Лигранд. Империя рабства - Владимир Белобородов

Уже далеко за полночь раздался стук в дверь.

– Войди, – разрешил я, после того как убрал настойку в шкаф.

Я не злоупотреблял, но поймал себя на мысли, что этот напиток немножко уносит меня обратно на родину. Я безумно скучал по бабушке и моей прошлой жизни…

Вошёл на удивление Ильнас.

– Лара Альяна приглашает вас на конную прогулку, – он склонил голову, чем вызвал мою улыбку – он несколько нелепо пытался повторить жест Ратса.

– Какая прогулка? Ночь на дворе.

– Лара Альяна сказала…, – парень стушевался.

– Говори дословно.

– Только трусы откажутся от такого предложения.

– Понятно, можешь идти.

– Что передать ларе Альяне? – промямлил мальчишка.

– Либалзоны не поддаются на провокации. Иди.

Через пятнадцать минут ворвалась сама лара.

– Не наглей! Почему я должна ходить за тобой лично?

Лара была в костюме для верховой езды. Это такой удлиненный до колен камзол женского покроя и восточные шаровары.

– Что за глупые идеи? И что благочестивая лара делает в такой час в комнате молодого человека?

– Брата.

– Ну, да. Или вернее внука сводного брата отца твоего отца.

– Это лишь слова. Поехали!

– Да куда?!

– Просто поехали. Тебя молодая лара приглашает на ночную прогулку. Не будь занудой.

– Ну, хорошо, надеюсь, лара не обманет моих ожиданий.

– Ещё как не обманет…, либалзон, – несколько растягивая слова томным голосом, произнесла она.

Через ворота, понятно, нас выпустили – я же всё таки за старшего, но, вежливо предупредили, что лучше было бы взять охрану. На что Альяна ответила, мол, в имении и так осталось всего шесть воинов, и направила моего нагло экспроприированного жеребца за ворота. Благо луна в эту ночь неплохо освещала местность, так как Альяна в какой-то момент свернула с дороги и пришпорила коня прямо в поле. Пришлось догонять, молясь, чтобы лошадь не споткнулась. Остановились мы у реки.

– Отвернись, – потребовала лара.

Я никогда не считал себя гением, но тут надо быть совсем тупым. Моя фантазия рисовала стройные ножки лары на своих бёдрах в бурных, ну пусть не очень бурных, потоках местной речушки. Хотя в случае с Альяной это могла быть очень жестокая шутка.

– Элидар! – Раздалось со стороны реки. – Ты долго там стоять будешь?

Может я и параноик, но на всякий случай я отстегнул от седла путы и стреножил обеих лошадей. А то так можно оказаться и без одежды, и без девушки, и без лошади, на берегу этой речушки. Вот смеху то будет, если я голым под утро войду в имение.

То что лара, голова которой мелькала на поверхности, полностью обнажена, красноречиво говорила её одежда, сложенная около куста…

Мы плескались, брызгались, сплавали до противоположенного берега. Под конец Альяна подплыла ко мне и опёрлась руками о плечи – так как я стоял по шею в воде, ей не хватало роста достать до дна. Её дыхание обдало мои губы, я, обняв одной рукой её за талию, а второй проведя по мокрым волосам, попытался поцеловать девушку. Она отпрянула от моих губ.

– Это ты получишь, лишь съев цветок безумия, – прошептала она.

– А у тебя есть такой? – также тихо спросил я.

– Глупый, – улыбнулась она, – это поговорка. Есть такой цветок, съев который на один час можно пожелать что угодно, а потом…

– Что потом?

Альяна прижалась ко мне всем телом.

– Какой ты горячий там, – она провела своим носиком по моему. – А потом ты становишься безумным.

Лара набрала побольше воздуха и медленно стала опускаться под воду. Её руки, скользнув по животу, ухватились за талию… Такого у меня ни в одной жизни не было… Я замер в ожидании наслаждения, но… вместо эротических фантазий получил резкий толчок ног лары в оба бедра и на доли секунды обнажённое тело молодой девушки над водой.

Пока я отплёвывался от попавшей в рот воды, лара уже достигла отмели и с задорным смехом выбегала на берег. Я приложил все силы, чтобы успеть догнать её. Ну, собственно это мне удалось, и я заключил её в объятья около лошадей, попытавшись вновь поцеловать.

– Не надо, прошу, – раздался шёпот, когда мои губы коснулись её.

Ну, вот какой мужчина сможет после этого продолжить. Я выпустил прикрывающую грудь своей одеждой девушку и отвернулся.

Обратно мы возвращались молча. Я пытался разгадать загадки женской логики – если не нравлюсь, то тогда зачем, а если нравлюсь… Возможно, бережёт себя для мужа, но тогда снова – зачем весь этот цирк?

Лару после ночного купания словно подменили. Она совсем даже не в шутку дерзила на каждом шагу, доводя изредка меня до бешенства. Через два дня после того как вернулся дед, она ворвалась ко мне в комнату. Я встал, как подобает либалзону, при этом ожидая услышать очередную гадость. Возмущаться и ругаться с ней по поводу её манеры входить не хотелось. Она подошла ко мне и вставила что-то за ухо.

– Извини. Я думала, так будет лучше, если мы расстанемся в ссоре, но не смогла. Я уезжаю.

Её губы сомкнулись на моих. Сладкий – сладкий поцелуй нежных губ, длился, пожалуй, целую вечность показавшуюся мгновением.

– Прости. Не провожай меня. Жаль, что ты тогда не решился…, – она резко развернулась и, шелестя платьем, направилась к открытой двери, но остановилась и вновь повернулась ко мне.

– И тогда, в купальне, это мы с Ирушей уговорили тебя.

– Зачем?

– Мы обе были влюблены в тебя, а тебе привезли рабыню, чтобы научиться общению с женщинами. И мы решили, что твой первый раз должен быть с кем-то из нас. Поэтому договорились что та, которой ты первой коснёшься…

– И кого я коснулся?

– Никого. Ты просто улыбался. А под конец нас поймали. И цветок безумия сними, – лара приподняла руку, указывая на то, что положила мне за ухо, – от него ожог может быть. Если надумаешь съесть, я буду рада. Только в масло окуни, а то просто с ума сойдёшь, и желание не сбудется.

Лара, улыбнувшись, исчезла в глубине коридоров. Я, вынув из-за уха несуразный тёмно-зелёный бутон, проводил взглядом её карету из окна. Был ли я тогда влюблён? Вряд ли. Уж больно спокойно я пережил её отъезд.

Последующие дни я стал входить в свой обычный ритм, разве что в мою жизнь как-то незаметно стал втираться Ильнас. Ну, то есть, после пробежки скажем, я споласкивался и любил выпить отвара, так парень уже встречал меня у дверей в мою комнату с кружкой оного. Только я собирался на ристалище, как он уже ждал меня с начищенной кольчугой и шлемом у ограждения. В некоторых случаях, например, когда он ждал у дверей комнаты распоряжений, это несколько нервировало, и я попросил разрешения деда на присутствие мальчишки на занятиях. Дед, кстати, даже не поинтересовался, зачем мне этот парень, чем если честно обрадовал меня, поскольку я не знал что ответить на такой вопрос.