Наследный принц - Владимир Лошаченко

Леон, по-ученически сложив руки на стол, терпеливо ждал высказывания своих ближних.

Несколько ошарашенный капитан задумчиво покрутил усы.

– Дельце весьма серьезное, у герцога на стенах магическая защита от проникновения посторонних.

– И маг у него очень силен, – вставила свои пять копеек Яна.

– Мое мнение, господин Леон, успех операции – пятьдесят на пятьдесят.

Яна согласно закивала головой. Землянин неожиданно улыбнулся:

– А зачем нам, собственно, переться в хорошо защищенный замок, с мизерными шансами? Гораздо проще выловить герцога вне его, например на охоте.

Наемники расцвели улыбками:

– Точно! Где были мои мозги?! – и Гальгано в сердцах шлепнул себя по лбу ладонью.

– Значит, диспозиция такая: мы втроем выдвигаемся к замку и ищем трактир, который посещают его обитатели – стражники, челядь и так далее. Получаем нужные сведения и разрабатываем детальный план операции. Сбор внизу через десять минут. Яна, Пишту сюда!

Объявившемуся секретарю-оруженосцу приказал приготовить лошадей.

– А ты остаешься здесь, охраняй добро, – Леон кивнул на сундук и шкаф.

– Слушаюсь, господин Леон, исполню в лучшем виде!

И Пишта исчез за дверью.

* * *

По случаю выходного дня трактир «Серебряная сковородка» ломился от клиентов. Шум, гам, пьяные выкрики, чад подгоревшего масла… И лишь на втором этаже, на чистой половине – в кабинетах – поспокойнее.

В дальнем углу, за ширмой, собралась довольно странная компания. Первый помощник управляющего замком господин Ольез, по прозвищу Бочонок, и три незнакомца. Причем один из них молоденький юноша, совсем мальчик, с большими наивными глазами. Двое взрослых, судя по одежде – явные приказчики, держались скромно, но с достоинством.

Эту троицу служанка за хорошую мзду (две серебрушки) подсадила в кабинет, к господину Ольезу, по причине нехватки мест. Не увидев в желании клиентов ничего предосудительного. Приняв богатый заказ, она бесшумно исчезла.

Спустя час, подогретые вином, мужчины расслабились и перезнакомились. Не раскрывая себя Леон легко провел ментальный обыск мозгов помощника управляющего.

Интересно, что, попав сюда, в другой мир, землянин испытывал бурный прилив сил. Не физических, настоящий взрыв магического потенциала, который из осторожности пока не применял. Причем с каждым днем магический дар рос как на дрожжах.

Вот и сейчас без усилий вошел в информационное поле прихлебателя герцога, мгновенно узнал нужные факты и, подмигнув Гальгано, спокойно допил бокал с белым вином. Посидев еще с полчаса и доев жаркое, троица покинула трактир.

Господин Ольез остался доволен новыми знакомыми – учтивыми и остроумными людьми.

– Вот что значит хорошее воспитание, – пробормотал он, а затем гаркнул во всю глотку:

– Челоэк, вина! Шевелись!

По приезде на постоялый двор собрались опять в комнате Леона.

– Поздравляю вас, господа, герцог выезжает на охоту со своим гостем через два дня.

Капитан с Яной вопросительно уставились на землянина. Тот продолжил:

– Действо состоится в десяти километрах от города. В северной стороне – один из охотничьих заповедников герцога. Вылазка на природу планируется на пять дней, то есть с ночевками и прочими прелестями туризма. В гостях у герцога его сосед герцог Гумберт ди Адельгиз. И тоже заговорщик. Нам, господа, удача улыбнулась во все тридцать два зуба: два урода соберутся в одном месте и в одно время.

Капитан, закатив глаза к потолку, неслышно шевелил губами, что-то подсчитывая.

– Господин Леон, тяжеловато нам будет. Одной охраны не менее трех сотен гвардейцев, да плюс челядь, егеря, ловчие, конюшие, слуги разные. Однако не менее полутысячи наберется, – пригорюнился Гальгано.

– Отставить пессимизм, капитан. Вы, очевидно, забыли, кто у вас господин? – и Леон картинно подбоченился, весело оскалился. – Да, я вам не сказал самого главного – герцогов будут сопровождать личные маги.

Тут друзьям и соратникам совсем поплохело, у них даже лица вытянулись. Леон, словно не замечая такой реакции, добил их окончательно:

– С собой берем лишь десять воинов, остальные не понадобятся.

Здесь Яна не выдержала: на принца хлынул поток обвинений в легкомыслии, безумстве и вообще черт знает в чем. Гальгано лишь согласно кивал. Тринадцать супротив пятисот человек – это из области сказок. Леон терпеливо слушал минут пять, а затем хлопнул ладонью по столу и твердо заявил:

– Все, закончили галдеж. Капитан, готовьте людей, подробности им пока не сообщайте. Яна, Пишту сюда.

Прибежавшему оруженосцу землянин дал задание – арендовать на четыре дня десять фургонов, одвуконь.

– К завтрашнему утру, – уточнил он.

* * *

Так как на север, в заповедные места, вел один тракт, ехали не спеша, выслав вперед дозор из двух всадников. К вечеру, не доезжая трех километров до заповедника, остановились лагерем. Леон решил пожертвовать временем и встретить герцогов-заговорщиков после охоты. Супостаты отдохнут, расслабятся, вот тут их и возьмут на цугундер.

Три дня тянулись медленно, Яна вся извелась в ожидании и вконец достала принца нелепыми вопросами.

Наконец наступил долгожданный день. С утра дорогу перегородили фургонами. Наемникам Леон приказал в драку не лезть, во избежание лишних жертв, и оставаться возле фургонов. Сам выдвинулся метров на четыреста вперед, уселся в седле по-татарски, скрестив ноги, и принялся ждать.

Охотнички со свитой объявились лишь два часа спустя. Отряд двигался шумно, весело, с песнями. Завалили двух оленей и трех кабанов-секачей да пернатой дичи целый воз.

Впереди ехали два квелых знаменосца, за ними, в таком же полупьяном состоянии, четыре герольда с трубами, в которые они периодически пытались дудеть. Следом необъятной величины шарабан, запряженный четверкой лошадей. На облучке вместо кучера управлялся вожжами шут, в цветном колпаке с бубенчиками. Сами герцоги, полулежа на шкурах, неразборчиво горланили какую-то песню. Подыгрывал им небольшой оркестрик из пяти музыкантов, бежавший сзади шарабана.

Леон поднял руку и перед знаменосцами, вжикнув, в землю воткнулся арбалетный болт. Процессия остановилась. Впрочем, пьяные герцоги этого не заметили. Зато почуял неладное капитан гвардейцев (ну ему по штату положено), пославший лошадь галопом и оказавшийся перед возмутителем спокойствия – Леоном. Грозно шевеля усищами, он открыл было рот для гневной тирады, но не успел. Слабый ментальный удар с последующей установкой – и гвардеец, развернув на месте лошадь, понесся к своему господину.

Неизвестно, что капитан доложил герцогу ди Морони, но даже с такого расстояния было заметно внезапно побледневшее лицо правителя здешних земель. Вскоре конные гвардейцы, выстроившись свиньей, ринулись в атаку – переходя с рыси на галоп, отчаянно размахивая мечами. Не доезжая метров десяти, конная лава словно споткнулась и уперлась в стенку. Ментальный удар средней силы обрушился на людей и животных. Многие всадники свалились оземь бездыханными. В живых осталось менее трети гвардейцев, да и те потеряли сознание.