконы, говоришь? Войско? – тряхнув головою, Егоров прогнал остатки сна. – Михейко. Кондрат, Кольша – где?

– На башне воротной должны быть, – расторопно доложил казак. – Послали за ними уж.

– Добро.

Накинув на плечи добротный, красной камки, кафтан, недавно привезенный вернувшимися от Строгановых ясачниками, Иван прицепил к поясу саблю и, махнув рукой встревоженно выглянувшей жене, загрохотал по крыльцу сапогами.

Вот ведь как бывает! Как чувствовал, как знал – хорошо, что не ушел в поход сам, решил до Николы выждать.

Переговариваясь на ходу, к башне уже бежали ватажники, Михейко Ослоп помахал рукой атаману, догнал.

– Колдуны, грят, опять спокойно жить не захотели.

– Ничего, – придерживая саблю, на ходу бросил Иван. – Сладим. В первый раз, что ли?

– Да уж, не впервой, – Михей согласно кивнул, поднимаясь по узкой приставной лестнице вслед за атаманом.

С надвратной башни открывался шикарный вид на море и близкий, лежащий через залив берег, с темно-зеленым мхом, серыми валунами и темно-голубой дымкою уходящего в глубь полуострова леса. У леса наблюдалось некое ворошенье – даже без зрительной трубы атаман хорошо разглядел отряды воинов с копьями, длинноруких людоедов-менквов и уж более – ящеров, ужасных зубастых драконов.

– Что-то нынче двуногов не видно, – вглядываясь в даль, озабоченно протянул Костька Сиверов. – И длинношея ни одного нет. Передохли, что ли?

– Ага, нет, как же! Ты вон туда посмотри, – высморкавшись, Кондрат Чугреев мотнул головой влево, где в залив вытекала река, отсюда не видная.

Там, над высокими лиственницами и кедрами, покачивались на длинных шеях головы гороподобных ящеров, огромных и, в общем-то, вполне себе мирных, но ныне ведомых на бой злой колдовской волей.

– Эти-то коровушки нам горя добавить могут, – негромко протянул Кольша. – Далековато еще все… пока добредут.

– Однако время терять не след! – склонившись, атаман внимательно наблюдал, как бегут к острогу людишки с посада, в большинстве своем – девы, бывшие пленницы.

– Всех девок посадских немедля в амбаре запереть до особого указу! – живо распорядился Иван.

– Запереть? – Кольша Огнев хлопнул глазами. – Но они ж… они ж с казаками нашими живут, наложницы, жены…

– А я не живьем их сжечь предлагаю и не повесить, – язвительно перебил атаман. – Кто знает, что у них на уме? Вдруг да к своим захотят переметнуться? Вспомни ту девку, что в челне нам встретилась. Куда она делась? Не ее ль стараниями это войско тут?

– Дело говорит атаман, – согласно кивнул Михейко. – Наше же дело – исполнять, не спорить.

– Да кто спорит-то? Я ж просто так… так, просто… Иван позвал оруженосца и пару десятников:

– Сбирайте всех во дворе. Жен – тоже.

Собрались быстро – чай, беда пришла, и все от атамана слова мудрого ждали. Чего ждали, то и услышали. Егоров на лишние слова время не тратил, никого не утешал, словеса хвастливые не рассусоливал, говорил четко, по-деловому, приказывал. Также и исполнялось все – мухой.

– Вот что, женушки-девы, теперь и ваша помощь требуется, а за детьми пусть кто-нибудь один приглядит, ну, двое.

– Что делать-то, атамане? – Жена Кольши Огнева, бойкая рыженькая Авраамка выступила вперед, сверкнула глазами. – Ты только скажи!

– Пищалицы посейчас в оружейной возьмете, припас огненный. Дал бы и луки, да сила в вас не та. Со всеми вместе небо сторожить будете. Помните, сила колдовская на расстоянии слабеет резко, значит, чтоб нам навредить, колдунам тут надо быть, рядом. Да и так, сверху можно много какой дряни насыпать – змей зубастых, что из червяков малых за едину ночь выросли, вспомните, много от них народу погибло. Да что говорить! Так что вот вам задача: все, что к острогу летит, должно быть сбито, все, что плывет – потоплено. Кольша, давай со своими на струг, Яросев, Василий – на другой. С воды нечисть бить будете. Та-ак… пушки у нас как надо расставлены, ядер-припасу хватает, отстреляемся, отобьемся. Главное – в воздухе оборону держать, ну да, мыслю, бабоньки-девы, не зря ведь тренировались, лафеты из тележных колес ставили.

Лафеты – это придумал еще немец, Ганс Штраубе, чтоб в небесную цель ловчей бить: насаживали на шест колесо, чтоб крутилось, прилаживали к колесу пищаль – и на тебе, стреляй – куда как удобно.

– Не забывайте, на первый-второй разобьетесь и стрелять будете залпами, как учили. За старшую к вам Авраамку поставлю… Слышала, Авраамка?

– Исполню, атамане, что ж. А ну, девки – пошли за пищалями!

– Драконов летучих у них много быть не может, – отдав распоряжения, тихо промолвил Иван. – Не каждый ящер человека выдержит. Дюжины полторы, две – от силы. Эх, перебить бы всех на подлете, ну, это уж как пойдет. Да, Афоня где? Хорошо бы молебен!

– Уж давно все готово, атаман, – пригладив волосы, дьячок вышел вперед. – Хоть сейчас начинать.

– Начинай, – махнул рукой Егоров. – И пом ни – во время боя надобно беспрестанно молиться… Ну… все вроде сказал, все проверил. Теперь – ждать только.

Отслушав короткий молебен, атаман перекрестился и, надев на голову изящный испанский шлем морион, также привезенный с последним караваном, поспешно поднялся на башню. Хитрую, винтовую свою аркебузу с колесцовым замком он отдал Насте – та палить добре выучилась, – единственное, о чем жалел, о чем сейчас вспомнил – так это о подзорной трубе. Сейчас бы все как на ладони было.

С берега, со стороны леса, где хороводились чудища, вдруг послышался жуткий и густой рев, рев боли и ярости, ящеры, похоже, наткнулись на «чесноки», что вряд ли пришлось им по нраву.

Все же колдунам удалось довольно быстро обуздать распаленных драконов, направив их в нужное русло – к заливу, к неприступным стенам острога. Враги не мешкали, атака началась с ходу, прикрывая спущенные на воду плоты, первым делом полетели на башни крылатые ящеры.