Королева ульев - Туи Сазерленд

– А что всё-таки насчёт ядожалов? – спросила она громко. – Мы же собирались дать им шанс, позволить сделать правильный выбор! Решили, что поможем всем, если освободим ядожалов от Осы.

Листокрылая пожала крыльями, сверкнув золотыми украшениями.

– Это невозможно… как я и подозревала ещё вначале. Единственный выбор для нас – раздавить их всех!

– Да! – снова рыкнул синекрылый.

– Согласен, – кивнул Мечехвост. – Я с Росянкой.

Синь шагнул ближе с Сверчок, касаясь её крылом.

– Нет, это неправильно, – твёрдо проговорил он. – Есть и хорошие ядожалы, я уверен. Разве можно исправить трагедию прошлого, повторив её наоборот?

Листокрылая фыркнула.

– Ну, если сидеть на своём хвосте и вдумчиво изучать врагов, то нынешнюю трагедию уж точно не исправить! Обниматься с ядожалами и сочувствовать их бедам? Пускай ответят за своё зло!

Сверчок прижала лапы к глазам. Наверное, на месте Росянки она чувствовала бы то же самое… но как же Кузнечик? А принцесса Скарабея, а хранительница Книги, а отец, пусть и не родной? А одноклассники, которые столько раз делились с ней книгами и семенами? А просто маленькие драконята в садах? Неужели они тоже заслужили наказание? Они вовсе не такие чудовища, какими их делает Оса, их ещё можно спасти!

– С чего начнём? – деловито осведомился Морфо. – Скажи, что нам делать.

Киноварь переглянулась с Тау.

– Ждать, – хмыкнула она. – Не все шелкопряды хотят уничтожить все ядожалов.

– Вообще не надо никого уничтожать! – вставил Синь.

– Сколько всего шелкопрядов у вас в «Хризалиде»? – не слушая их, спросила Росянка. – Только не говори, что все вы сейчас здесь.

– О нет, – гордо усмехнулся синекрылый. – Только в этом улье целых семеро!

– Хм…

– Ну, или шесть.

– Если ты отпугнул Аргуса навсегда, – язвительно добавила Киноварь.

– А почему остальных здесь нет? – нахмурилась Росянка.

– Они сегодня не смогли, – ответила Тау. – Одна шьёт себе костюм для школьного спектакля, другому завтра рано вставать… А что Темора? – Она повернулась к Киновари.

– Слишком утомлена, мол, – сердито рявкнул Морфо.

Листокрылая криво усмехнулась.

– Вот как? Героические борцы, ничего не скажешь.

– Если совсем честно, – вздохнула Киноварь, – мы мало что делаем в последнее время… да и вообще. Да и как могут семеро драконов что-то изменить в целом улье? В других тоже есть подпольщики, но… У каждого своя жизнь, свои дела – а чёткого плана нет ни у кого. Печально это всё…

– Зато теперь, когда ты здесь, – обернулся Морфо к Росянке, – всё стало ясно! Приводи войско, шелкопряды помогут, захватим весь улей и наведём порядок!

– Как? – хмыкнула листокрылая. – Как именно помогут нам шелкопряды?

Синекрылый смущённо повёл крыльями.

– Ну… сделаем всё, что скажете. Можем указать на главных ядожалов и… И окажем всяческую поддержку, когда вы их убьёте!

Росянка молча вздохнула, потирая лоб.

За окном снова что-то мелькнуло. Сверчок быстро обернулась, но ничего не разглядела. Что это – далёкие молнии? Поправив вуаль, она шагнула к тёмному стеклу.

Поначалу там виднелось лишь её отражение и драконы за спиной, словно запертые в стеклянном ящике. Потом глаза привыкли, и тогда Сверчок заметила двух драконов, пролетевших под окном.

Ядожалы!

В доспехах и с оружием. Стражники летели вдоль наружной круговой стены улья, направляясь к задним дверям библиотеки.

Сверчок стремительно обернулась.

– Нас заметили!

– Маловероятно, – отмахнулся крылом Морфо. – Кому интересна запертая на ночь библиотека?

– Тс-с-с! – оборвала его Росянка, подняв коготь.

Все замерли, прислушиваясь.

От входной двери внизу доносился негромкий скрежет, как будто кто-то подбирал к замку ключ за ключом.

Жёлтая и оранжевая драконихи испуганно переглянулись.

– У задней двери тоже солдаты, – шепнула Сверчок.

– Будем пробиваться? – грозно оскалился Мечехвост, обернувшись к Росянке.

– Мы не знаем, сколько их там, – возразила Киноварь, – а если у них в головах Оса, то в любой момент налетит целая толпа.

– А ты можешь позвать своих? – спросил синекрылый Росянку. – Целую толпу свирепых листокрылов!

– Могу, но не так быстро. Отсюда есть ещё выходы?

– Нет, – покачала головой Тау, – но если двое прикроют, остальные могут успеть вырваться.

Синь нахмурился.

– Я никого не оставлю в когтях у ядожалов, – тихо произнёс он.

Росянка резко повернулась к Сверчок.

– Твоё укрытие! Оно должно быть рядом. Где ты пряталась в библиотеке, когда Оса поднимала всех ваших?

Поместятся ли все семеро? А куда ещё деваться? Подавив неприязнь к листокрылой, нарушившей своё обещание, Сверчок кивнула в проход между полками.

– Туда! – И бросилась бежать первая, показывая дорогу.

Выскочив на балкон, она нырнула вниз и спланировала вдоль стены к нижнему этажу библиотеки. Оглянулась, наблюдая, как оранжевая дракониха закидывает себе на плечо слабое крыло Тау и помогает спуститься.

По сторонам парадной двери высились две толстых пустотелых колонны, встроенные в стену. Со стороны площади в каждой была проделана специальная щель, чтобы опускать прочитанные книги. Когда они накапливались, библиотекарь забирал их со своей стороны через низенькую дверцу. Распахнув её, Сверчок кивнула в тёмный проём.

– Ясно, – шепнула Киноварь. – Тау, за мной! – Они побежали к заднему входу, где были такие же колонны.

– Я с Росянкой! – объявил Морфо и первым полез внутрь. Скорчившись среди книг, протянул лапу листокрылой, но та лишь скривилась.

– Благодарю за честь, но обойдёшься Мечехвостом. – Втолкнула шелкопряда и закрыла дверцу у него перед носом.

– Как же ты без своего нового друга из «Хризалиды»? – не удержавшись, едко усмехнулась Сверчок.

Они уже открыли колонну напротив, когда замок громко щёлкнул, отпираясь. С колотящимся сердцем Сверчок нырнула в дверцу и принялась разгребать книжный ворох, чтобы освободить место. Мгновение спустя к ней притиснулся Синь, а следом прыгнула Росянка. Дверца закрылась, погружая тесное пространство в полную темноту.

Упираясь лапами в стены, Сверчок старалась отодвинуться, забираясь выше по бумажной горе, но всё равно ощущала биение сердца дракончика, так переплелись их крылья и хвосты. Одной лапой он обнимал её за шею, а скомканный шёлк накидок лез в пасть, мешая дышать. Она с трудом устроила голову у него под подбородком, вдыхая запах старых обложек и его самого, чем-то напоминавший жареные бананы.