Осколки серебра и льда - Лаура Кардеа

Двадцать первое января

Неван

На следующее занятие Роуэн идет со мной под предлогом того, что тоже хочет потренироваться. Я не могу ему этого запретить, ведь скоро состоится январский турнир в честь празднования убывающей ледяной луны. Вполне логично, что он хочет больше тренироваться, а мой запрет только усилит его любопытство. Я ведь так до сих пор ничего не рассказывал о наших утренних встречах с принцессой. А стоило быть умнее и хотя бы пожаловаться ему на ее неспособность или на ее нервный характер.

Я неохотно принимаю то, что он идет с нами, но игнорирую его, пока он тренируется в нескольких шагах от нас. Стараюсь вести себя с принцессой цивилизованно. Но рано или поздно Роуэн должен заметить, что мы не разговариваем друг с другом.

Мне ужасно хочется знать, что у нее в голове. Ее выражение лица, когда я приблизился к ней, было многообещающим. Но тогда я был слишком враждебно настроен и совершил ошибку. Надо бы заговорить с ней сейчас, чтобы немного успокоить и чтобы Роуэн потом не докучал мне своими бесконечными вопросами.

Она уже неоднократно успела испытать магию на манекене и теперь стоит, потирая ладони, и дует на них.

Вот он, мой шанс.

– Давайте сделаем небольшой перерыв.

Удивленно, если не сказать – подозрительно, она оглядывается на меня через плечо.

– Перерыв? Это что-то новенькое. – Она медленно опускает свои покрасневшие от холода руки. – Или вы так пытаетесь показать себя в лучшем свете передо мной?

– Думаю, я вчера зашел слишком далеко. – Не могу смотреть ей в глаза и вместо этого фокусируюсь на манекене рядом с ней.

– Вы думаете, – с плохо скрываемой издевкой повторяет она.

Преграждаю ей путь, прежде чем она успевает подойти к следующему манекену.

– Успокоит ли вас, если я скажу, что сожалею об этом?

– Я бы успокоилась настолько же, насколько и удивилась. – Она, не моргая, смотрит на меня.

Озадаченно склоняю голову. Она ждет от меня чего-то еще?

– Итак?

– Я все еще жду, когда вы скажете, что сожалеете о том, как со мной разговаривали. – Она постукивает ногой по полу.

– Я сожалею об этом, – произношу я так убедительно, как только могу.

Задумавшись, она начинает внимательно разглядывать свои ногти.

Я падаю на одно колено.

– Верис Арбор, принцесса башни Золотая вышка в королевстве вечной…

– О, вы наконец выучили мой титул!

– …весны, пожалуйста, простите меня. Я от всего сердца раскаиваюсь в том, что так с вами обошелся. Предки мои недовольно смотрят с небес на этот позор, и еще через много тысяч лет мои потомки будут говорить об этом позоре. Молю вас, мои…

Она разражается хохотом, который звонко разносится по всей тренировочной площадке.

– Пожалуйста, прекратите! Это же ужасно!

Мне хочется усмехнуться, но вместо этого я кладу руку на сердце:

– Я запишу свои слова, чтобы их увековечили в поэтическом творении.

– Бедные дети фейри, которым придется учить наизусть эти пафосные слова.

– Через несколько дней состоится праздник, которым мы отметим исход ледяной луны. Не окажете ли вы мне честь сопровождать меня?

Она вытирает с уголков глаз слезы смеха.

– Я уже была на одном вашем празднике.

В конце занятия я долго рассматриваю ее покрасневшие ладони, пока не замечаю, как заливаются румянцем ее щеки под моим пристальным взглядом. Краем глаза смотрю на Роуэна, не скрывая своего триумфа. А он думал, что я не смогу заставить ее влюбиться в меня.

Двадцать второе января

Верис

Сиф рассказала мне чуть подробнее о празднике исходящей ледяной луны, на который съезжаются подданные со всего королевства. Многих гостей разместят в замке. Уверена, тогда тем счастливым временам, когда я бродила по коридорам в одиночестве, настанет конец. Пусть я до сих пор не знаю, почему остальные фейри меня избегают – подозреваю, что это приказ принца, – но стоит воспользоваться последними днями перед праздником.

Вот почему рано утром, еще до того, как Сиф придет ко мне, я решаю пробраться в комнату, где висит волшебный гобелен. Возможно, там я найду что-то, что могла пропустить во время своего первого визита. Но, несмотря на свою уверенность, что хорошо запомнила дорогу, я, толкнув нужную, как мне казалось, дверь, попадаю не в сокровищницу, а на кухню.