Аромат грехов твоих - Адам Хард

– Выходит, вы следили за мной от самого дома? – решив, что будет лучше, если начну задавать вопросы, спросила я у мужчины.

– Теперь мне глупо за это оправдываться, – кивнул зеленоглазый детектив. – Было бы гораздо хуже, если б я не подоспел вовремя.

«Это как посмотреть, – грустно подумалось мне. – Бандиту бы точно пришлось несладко».

– Я вам благодарна за помощь, – слукавила я, стараясь не выдать истинных эмоций и расстройства в голосе.

Ветер сменил направление, и теперь до меня опять доносился запах Ричарда.

«Какой же он вкусный!» – мелькнула в голове шальная мысль, а я неосознанно облизала губы.

Правда тут же одернула себя, больно закусив до крови нежную кожу. Не хватало только сорваться и наброситься на Лорна здесь и сейчас.

А ведь я была на грани этого состояния, в мозгу послушно всплыли картинки, как я снимаю с него этот чертов идеально сидящий пиджак, стягиваю жилет, затем – рубашку, а после, без всяких долгих прелюдий, целую темные ореолы сосков, скользя пальцами по рельефным мускулам тела.

С губ невольно сорвался мечтательный стон.

– У вас что-то болит? – забеспокоился Лорн, даже не представляя, о чем я сейчас грезила. – Этот подонок навредил вам?

Его голос выдернул меня из сластолюбивых грез, и я поспешила убедить детектива в неправильности выводов.

– Просто у меня мигрень, – вспомнила я о причине, из-за которой якобы покинула дом. – Я ведь шла в аптеку за микстурой.

– Ах, да. Ваша сестра говорила об этом, – он опять доброжелательно улыбнулся. – Сейчас подъедем к дому, и я вынесу вам снадобье. У нас с констеблем Буллетом имеется отличная аптечка на любой случай жизни.

Я даже зубами скрипнула. Из моей головы совсем выскочило, что эти двое – полицейские, а у них, как правило, целый арсенал полезных вещей в запасе. Мало того, что Лорн лишил меня ужина, так еще и лекарствами снабдит, которые всенепременно придется выпить ради подтверждения легенды.

Экипаж повернул на знакомую с детства улицу и вскоре остановился у ворот дома. Радуясь близости родных стен, я попыталась быстрее выбраться из кареты. И, пока Лорн расплачивался с извозчиком, судорожно дергала задвижку пассажирской дверцы со своей стороны.

– Зря мучаетесь, леди, – обернулся извозчик. – Дверь не работает. Я специально намертво закрепил ее, чтобы во время движения не открылась случайно.

Хорошо, что очередной скрип моих зубов не был слышен, а ведь я не удержалась и от души стиснула челюсти.

Пришлось дожидаться, пока выйдет Лорн, а после вежливо подаст мне руку, чтобы помочь спуститься. Едва мои пальчики коснулись его ладони, запряженная лошадь дернулась и решила, что вправе сделать несколько шагов вперед. Карета поехала, а я потеряла равновесие, чтобы быть пойманной ловким детективом.

– Простите, леди, – рассыпался извозчик в извинениях, но я уже его слабо слышала.

Мой нос уткнулся в мужскую грудь, и плевать мне хотелось, что происходит вокруг. Запах мужчины свел с ума оголодавшее чудовище внутри меня, оно рычало и рвалось наружу, я же, цепляясь за лацканы черного пиджака, комкала материю и с наслаждением дышала Ричардом. Шумно дышала, полной грудью.

– Розалинда, что с вами? – над ухом послышался бархатный баритон, от которого захотелось разорвать одежду на мужчине. Даже голос Лорна сейчас дьявольски возбуждал.

– О, со мной все в полном порядке, – так же уткнувшись в его грудь, выдохнула я и принялась подталкивать мужчину с дороги в сторону ворот.

– Баронесса, что вы делаете?

В голосе Лорна послышалась растерянность, и все же он пятился назад, правда, при этом попытался положить мне руки на плечи, чтобы отстранить, но где там.

Второй раз за сутки еду отпускать я не собиралась. И пускай во мне сейчас говорил отнюдь не голос разума, а голод, я уже просчитывала, как сделать так, чтобы и поесть, и не убивать Лорна.

Я подняла голову, чтобы взглянуть ему в глаза. Зеленые, задумчивые, растерянные и все же любопытствующие, что будет дальше.

– Что вы делаете, Розалинда? – повторил он, нервно сглотнув, когда я недвусмысленно прижалась к нему сильнее, особенно там, внизу.

– Иду домой, разве не видно?

Через ткань многочисленной одежды я не могла почувствовать его реакцию, но могла поклясться, что она была.

Жажда застилала мне глаза, и я мало о чем могла думать, кроме того, как опрокинуть Лорна где-нибудь в кустах маминого сада, снять с него одежду… И… Надеюсь, он не будет сопротивляться. Не применять же силу, в конце-то концов.

Я толкнула мужчину за ворота и отвлеклась всего на мгновение, чтобы прикрыть кованые створки. А когда повернулась, была тут же схвачена за плечи в цепкий захват.

– Розалинда, мне кажется, вы не в себе, – он осторожно тряхнул меня, заставляя посмотреть себе в глаза. – Подобное активное поведение случается у жертв насилия. Это защитная реакция психики на произошедшее в переулке. Поэтому давайте я сейчас провожу вас до дома вашей матушки, вы подниметесь в свою комнату, выпьете успокоительное и ляжете спать. А утром посмотрите на произошедшее трезвым взглядом.

Не знаю, о каком трезвом взгляде он говорил, но сейчас я видела перед собой только его четко очерченные губы, казавшиеся такими сочными, словно спелая малина. Сорвать, скользнуть языком по ягодке, сжать зубами, выдавливая сладкий сок, посмаковать и только потом съесть, чтобы насытиться.

Нужно только дотянуться. Извернувшись, я сама положила ему руки на грудь и, словно таран, впечатала в ближайший заборный столб.

Привстала на цыпочки и приблизилась к его лицу. Мои губы были призывно раскрыты, и Лорн это видел. Он и сам следил за моими движениями, шумно дышал, пытался говорить о чем-то вразумляющем, пока я терлась своим телом о его одежду, но для меня все звучало крайне неубедительно.

Все, кроме вкуса его губ и поцелуя, которым я заткнула такого занудного в этот момент детектива.

Его руки по-прежнему покоились на моих плечах, и он мог бы попытаться оттолкнуть меня прочь, но Лорн замер. Его запах усиливался, кружа мне голову, а я неистово целовала его губы, наконец, пробуя вкус жизни мужчины.

Это не было полноценным ужином, скорее, легким бульончиком для голодающего. Но боже! Как же он был вкусен!

Я недолго дразнила его, через мгновение уже Ричард вел в этом парном танце. Он развернул меня спиной к прохладному столбу, а я позволила его губам целовать себя, а его рукам – скользить по моему телу, чтобы оказаться на талии и прижать меня еще ближе.

На мгновение он оторвался от моих губ, чтобы прошептать что-то на ухо, но это не входило в мои планы, и я снова впилась в него языком. Мне не нужны его глупые слова и фразы, только немножечко жизни. Я возьму чуть-чуть. Всего полгодика, это даст мне неделю, чтобы продержаться до следующей жертвы.