Глубокий Сумрак - Евгений Гаркушев

«Мерседес» Савина летел по городу пулей. Сто, сто десять километров в час. В четыре часа утра и правда можно разогнаться. Но стоит ли? Красного света на светофорах адвокат, казалось, не замечал. Когда-нибудь разобьется… И, главное, куда спешить?

Между тем машина свернула с проспекта Стачки налево именно там, где надо – на проспекте Тружеников, – вылетела на Коммунистический так, что едва удержалась на дороге.

– Длинный дом напротив парка? – спросил Савин.

Будто прежде таксистом работал!

– Да.

Свернули во двор, адвокат уточнил, у какого подъезда остановиться.

– Спасибо вам, – поблагодарила я. – Если у вас есть время, завтра я угостила бы вас чашечкой кофе в каком-нибудь хорошем кафе. Тем более нам ведь еще мою машину вызволять. Да и расплатиться нужно.

– Спасибо, – улыбнулся Савин. – Сейчас на чашечку кофе не хотите пригласить?

Думал адвокат, конечно, не о кофе. А мне его предложение отчего-то показалось приятным. Может быть, потому, что я чувствовала себя женщиной и сейчас, после гадкой камеры, грязная и даже побитая, пусть и не сильно.

– Вы же адвокат! – укорила я Савина.

– Ну и что? – открыто усмехнулся он.

– А Вазген?

– Я сразу понял, что романтики между вами нет.

– Вы хотите романтики? – Я пристально взглянула в глаза адвоката.

Нет, не романтики он хотел, а плотских удовольствий. Меня это ничуть не обижало, но идти у него на поводу я не собиралась.

Андрей засмеялся. Понял, что номер не пройдет.

– Спокойной ночи, Алена! Вот моя визитка. Завтра созвонимся. Постарайтесь встать с постели хотя бы к обеду, если хотите получить обратно машину завтра.

Я выскользнула из «Мерседеса», помахала Савину рукой. Обаятельный, хоть и мерзавец. Может, и приглашу его когда-нибудь на чашку кофе. Потом.

В подъезде засады не оказалось, квартира была надежно заперта. Но еще в коридоре я уловила запах вареной свеклы.

Заспанная Шиша поднялась с коврика в прихожей.

– Суп я все-таки приготовила, если есть захочешь. А подпола у тебя нет. Пришлось мне в сенях лечь…

Да, комнаты для Шиши у меня нет! В спальне я ее поселять не хочу, в гостиной – тем более, и в кабинете шишиморе делать нечего. Придется покупать соседнюю квартиру, расширяться. Давно собиралась, но боялась, что убирать много придется. Видно, пришло время. Обзавелась домработницей – устраивай и ее быт!

– В гостиной на диване пока ложись, – предложила я. – Постельное белье нашла?

– По шкафам лазить не велено было. Да и непривычная я с бельем. Мне бы на сене… Или дерюжку какую постелить.

– Извини, сена не держу, дерюжки тоже нет. Белье сейчас выдам. А я в душ и спать. Ты, кстати, купалась?

– Да, – потупилась Шиша. Видно, постеснялась, что без разрешения.

– Правильно сделала. Все, отдыхать, отдыхать…

* * *

Проснулась я, как ни странно, в семь утра. Шиша посапывала на диванчике в гостиной. Я не стала ее будить. Сварила кофе, разломила шоколадку. Простые радости свободной жизни в своей квартире! И встать из-за них можно гораздо раньше, чем планировала.

Закусывая, я подсоединила «ромашку» к компьютеру. Как ни странно, ведьма ничего не стерла. Она даже не заподозрила, что ее снимают. Я молодец, не делала характерных движений. Впрочем, думаю, не в моем профессионализме тайного фотографа дело. Древняя ведьма, старая школа, в гаджетах не смыслит – что на руку молодежи вроде меня.

