Марья-Царевна - Наталья Жильцова

Все-таки наличие бессмертия давало некоторое спокойствие по поводу дальнейшего будущего. Теперь я его лишилась, и где-то в глубине сознания возникла трусливенькая такая мыслишка — может, и впрямь свалить обратно к бабуле? Уверена, Карачун не откажет. А там уж и без бессмертия можно нормально прожить. Скучно, обычно, но можно.

Хотя… стоп! Какой Карачун, если магия пропала? Сможет ли он переход-то открыть? Или на путешествия между мирами магия не нужна, а это, так сказать, врожденное свойство организма? Но и бессмертие в таком случае тоже врожденное?

Я чувствовала, что совсем запуталась. Понимала только одно: проверять на собственном опыте, смогу я ожить после смерти или нет, не буду однозначно.

— Ты свой Источник чувствуешь? — тем временем спросил Наволод Финиста, делая шаг в отбрасываемую корчмой тень, чтобы меньше бросаться людям в глаза.

Сокол нахмурился и задрал голову к небу. Закрыл глаза и словно потянул воздух носом, весь вытягиваясь в струнку. Потом тяжело выдохнул и отрицательно качнул головой:

— Нет. Словно закрыли его от меня напрочь. Как такое возможно вообще? Какая силища должна быть, чтоб сотворить подобное?

— Вот и я примерно то же ощущаю, — подтвердил Наволод. — Лишился мир магии. Ни крупицы ее не осталось, чтобы нам хоть до своих Источников дотянуться.

— Главное, чтоб не дотянулся кто-то другой, — пробормотала я. — Вам-то нечего опасаться. Один Источник в небесах высоко, второй в недрах горы скрыт. У какого-нибудь Морского Царя вообще на дне океана. А вот мой сейчас доступнее некуда. Вместе с сокровищницей…

Да, наверное, стресс был тому виной, но растерянное, испуганное сознание цеплялось за сокровищницу как за какой-то сверхважный якорь. Ценность, забота о которой не давала мне окончательно впасть в панику.

Спасибо хоть мои спутники это поняли и не стали подшучивать. Вместо этого еще раз напомнили о реке Смородине и невозможности ее пересечь ни пешему, ни конному.

А вокруг становилось все более оживленно. Несмотря на ранний час, местный народ не привык прохлаждаться в постелях и уже принимался за работу, неспешно и размеренно. Судя по всему, никто еще не понял, что магия исчезла. Да и с чего простому люду сильно переживать по этому поводу? На то, чтобы корову подоить, коня в телегу запрячь или на рыбалку сходить, колдовство не требуется, а только руки умелые.

— И что делать будем? — спросила я. — Что-то ведь надо?

— Для начала поговорим с моей матерью, — решил Наволод. — Она через Медную гору всю землю слышит, может, успела почувствовать что-нибудь важное.

— Угу. Только от Берендеевой столицы до Медной горы месяца два ходу, — буркнул Финист.

— А это смотря как идти будем. — Наволод неожиданно усмехнулся.

— Неужели?..

— Да. Навь я чувствую по-прежнему, — подтвердил догадку Финиста он.

— Но как? И получается, переходы между мирами тоже работают? — Во мне вновь вспыхнула надежда. Если найти Карачуна или как-то дать знать бабушке, где я…

— Возможно. Не знаю, — пожал плечами Наволод. — Знаю только, что дверь в мир мертвых всегда открыта. Упокоение неприкаянных душ от магии не зависит. Ты с нами? — спросил он у Финиста.

Тот вновь бросил тоскливый взгляд на безоблачное небо и согласно кивнул;

— С вами. Нельзя это дело так оставлять, тут и думать нечего. И пока ясности никакой нет, думаю, держаться вместе сподручней. Одна голова хорошо, а две…

— Три, — поправила я.

— А три лучше, — закончил Финист и тут же обеспокоенно уточнил: — Ты, надеюсь, не здесь проход в Навь открывать собрался?

Наволод недоуменно изогнул бровь.

— Даже не думай, — твердо сказал Финист. — Ни к чему людей местных пугать. Да и Прокопу окончательно репутацию испортить можем. Люди и так судачить будут, что у него по вечерам булки пляшут да танцы непотребные с приезжими девами случаются. Так еще и врат в Навье царство к тому не хватает. Обидится Прокоп, а он мне друг давний.

— Мне кажется, что про «непотребные танцы» прослышав, на репутацию заведения никто обращать внимания не будет, — смущенно буркнула я себе под нос. Похоже, мой тверк тут запомнят надолго.

— Тогда выдвигаемся к воротам, да побыстрей, пока народу вокруг не так много, — сказал Наволод. — И так обликом своим внимание привлекаю. Люди нервничать начинают.

— Идите вперед, я догоню, — кивнул Финист. — Надо Колобка пристроить. Скажу Прокопу, чтоб спрятал его покуда у себя да не вздумал нашего сотоварища никому на стол класть.

С этими словами он скрылся за дверьми корчмы, а мы двинулись вперед.

Хорошо, что городские ворота были неподалеку. Как и когда-то в Аграбе, на ауру Белого Князя люди реагировали нервно и провожали подозрительными взглядами.

Финист догнал нас у самых ворот. Сказал, что с Колобком все уладил. Прокоп клятвенно пообещал беречь этот хлеб, словно тот его дитя собственное. А взамен взял с Финиста слово, что тот у меня песни, которые вчера пела, слово в слово запишет, да ему и принесет. Уж больно они хозяину по душе пришлись.

За пределы Береславля мы вышли с первыми купцовыми подводами, как только по утреннему времени открыли ворота. Стража было дернулась в сторону Наволода, но была вовремя перехвачена Финистом, у которого и здесь нашлись знакомцы.

Отойдя подальше, мы свернули с тракта и слегка углубились в лес, где Наволод наконец остановился и открыл проход в мир упокоенных душ.

Холод Нави вырвался в здешнее лето, заставив листья на деревьях скукожиться, а траву покрыться инеем.

— Давайте! — скомандовал князь. — Я последний.

Финист кивнул и спокойно шагнул в прореху, словно такие вот переходы ему совершенно не в новинку. Я бросилась за ним, внутренне готовясь к удару стужи, но рука Наволода, перехватившая меня за плечо, заставила остановиться.

— Кольцо возьми, — сказал он, не глядя на меня. — По Нави путешествовать, сама знаешь, небезопасно. А так хоть защищена будешь. Тем более что с твоим бессмертием все неясно.

Я раздумывала только одно мгновение и, взяв кольцо, надела его на палец. Мало ли что? Жить-то хочется! Однако сразу предупредила:

— Ситуация обязывает. Но это не означает, что я вновь твоя невеста.

И, дождавшись согласного кивка уже-не-жениха, шагнула в портал.

Попадание в Навь можно описать одной фразой: «Каждый раз как в первый раз». Ну нельзя привыкнуть к этому холоду, который словно вытягивает из тебя жизненное тепло, взамен обещая вечный покой. Хотя, судя по обитающим здесь созданиям, покой им только снился.

Я чуть не ткнулась в спину замершего Финиста. Тот не отводил взгляда от серой пустынной равнины, расстилающейся перед нами, и встающего за горизонтом голубого зарева, от которого сполохами по темному разбегались волны бледного огня.