Предсказанная судьба - Ксения Власова

***

Последующие три недели запомнились мне полнейшим туманом в голове, предчувствием надвигающейся беды и тревогой, с которой я так свыклась, что почти перестала ее замечать.

Я ходила на пары, сдавала лабораторные и доклады, участвовала в разговорах одногруппников, но все это было словно во сне. Меня не покидало ощущение нереальности происходящего. И лишь на тренировках с Джейсоном я ненадолго чувствовала себя живой, настоящей.

Мы занимались каждое утро, еще до рассвета, когда риск столкнуться с кем-то из студентов был минимален. Чаще всего местом встречи оказывалось тренировочное поле, но иногда, как в тот день, запомнившийся мне разговором с Джейсоном, — парк за основным корпусом академии.

К тому времени мы уже отточили несколько элементов поединка, но все еще были далеки от конечной цели.

— В брюках ты бы чувствовала себя увереннее, — тесня меня к дереву, заметил Джейсон. — Сейчас ты слишком много думаешь о том, как не запутаться в подоле.

Он выбил из моих рук шпагу и, сделав своей росчерк в воздухе, приставил к моему горлу острый клинок.

Я тихо выругалась. Прижатая спиной к разлапистой ели, я чувствовала себя беспомощной и потому раздраженной. В утренней мгле парк, затянутый сырой дымкой легкого тумана, казался темным и мрачным лесом, где даже птицы предпочитают зловеще молчать.

— Ты бы сам попробовал сражаться в платье! — огрызнулась я и вдруг пожаловалась: — Всегда спокойно относилась к юбкам, но за три года отсутствия альтернативы они достали даже меня.

Джейсон обежал меня внимательным взглядом, чуть задержавшись на неглубоком декольте, а затем понимающе кивнул:

— Да, могу себе представить. Пожалуй, тебя вряд ли утешит, что в платье ты выглядишь очень привлекательно?

Комплимент, сказанный его хрипловатым голосом, прозвучал обыденно, но послал по телу волну тепла и приятного томления. Я все еще не знала, стоит ли доверять Джейсону и связан ли он с заговорщиками, но не могла справиться с симпатией к нему. Меня волновала его близость и тот интерес, что он не считал нужным скрывать. Мы больше не поднимали тему мужчин в моей жизни и той роли, что досталась Джейсону, но и без разговоров я чувствовала, что наши отношения медленно меняются.

Мы все чаще стали лавировать на краю допустимого, подразнивая, задевая друг друга. Вот и сейчас, вместо того чтобы свести все к шутке, я лишь подлила масла в огонь:

— Вот как? — Я намеренно медленным движением поправила волосы, чудь задев открытую шею. — Признаться, мне пришлось долго привыкать не только к новой жизни, но и к телу.

Джейсон усмехнулся, включаясь в игру.

— Почему?

Я облизнула губы, но уже без прежнего желания соблазнить. Вопрос заставил меня задуматься.

— Слишком все отличалось от того, к чему я привыкла, — помедлив, ответила я. — Другой рост, другие пропорции…

Я припомнила свою реакцию на собственное отражение в этом мире. Мне, в прошлом обладательнице довольно хрупкого телосложения, было непросто привыкнуть к пышной груди и невысокому росту, доставшимся в придачу ко второму шансу в новом месте. Я не могла забыть то чувство беспомощности, которое испытывала, когда рина Беатрис наряжала меня в платья с глубоким декольте, словно выставляя товар лицом.

Естественно, ничего из этого я не озвучила, но, кажется, Джейсон сумел уловить часть невысказанных, летающих в воздухе слов.

— Как только ты поймешь, что твоя слабость — это и есть сила, все сразу встанет на свои места, — проговорил Джейсон. Он уже давно убрал шпагу от моей шеи, но не отошел от меня. Нас разделял всего один шаг. — То, что кажется тебе хрупким и постыдным, может дать преимущество перед другими. — Он помолчал, а затем добавил: — Хорошо бы еще при этом перестать смотреть по сторонам.

Я нахмурилась и прижалась затылком к стволу ели. Шершавая кора старого дерева оцарапала шею сзади, но я этого даже не заметила.

— О чем ты?

Джейсон чуть пожал широкими плечами.

— Думаешь, не видно, как сильно ты восхищаешься Арианой Эйверли?

Щеки опалило теплом. Я наверняка покраснела.

— И что с того? — с наигранной независимостью бросила я и опустила голову, чтобы волосы упали на лицо и скрыли мое смущение.

— Ничего. До той поры, пока ты понимаешь: она — это она, а ты — это ты. И ты ничем не хуже.

— Ты так говоришь, будто знаешь Ариану!

Мне не удалось скрыть сарказма в голосе. Джейсон задумчиво куснул губу.

— О ней многие знают. Ее имя на слуху, но я руководствовался не сплетнями, а интуицией. Я видел ее несколько раз на светских мероприятиях.

— По-твоему, этого достаточно?

Он снова усмехнулся:

— Ты вновь концентрируешься на ней, а не на себе.

Я тряхнула головой, неохотно признавая его правоту.

— Ладно, и о чем же, по-твоему мнению, мне следует спросить?

— Даже не знаю, — с легкой поддразнивающей интонацией ответил Джейсон. — Возможно, стоит узнать в чем же заключается именно твоя сила?

В горле внезапно пересохло, и я сглотнула:

— И в чем же?

Мне показалось, что Джейсон хотел сделать шаг, сократить и без того небольшое расстояние, разделяющее нас, но остался на месте.

— Ариана Эйверли невероятно упряма и зачастую это играет с ней злую шутку. Ты более осторожная и предпочитаешь сначала думать, а потом действовать. Ты мягкая там, где нужно, но готова проявить настойчивость, если это необходимо. Вот только ты совсем не веришь в себя.

— А ты? Ты в меня веришь?

Хруст ветки под ногой шагнувшего ко мне Джейсона заставил вздрогнуть. Его ладони легли по обе стороны от моего лица, а глаза оказались прямо напротив моих.

— Как в никого другого, — выдохнул он мне в губы. — Но у меня встречный вопрос: веришь ли ты в меня? По-прежнему ли думаешь, что я позволил бы использовать себя как марионетку в чужой игре?

В тот день я не успела ответить: тишину парка разорвал шум крыльев вернувшегося Бреда. И сейчас, стоя перед зеркалом в роскошном бальном платье изумрудного цвета и крутя в руках баночку с порошком, я решила, что оно и к лучшему. Лгать мне не хотелось, говорить правду — тем более. Интересно, почему Джейсон уже не первый раз с такой яростью сказал о том, что не позволит себя использовать? Застарелая психологическая травма или особенность темперамента?