Загадка поющих камней - Чарльз де Линт

— Конечно нет. Я положил этот корешок, помоги нам Баллан! И если похлебка стала горькой, то это твоя вина, а не моя. Мой отец готовил похлебку, от которой у тебя потекли бы слюнки. Я помню…

Не умолкая ни на минуту, медник разлил похлебку по тарелкам.

Похлебка получилась на славу, с легким незнакомым, но очень приятным привкусом. Минда решила, что его-то и придал корень, вызвавший опасения у Маркдж'на. Медник закончил трапезу последним; он ни на минуту не прекращал разговаривать, касаясь самых различных тем — от стоимости звездного серебра на рынках его родного мира под названием Йенханвитль до количества спутников, взятых Гайреем Тельцом в его легендарное путешествие в Дансваллоу. Никому другому не удавалось вставить ни слова в его монолог.

Танет выжидала удобного момента. Как только Маркдж'н набил полный рот, она отставила свой чай и заговорила.

— Может, Минде пора рассказать свою историю? — спросила она, глядя на Гримбольда, а затем добавила: — Вот только ваш лагерь, кажется, разбит не в самом безопасном месте. Скеллеры с каждым днем становятся все агрессивнее…

Мы не так уж безрассудны, Танет, произнес вислинг. Хотя насчет Маркдж'на у меня нет полной уверенности. Еще в конце весны, когда мы выбрали это место, я установил здесь свою защиту. Поверь, что скеллерам уж точно через нее не пробиться.

Барсук повернулся к Минде. Чувствуя себя в центре внимания, она невольно поежилась, откашлялась и немного помолчала, решая, с чего начать. И все же рассказ получился довольно сбивчивым. Маркдж'н слушал очень внимательно, и его взгляд оставался совершенно серьезным. Гримбольд ободрительно кивал и прервал ее только раз, задав вопрос по поводу сна, в котором она видела музыканта со свирелью два дня назад. Свою историю Минда закончила утренним столкновением с Хорном, и Гримбольд задумчиво кивнул.

Вот как. Значит, это его я почувствовал сегодня утром. Его история весьма печальна и тесно связана с твоей, Минда. Это меня пугает. Ильдран! Кто бы мог подумать!

— Ты его знаешь, — предположила Танет.

Я наслышан о нем, что совсем не одно и то же, хотя и этого уже достаточно. Среди старейшин прошел слух, что силы Тьмы поднимаются, но никто не упоминал его имени. И это было очень давно. Ильдран занимал высокое положение в совете мьюриан, но потом был смещен за какой-то проступок, о котором никто из его бывших соплеменников не хотел даже упоминать. Кроме того, до сих пор считалось, что он убит. Жаль, что мы так мало знаем о мьюрианах.

Хрипловатый голос барсука затих в их головах, как только он углубился в воспоминания. Спокойное отношение вислинга к ее истории позволило Минде несколько расслабиться, как это было и во время разговора с Танет.

Вейр, внезапно снова заговорил Гримбольд. Он обратил на слушателей свой взгляд, и в его глазах была такая сила, что, казалось, даже воздух вокруг вислинга потрескивает от напряжения. Потаенный мир мъюриан — одна из Великих Тайн. Я слышал, что можно искать дорогу туда всю свою жизнь и не обнаружить даже следов, а другому достаточно свернуть за угол знакомой улицы и обнаружить перед собой бескрайние холмы и заросшие вереском равнины. И ты собираешься отыскать это место?

Он испытующе посмотрел на Минду, и та кивнула.

— Я должна, — сказала она. — Я дала обещание Яну. Он мне помог, и теперь моя очередь выполнить условия договора.

Верно. Клятвы даются не для того, чтобы их нарушать. Особенно когда обещание дано Пеналюрику. Он их предводитель, верховный правитель. И быть заключенным в камне для него… Ты знаешь, что это значит?

— Нет, не совсем. Только догадываюсь.

Однажды рожденные заперли бы своего врагав темнице где-нибудь глубоко в горе или под землей, даже под могильным курганом, как я слышал. Но древний народ обходится с пленниками по-иному. Они заключают врага в дерево, или камень, или в землю холмов. И тело и душа оказываются в этой тюрьме. Со временем мысли узников камня отвердевают, и все существо и впрямь становится камнем.

Минда с трудом сглотнула, припомнив одну из первых фраз Яна: Боюсь, я слишком долго был заключен в камне, и мои мысли стали такими же застывшими. Что если она опоздала?

Помню, как-то раз, продолжал Гримбольд, я путешествовал в Килдри, это большая вересковая долина между замком Шихи и Лесом Эакина.

— Я знаю это место, — вставил Маркдж'н. — Мой отец частенько торговал с лесниками Эакина.

Я ощутил чье-то присутствие, хотя, насколько хватало глаз, мог видеть только бесплодные холмы да отдельно стоящие камни. Я прибег к помощи внутреннего зрения, чтобы видеть сущность сквозь волшебные чары, если они там были, и кто бы мог поверить? К своему изумлению, в ближайшем каменном столбе я увидел облик мьюриана — в самой сердцевине камня была заключена женщина.

Довольно простое заклинание освободило ее из плена, но она пробыла в нем так долго, что прошла не одна неделя, прежде чем мне удалось вернуть ее душу. Она ушла глубоко под землю в поисках древних корней гор, к которым стремилась из-за наложенного заклятия. До сего дня эта женщина не может вспомнить, как она попала в камень и кто был виновником ее пленения. Вероятность ее освобождения была почти равна нулю, поскольку вислингов не так уж много, а после раскрытия тайны врат мы часто путешествуем. Приди я на это место годом позже, я бы ощутил только поглотивший ее камень.

Гримбольд вздохнул и замолчал.

— Ты считаешь, что я опоздала? — спросила Минда.

Этого я не могу знать.

— Но ты мне поможешь?

Найти Вейр? Да, это, должно быть, был Вейр. Хайволдинг, Серые Холмы, о которых ты говорила… По крайней мере, мы знаем, что Вейр существует, хотя нам и неизвестно, где он манжет находиться. Но я сам не могу тебе помочь. Как Тонет привела тебя ко мне, так и я отведу тебя к той, кто знает и Яна Пеналюрика, и дорогу к Вейру, Ее зовут Тарин Велдвен, и это та самая женщина, которую я вызволил из каменного плена в Килдри много лет назад. По правде говоря, она единственная, кого я знаю среди мьюриан. Они скрытный народ и неохотно общаются с теми, кто не приходится им родней. Но Тарин поможет. Ей одной известно, что значит быть заточенным в камне.

— А где мы ее найдем? — спросила Минда. — Она живет в Даркруне?

Боюсь, что нет, Минда. Мы должны добраться до Эленвуда на Гителене, до замка леди Сиан. После своих злоключений Тарин покинула холмы своих соплеменников и теперь обитает среди лесных эльфов леди Сиан.

Разочарование отразилось на лице Минды. Сколько еще миров придется ей обойти в своих поисках?

Не стоит так расстраиваться, сказал Гримбольд. Я сам доставлю тебя в Эленвуд.

— Ты? Но как же?..

Почему бы и нет? Твоя история меня заинтриговала, а вислинги ничем не отличаются от ученых-историков, когда дело касается головоломок. И вот еще что: Ильдран преследует тебя, возможно, чтобы лишить жизни. Сестра Хорна уже мертва. Я спрашиваю себя: почему? И кого еще он уже успел погубить?