Кладбищенский фантом - Анна Устинова

— Тогда можешь вообще не расстраиваться, — тем временем продолжала Жанна. — Сегодня посидишь дома, завтра отправишься в школу, а там и пятница. Я считаю, втроем такой эксперимент ставить гораздо лучше, чем вдвоем.

Я кивнул. Она будто читала мои мысли.

— Ну а сейчас чем займемся? — посмотрела на меня Жанна.

Я пожал плечами.

— Может, телек посмотрим?

— Очень увлекательно, — усмехнулась уголком рта моя гостья.

— Ну а чего еще придумаешь, если из дома никак не выйти? — растерялся я. — Вон моих предков после переезда от телевизора прямо не оттащить.

— А у вас что, раньше телека не было? — удивилась Жанна.

— Да нет. Был, — внес ясность я. — И мы, конечно, смотрели, но не так чтобы очень. А теперь они все вечера напролет возле него просиживают. Даже коробки с вещами не разобрали.

— Ну, может, им пока неохота? — ответила Жанна. — Захотелось просто чуть-чуть отдохнуть в отдельной квартире.

— Ты моих предков не знаешь, — заспорил я. — Они оба такие деятельные и активные. Если уж что-нибудь надо, никогда не откладывают на потом. Жанна, а твоя мама после переезда не очень изменилась?

— Что ты имеешь в виду? — уставилась она на меня.

— Ну-у… — я замялся, пытаясь выразить суть. — Даже не знаю.

— Совершенно не изменилась, — без тени сомнения заявила Жанна. — Какая была, такая и есть.

— И телек смотрит не больше обычного? — все же полюбопытствовал я.

— Вообще не смотрит, — ответила Жанна. — Так как у нас теперь его нет.

— Почему? — настала очередь удивиться мне.

— Да понимаешь, во время переезда его кокнули. Совсем кокнули. А новый все никак не купим. Да мать как-то и не очень торопится. Она говорит: «Никогда раньше не думала, что телевизор сжирает столько свободного времени». В общем, ей вполне достаточно книг. Правда, она и раньше много читала. Но не так, как сейчас.

— Ясно, — пробормотал я. — Читает и не изменилась. А мои предки смотрят и изменились.

— Слушай, Федор, — усмехнулась Жанна. — По-моему, у тебя развивается паранойя. Не одна навязчивая идея, так другая.

— Никаких навязчивых идей у меня пока нет, — обиделся я.

— Как это нет! — вновь усмехнулась Жанна. — Ну, переехали твои предки. Расслабились без соседей. А ты сразу делаешь далеко идущие выводы. Мол, все это неспроста, и характеры у родителей

меняются.

Спорить я не стал. Хотя в глубине души был уверен: прав я, а не она. Но так как пока ничего конкретного доказать не мог, то предпочел свернуть тему, и до самого возвращения матери мы с Жанной просто проболтали. Она рассказала мне о своей бывшей школе. А я — о своей, и о Макси-Коте, и о том, как мы с предками жили в нашем старом доме с рыцарем на Садовом кольце.

Вернувшись и обнаружив у нас Жанну, мать не смогла скрыть неудовольствия. Поэтому Жанна вскоре ушла. Правда, мы с ней успели договориться, что в школу завтра пойдем вместе. Или я за ней захожу. Или она — за мной. В общем, кто первый соберется.

Вечер прошел как обычно. Родители опять весь вечер проторчали у телевизора. Я попытался им намекнуть, что неплохо бы хоть книги расставить на полку. И даже сам было занялся этим. Но предки решительно воспротивились, заявив, что сегодня мне лучше на всякий случай не напрягаться. А сами они устали и хотят отдохнуть.

— Так что иди к себе в комнату, — шикнул на меня отец. — Тут интересная передача, а ты своим копошением нас отвлекаешь.

Я посмотрел на экран. Выступал какой-то мужик. Он рассказывал о гастролях оркестра русских народных инструментов в городе Пскове. Я не знал, что и подумать. Мои предки никогда не увлекались народной музыкой. Впрочем, никакой другой — тоже. Видимо, Жанна права. Они с этим переездом сильно устали. Оставив их наслаждаться русскими народными инструментами, я ушел в свою комнату.

Свет у меня был погашен. Лишь со стенки светился красный глазок телевизора. «Странно, — подумал я. — Ведь я выключал его. Во всяком случае, днем он точно не светился». Я зажег свет, подошел к телевизору и ткнул кнопку. Глазок погас.

Смотреть телевизор мне сегодня совсем не хотелось, и я потянулся за книжкой. Потом позвонил Макси-Кот. Мы с ним немножечко поболтали. Макс строил грандиозные планы на выходные. Я мысленно прикинул: чтобы все это осуществить, Макси-Кот должен провести у меня по меньшей мере месяц. Мы попрощались. Я продолжал читать. Потом взгляд мой снова упал на телевизор. Что за ерунда? Красный глазок опять светился. Это меня расстроило. Только обзавелся собственным телеком, а в нем какой-то брак. Чуть погодя меня одолели сомнения. Может, я просто машинально снова включил и не заметил? Такое вполне могло быть. Ведь от нажатия кнопки в моей модели телевизора загорается только глазок, а звук и изображение надо включать после этого с помощью дистанционника.

Я еще раз отрубил питание. Красный огонек исчез. Я облегченно вздохнул. Кажется, насчет брака я погорячился. Однако, снова начав читать, я то и дело косился на панель телевизора. Глазок не горел.

В половине девятого позвонила Жанна. Я немедленно вспомнил: она ведь сегодня должна была встретиться с фотографом.

— Ну, как?

— Никак, — ответила она. — Гуляла с Пирсом до последнего. А Никита Павлович не появился.

— Не появился? — переспросил я.

— Ну да, — по голосу Жанны чувствовалось, что она растеряна. — Вообще-то он всегда гуляет с собакой в одно и то же время.

— Может, на работе задержали? — предположил я.

— Тогда бы с собакой кто-то другой должен был выйти, — отвечала Жанна. — А собаку его я тоже нигде не нашла. Мы с Пирсом специально весь двор обошли и даже окрестности.

— А Никита Павлович живет один?

— Чего не знаю, того не знаю, — сказала Жанна. — Мы ведь с ним в основном про собак разговаривали. — Понимаешь, Пирсик очень с Кузькой его подружился.

— И какой же породы у него этот Кузька?

— Во-первых, не этот, а эта, — уточнила Жанна. — Полное имя Кузьминична. А порода интересная. Метиска. Помесь колли с боксером. Смотрится крайне своеобразно. Уж будь покоен. Если бы Кузьку сегодня кто-то другой выгуливал, я все равно бы заметила.

— Та-ак, та-ак, — протянул я. — Значит, ни хозяина, ни собаки. Именно после того, как ты показала ему газету.

— Ой, Федор, — испуганно проговорила Жанна. — Я и сама уже думала, думала… Но давай все-таки подождем до завтра. Вдруг это просто случайность. Ну, действительно, задержали его на работе. Или плохо себя почувствовал. И выйдут они с Кузькой позже. А, может, он выгулял собаку возле самого подъезда, а на площадку решил не ходить. Вот мы с ним и не встретились.

— Может быть, — согласился я. — Но как только дело касается старухи в черном, что-нибудь обязательно происходит не так. Понимаешь, Жанна, многовато случайностей и совпадений. Я даже сказал бы, чересчур много.