Мама, я демона люблю! - Даха Тараторина

Для начала, те же отвары, что стоили две мелких монеты у простой девушки, у ведьмы покупали за пригоршню.

— А это точно от зуба поможет? — раздутая щека клиента шевелилась отдельно от лица и создавала впечатление, что ему уже не поможет вообще ничто. — Может, заклинание какое прочтёте?

Я покорно подносила склянку к губам, шептала в неё: «чтоб тебя!» и отдавала товар, цена которого мгновенно возрастала в разы. Определённо, быть ведьмой становилось всё более выгодно.

Вырезать фурункул, придумать капли, чтоб собака не скулила (бедное животное занозило лапу и подвывало совсем уж непотребно, когда ему не дали отлежаться, а притащили ко мне на лечение), плюнуть в глаз от ячменя (слюна колдуньи всяко целебнее и менее ядовита, чем у жены).

Особо дотошные отказывались брать готовые отвары.

— Вы, кири ведьма, уж простите, но те зелья готовились, пока вы ещё девкой обычной были. Магии в них ну не капелюшечки!

Рок с серьёзным видом притащил из кладовки прохудившийся котёл, который всё руки не доходили выбросить и, сдерживая злорадный смех, поддержал придирчивую тётку, брезгливо приподнимающую юбку:

— Полностью с вами согласен! Кири, вот твой колдовской котёл. Зелье нужно варить при клиенте, как же ещё? Индивидуальный подход! — поднял он палец вверх и по привычке запрыгнул на стол, наблюдая за развитием действа.

Я нехотя, но терпеливо улыбаясь, разожгла горелку, пристроила котёл так, чтобы прохудившаяся сторона была повыше, и честно один в один повторила рецепт. Хотя, признаться, не совсем один в одни. Когда въедливая дамочка, поджимая губки, оценила жижу и недовольно поинтересовалась: «И это всё? А как же секретные колдовские ингредиенты?», я не удержалась и плюнула в отвар.

— Вот теперь всё, — и хмуро воткнула пробку в горлышко.

— Совсем другое дело! — вопреки ожиданиям, тётка оставила вдвое больше оговорённого и удалилась, баюкая бутылёк в руках, как великую ценность.

Устало запрыгнув на стол рядом с демоном, я уронила голову на руки и простонала:

— Чего им надо от меня? Продаю те же самые травы! А они ломятся и смотрят как на диковинку…

Демон задумался, но всё же небрежно приобнял и похлопал по спине:

— Расслабься, кири. Люди — идиоты. Они не лекарства покупают, они покупают надежду на то, что ты решишь все их проблемы.

Я подняла на него глаза:

— Но я же не решу! А они надеются!

— Ну, всякий волен верить в то, что ему нравится. Так почему ты не можешь на этом немного заработать?

Я отстранилась:

— Потому что это обман, Рок. Понимаешь? Они хотят купить чудо, но у меня его нет. Я не торгую чудесами!

— Разве?

— Нет, — я замотала головой, — точно нет. Я бы знала. Чувствовала бы.

Демон пожал плечами, явно не понимая, в чём, собственно, проблема:

— Ведьма должна заботиться о себе. Ты должна заботиться о себе и поменьше думать о других, кири.

— А если я не хочу заботиться только о себе?

Он материализовал крылья, развернул, демонстрируя во всей красе и заговорщицки сообщил:

— Если попробуешь, тебе понравится. Поверь мне.

Поверь… Верить ему хотелось меньше всего. Проклятая Агата! После её дурацкого напутствия каждое слово, каждый жест демона казался частью хитрого плана. Нет уж, я и своей головой думать умею.

— Триста, какой же красавицей ты стала! — в дверь без стука зашла неуклюжая, надутая, словно пузырь, женщина.

— Лита, мы виделись с вами пару дней назад, — напомнила я соседке.

Заглядывала она и правда нередко. А после шумной истории с Антуаном и вовсе зачастила: шутка ли! Такой скандал, а она ещё не все сплетни собрала! Мама любыми способами избегала встречи с зоркой дотошной женщиной, но та всё равно прорывалась за забор, не слушая, собирается ли Брид уходить, занята ли, приболела ли. И неизменно, точно это стало её ежедневной обязанностью, Лита жаловалась на жизнь: часами рассказывала, что дома выкипает суп, а на резонный вопрос «так, может, пойти снять его с огня?» по секрету сообщала, что вообще едва что успевает, кормит всю семью, а помощи от сынка и немощного мужа никак не дождётся. И рассказывала об этом ещё час, пока вновь циклично не вспоминала о выкипающем супе и не находила в этом тему для очередной жалобы. Лита собирала болезни в коллекцию и страшно обижалась, когда мама, оценив пышущую здоровьем соседку, сообщала, что та точно не умирает. Лита жаловалась поочерёдно на всю родню, но, когда кто-то из её представителей приходил в гости и предлагал помощь, неизменно устраивала скандал и выгоняла посетителей грязной тряпкой. Лита знала всё и про всех, а чего не знала, с энтузиазмом додумывала и с ещё большим энтузиазмом разносила по округе. Иногда мне казалось, что, если у Литы всё будет хорошо, она начнёт биться лбом о стену, чтобы потом был повод зайти и пожаловаться на заболевшую ни с того ни с сего голову.

И вот теперь Лита заявилась по мою лару.

— Ну так то когда было? И потом, ты всегда прячешься, разговор не поддержишь, нового ничего не расскажешь, — вздохнула соседка.

— Потому…

— Необщительная какая-то, точно сглазил кто…

— Потому, — снова заикнулась я.

— А сглаз дело такое. Меня, знаешь, тоже недавно сглазили. О-о-о-ой, как ноженьки боля-я-я-ят! Колени не сгибаются, глаза слезятся…

— Потому что вы слова вставить никогда не даёте, — закончила я, не дожидаясь, пока Лита договорит.

Женщина, между тем, не смущаясь, перетащила стул у окна поближе ко мне, уселась, явно намекая на продолжительную беседу, и, нахмурив брови, без малейшего страха кивнула на Рока:

— А демон у тебя какой-то плюгавенький. Во у меня, знаешь, тётка, так у неё у кумы подруга знакома была с ведьмой. Ох, у той был демон! Во это я понимаю! Демон так демон! Глазищи — во! Рога — во! Крылья…

Рок с громким хлопком развернул предмет совей гордости и, небрежно пошлифовав ногти о куртку, предположил:

— Во?

Лита отпрянула, но тут же вернула самообладание, замотала головой, развела посильнее коротенькие пухлые ручки:

— Не. Во такие.

Фамильяр хмыкнул и незаметно подмигнул, довольный, что победил в битве размеров: всё-таки даже у демонов есть комплексы.

— Ну так я что подумала, — продолжила Лита. — Раз ты предлагаешь, по-соседски, по-дружески, так, можешь и мне помочь.

— Не могу! — как можно скорее, надеясь вставить фразу в промежутке монологов, пискнула я.

Но Лита была неумолима:

— Ну вот и я о том. Чего ж добру пропадать? Ведьма — дело такое. Ты — мне, я — тебе, как говорится.

Я умоляюще уставилась на Рока. Тот поднял руки вверх, не желая вмешиваться. Раньше я бы не отказала. Всё-таки соседи, да и разносимые Литой сплетни могли бы стать чуть более позитивными. Теперь… Может, и правда стоит немного позаботиться о себе?