Фотографии пригодятся в качестве видеодоказательств, если начнутся какие-то разборки, но следователи, интерьеры следственного изолятора и его обитатели – не то, что я хочу сохранить в своем любимом фотоальбоме на добрую память. Однако резервные копии нужно сделать и в «облако» загрузить.

Я дала компьютеру задание скинуть изображения на удаленный сервер, когда мой коммуникатор запел голосом Бон Джови – «Its My Life». Что характерно, такой композиции у меня в настройках вызова не было. Номер не определялся.

– Слушаю вас.

– Привет, Алена. Константин беспокоит. Тебя уже выпустили из тюрьмы?

– Да, спасибо.

– Надо поговорить.

– У меня была мысль заехать к вам в офис.

– Через сорок минут будет удобно?

Нет! Неудобно! Сейчас половина восьмого утра, до центра ехать примерно полчаса, если такси приедет вовремя – машина у меня на штрафстоянке! Вы хотите, чтобы девушка собралась в присутственное место за десять минут? Умылась, почистила зубы, оделась, накрасилась? О душе можно забыть, хотя душ я принимала каких-то четыре часа назад… Но не каждый день мне звонит глава Ночного Дозора. Значит, ему нужно. И мне, наверное, тоже нужно.

– Конечно, Константин, – ответила я. – Постараюсь успеть. Если не подведет такси.

– Машина будет у подъезда через пять минут.

– Ваша?

– Нет, такси. Я сейчас закажу.

Обходительный мужчина. Хорошо быть успешной, красивой девушкой! В этом случае обходительных мужчин вокруг, как мне кажется, куда больше. Где-нибудь на колхозном рынке, в дешевой столовой или в переполненном автобусе в час пик их найти гораздо труднее.

Я помчалась в ванную, на ходу распахивая шкаф и выбирая одежду. За пятнадцать минут собралась. Надела длинное платье, нацепила на него розу Крюкова. «Ромашку» надевать не стала – в офисе Ночного Дозора ни к чему. Бросила ее на дно сумки.

Таксист оказался лихим, и спустя двадцать минут после выхода из квартиры я поднималась по гранитным ступенькам главного подъезда дома № 37 по Буденновскому проспекту. Помимо Ночного Дозора в здании располагалось несколько редакций газет и отделение союза журналистов. Газеты и журналисты, что характерно, были приличными. Где-то в гнезде «желтой прессы» Ночной Дозор не поселился бы.

Я поднялась на второй этаж. Направо – редакция «Нашего времени», несколько сотрудников и сотрудниц которого курили в квадратном холле, вверх по лестнице – редакция «Молота», а прямо, через стену, – офис Дозора. Невидимая дверь, невидимый дежурный у входа, современная система слежения – пара камер с хорошим разрешением. Впрочем, камеры были еще и на улице, я видела их прежде.

К кабинету Константина вел длинный полуосвещенный коридор. Приемная, секретарь – все как у людей. Только секретарь уже собиралась домой. Рабочая ночь не просто закончилась – затянулась.

– Ждет, – сообщила мне секретарь, очень слабая волшебница. Седьмой уровень, умеет совсем не много. Но тем не менее служит делу равновесия, работает в Дозорах. Не то что я…

В покаянном настроении я вошла в кабинет Константина. Квадратный кабинет, очень скромный стол хозяина – обычный офисный; несколько офисных столов для заседаний. Пара глубоких кресел для гостей. Цветы в кадках, манускрипты за стеклом в рамках на стенах. Небольшая библиотека в простеньком шкафчике, свежие газеты на столике перед креслами. Интересно, Дозор их выписывает или ворует в редакциях? Сотрудники редакции заносить их в офис Дозора никак не могут, если не считать Давыдова, который работает в «Нашем времени» обозревателем, а в качестве кого сотрудники Дозора могут зайти в редакции? Наверное, приходят невидимыми и берут, если не хотят ждать почту до полудня…