Драконья тьма - Туи Сазерленд

– Вообще, – вновь заговорила Оникс, – этот древний ночной может оказаться нам очень полезен. Он владеет магией – читает мысли, предвидит будущее. Пусть будет на нашей стороне.

– И то верно, – согласился старый дракон. Он кивнул на купол. – Давай-ка обсудим поподробнее.

Чёрные капюшоны подхватили лежащего без чувств гонца и полетели следом. В обсерватории остались только Вихрь, Страус, Кобра и Холод – если не считать пятерых охранников наверху.

– Даже не думай, Вихрь! – гневно оскалилась Страус. – Я не дам тебе! Сожгу этот свиток, да и всё!

Она плюнула огнём, но попала на ковёр, который тут же задымился. Подоспевший Холод еле успел потушить пламя ледяным дыханием.

– Я пока посплю, – повернулся он к Вихрю. – А ты постарайся разобраться побыстрее, надоело мне здесь.

– Давай, – кивнул песчаный, и приятель снова растянулся на шёлковой подушке в дальнем углу. Вскоре длинные шипы его ледяного гребня уже мерно постукивали, вздымаясь и опадая в такт дыханию.

– Успокойся, Страус, – шепнул Вихрь, – я не собираюсь ничего ему писать. Будем придумывать, как выбраться отсюда.

– Хотя бы сделай вид, что пишешь, – подмигнула Кобра, – а я пока поищу какое-нибудь оружие.

Глаза песчаной малютки вдруг загорелись.

– У меня есть кое-что! – Она придвинулась ближе, притворяясь, что читает свиток, и изогнула хвост, показывая, что спрятала в складке под ядовитым шипом. Вихрь разглядел стальное лезвие, такое острое, что до крови процарапало чешую. – Страус вытащила его и сунула под подушку рядом. – Украла у охранника, – тихо прошипела она.

Небольшой метательный диск с заточенным ободком выглядел зловеще. Такие продавались на базарах, были и у матери, и у Вольных когтей, но сам дракончик тренировался с ними редко.

– Чакрам, – довольно шепнула Кобра, заглядывая через плечо сына. – Вот здесь подробнее надо! – сказала она громко и сердито, тыкая когтем в свиток, а другой лапой незаметно забирая оружие. – Твой дед хочет точно знать, кого из ближайших советников Тёрн собирает на утренние совещания!

Вихрь перечитал написанное: «Вольных когтей много, очень много, очень-очень много, а верных драконов, которые любят поддерживают нашу королеву, вообще без счёта!»

– Одного охранника я сниму чакрамом, – тихо пробормотала Кобра, – но как быть с остальными четырьмя?

Песчаный дракончик задумчиво прищурился.

– Если отвлечёшь их как-нибудь, я достану ещё.

Он вытащил из мешочка на шее части заговорённой деревянной миски и, прикрываясь подушкой, стал их складывать.

– В детстве ты писал разборчивее, что с тобой случилось? – гневно воскликнула Кобра. Выхватила свиток, незаметно кинув чакрам в миску, и нависла над сыном, прикрывая его от стражников наверху и продолжая браниться: – А ошибки? Это же ужас какой-то! Разве так пишется «капибара»? Совсем поглупел!

Даже зная, что она притворяется, дракончик с трудом удерживался, чтобы не начать оправдываться, как в далёком детстве: «Ну мамочка, я же старался!»

Наклонившись над миской, он торопливо зашептал: – Сделай вдвое, пожалуйста! Сделай вдвое, пожалуйста! Сделай вдвое, пожалуйста!

Страус изумлённо вытаращилась на восемь блестящих чакрамов на дне миски и опасливо прикрыла их крылом от взглядов сверху.

– Как ты это сделал? – ахнула она, – Ты что, дракомант?

– Не я, – грустно покачал головой Вихрь, – кое-кто другой.

Он мельком глянул на каменную табличку. Пусто. О чём только думает Карапакс? А может, с ним что-нибудь случилось? Должен же понимать, как важны его новости для друзей!

– Давай, старайся! – прикрикнула Кобра, швыряя свиток на ковёр перед дракончиком. – У твоего деда очень высокие требования, и он хочет знать всё до последней мелочи! Пиши грамотно, разборчиво! – Снова присев рядом, сделала вид, что заглядывает через плечо, а на самом деле покосилась на миску с чакрамами. – Отлично, – шепнула она, – теперь осталось только дождаться темноты!

Глава 9

Вжжик! Вжжик! Вжжик!

Кобра швырнула три чакрама разом – два лапами, один хвостом, – и каждый вонзился в горло одному из охранников, убив троих одновременно. Тут же схватив ещё два, она бросила их следом, и двое оставшихся чёрных капюшонов не успели даже обернуться на звук. Пять бездыханных драконьих тел посыпались с купола, словно переспевшие финики.

Вихрь задрал голову, глядя на тёмное небо, усыпанное звёздами. К счастью, сегодня ни одна луна не была полной. Повезло и в том, что Стервятник так до сих пор и не вернулся проверить свиток со сведениями о Тёрн, в котором не добавилось ничего, кроме восторженного описания «большой, огромной, гигантской и самой неприступной крепости с самыми высокими стенами на свете». Наверное, дневные охранники, уступив место ночным, доложили, что внук усердно пишет, и дед на время успокоился.

Дракончик поспешно содрал с мертвецов капюшоны, два отдал Страус и Кобре, а один натянул себе на голову. Маскировать Холода было бесполезно: сверкающая ледяная чешуя никак не подходила Когтям власти. Оставалось только в случае, если задержат, выдать его за пленника.

– Держитесь ближе ко мне, – прошипела Кобра. – Старайтесь ничего не задеть и не наступайте ни на что подозрительное.

– А не могли ловушки поменять за те годы, что ты сидела в каменном мешке? – засомневался Вихрь.

– Я хорошо изучила все отцовские хитрости, – хмуро заверила она. – Как-нибудь проведу вас.

Проведёт, защитит, спасёт! Значит, любит, радостно подумал дракончик.

Он взлетел за матерью к куполу и припал к крыше, озираясь в поисках других охранников, но никого не заметил. Страус уже поднималась следом, за ней махал крыльями ледяной.

В ночном воздухе пахло жареными кокосами, крепкими дедовыми духами, ветерок отдавал свежестью близкого озера в оазисе. Слышались пьяные голоса Когтей, пировавших в садовых павильонах. Капюшон на голове мешал озираться по сторонам – и как только они его носят?

Беглецы тихонько опустились на дорожку из мраморных плит и двинулись гуськом, аккуратно ступая след в след за Коброй, хотя, казалось бы, какие могли быть ловушки посреди сада? Опасность поджидала дальше, у границ резиденции.

Впереди в темноте замаячила крепостная башня, увенчанная острыми пиками, и Вихрь остановился, беспокойно оглядываясь.

– Это не внешняя стена, – удивился он. – Нам в другую сторону.

– Мне надо заскочить сюда, ждите! – прошипела мать.

– В сокровищницу деда? Ты с ума сошла!

– У него есть кое-что опасное для нас. Если не забрать, поймают.

– Но… здесь должно быть больше всего ловушек, и самых страшных, смертельных!