Наследный принц - Владимир Лошаченко

Барон ди Краон после легкой трапезы уединился в своем кабинете с господином Леоном для тайной беседы.

Барон, надо отдать ему должное, не стал вить предварительные словесные петли, а сразу взял быка за рога.

– Господин Леон, я хочу отблагодарить вас за свое освобождение и за уничтожение врага нашей семьи, злокозненного мага, гореть ему в аду вечно. Золото не предлагаю, а то обидитесь. Потому прошу принять в дар вот это, – и ди Краон, вытащив из стола шкатулку с инкрустацией, подвинул ее в сторону землянина.

Леон открыл крышку. Сияние крупных драгоценных камней, вставленных в ювелирные украшения старинной работы, ослепило его. Решив проверить свою догадку, спросил:

– Вы, барон, мужественный человек, умудрились спасти фамильную сокровищницу?

– Да, пришлось в течение многих лет разыгрывать из себя идиота, – и ди Краон скорчил дебильную рожу. Оба хохотнули и принялись за дегустацию выдержанного вина из подвалов замка.

А капитан Гальгано с несколькими воинами отправился в город для продажи трофейных доспехов и лишнего оружия, которое везли в фургоне. Весь хабар удачно сдали одному купцу-перекупщику и по такому случаю закатились в трактир. В глотке пересохло – «горели трубы». После пары кружек молодого вина мозги прояснились, народ ожил.

Завязался неспешный разговор о вчерашнем празднике – вспоминали смешные детали и сценки. Отрядный сплетник и болтун Черный шепотом рассказал об очередном обломе Яны.

– Чесс… слово, случайно услышал, мимо проходил. Очень уж громко наша красавица ругалась, – он с подозрением покрутил вокруг головой. – Страшную месть обещала господину.

– Какую? – вскинулась компания во главе с капитаном.

– Затрахать в доску, вот какую!

– Га-га-га… гы-гы-гы! – наемники полегли со смеху.

Переждав пока веселье утихнет, рыжий категорически всех предупредил:

– Не вздумайте обо мне болтать. Не дай Единый, до Яны дойдет, меня прирежет, глазом не моргнув, вы ее знаете.

Лыбящиеся наемники заверили Черного, что будут немы как рыбы. Тот с большим сомнением выслушал их заверения, кляня себя за длинный язык.

* * *

Спустя день отряд отправился в дальнейший поход. Неделя бешеной скачки, и путешественники остановились в отрогах горной гряды, отделяющей бывшую империю от стран Востока. Леон торопился, его сердце рвалось к маме, самому дорогому человеку на свете. Он любил ее всеми фибрами души, хотя и ни разу не видел. Только за то, что она мама и дала ему жизнь, боготворил эту женщину. Потому ко всякого рода препонам, встречавшимся на пути, относился весьма неприязненно.

Вот и сейчас, глядя на узкую горную дорогу, вьющуюся серпантином к перевалу, едва сдерживал рвущиеся из груди матерки. Но грубая проза жизни требовала остановки. Ни один нормальный человек не пойдет в горы на ночь глядя.

Лагерь разбили рядом с небольшим озерцом. Задымили костры, лошадей в путах отогнали попастись. Выставив дозоры, отряд расположился на отдых. Как и водится в предгорьях, ночь выдалась довольно прохладная.

После ужина Леон сразу залез в пролетку, рядом мостилась Яна. Наемники, глядя на влюбленную парочку фыркали про себя, с интересом ожидая дальнейшего развития событий.

Перед сном землянин поспрошал девушку о местной магии. Посетовал, дескать, ожидал супер-пупер-магов. А оказалось, их можно спокойно валить из автомата. Яна его резко осадила:

– Да ты пока настоящих магов не видел. У них такая защита – никаким огненным боем не взять.

– А как же Брехт?

– Ну ты нашел кого в пример приводить! Убивец Брехт был слабым магом, совсем никудышным. Только и мог, что качественную иллюзию навести. Потому, дорогой, имей в виду: для тебя встреча с настоящим магом может закончиться весьма печально.

– У тебя, Яна, какие-то мрачные виды на будущее.

– Я почему беспокоюсь, любимый, за перевалом герцогство Морони, а при герцоге ошивается сильный маг Гюзар. Между прочим, герцог – один из главных заговорщиков против покойного императора Диона III.

На все услышанное Леон отреагировал странной фразой:

– Как удачно складывается, по пути доброе дело сделаю – плохишам кирдык наведу.

После чего повернулся на правый бок и мгновенно заснул. Яна только зубами скрипнула: опять момент упустила. А сейчас будить бесполезно, спит крепко.

Нет, один раз разбудила-таки на свою голову – Леон спросонья запустил сапогом. Синяк сходил долгих четыре дня. Наемники тогда сочувственно цокали и охали, еле сдерживаясь от смеха. Словом, нервов девушка помотала ужас сколько.

Горестно вздыхая, Яна обняла любимого за плечи, прильнула всем телом и заснула.

Приятных тебе снов, красавица.

* * *

Едва стало сереть, наемники двинулись в дорогу. Отряд растянулся змеей по горной тропе. Как ни спешили, а за день горы пересечь не удалось. Ночевали на самом перевале, там нашлась довольно широкая площадка. Чтобы не замерзнуть, на ночь надели на себя все теплые вещи и закутались в плащи. По доброте душевной Леон запустил Яну в свой спальник. Та немедленно начала приставать. Пришлось ей пригрозить отлучением от тела. Отстала на время. Следующая атака Яны прошла впустую – Леон спал.

Через день наемники наконец покинули ненавистные горы. Узкая дорога вывела к небольшой крепостце, стоявшей в конце ущелья. Первый форпост герцогства. Заплатив стражникам подорожный сбор, порысили дальше. Остановились лишь когда взошла луна. Поужинав сухим пайком, расположились на ночлег.

Наступившее утро застало отряд в пути. Леон гнал воинов вперед, словно чувствуя непредвиденные задержки. Отмахав сотни три километров, достигли столицы герцогства Морони – Зечар.

Замок властителя – герцога Санжа ди Морони – оказался внутри города. За двойной, так сказать, крепостной стеной.

Леон распорядился остановиться на окраине, желательно на приличном постоялом дворе. Гальгано заверил, что все будет в лучшем виде, дескать, бывал в герцогстве не раз.

И в самом деле огромный постоялый двор, рассчитанный на двести конных путешественников, и трактир «Свиной окорок» с отменной кухней отвечали всем требованиям взыскательных путешественников.