Академия Стихий. Испытание Огня - Наталья Жильцова

А посреди этого бедлама сидел понурый, предельно несчастный Кузьма. И едва я обратила свой взгляд на него, спросил жалобным голоском:

— Тебе нра-а-а?

Отлично понимая, что для твира, который, по сути, является аналогом нашего домового, подобный бардак удару в сердце подобен, я проглотила свои печали, улыбнулась и кивнула. И добавила ободряюще:

— Кузь, ты молодец. И не расстраивайся — безопасность важнее комфорта.

— Ага, — отозвался мой «котик». Тут же поднялся на все четыре лапки, нервно дернул хвостом и печально поплелся к кровати.

Блин! Вот в такие моменты я Полар особенно ненавижу!

Несмотря на то, что день выдался трудным, вернувшись на чердак, я вновь засела за учебники. Ведь все эти комиссии и расследования — такой фактор риска, что откладывать на завтра то, что можно сделать сейчас, точно не стоит. Вот я и не откладывала.

И даже не отвлекалась на мысли о том, что та самая комиссия мной до сих пор не поинтересовалась. А ведь я свидетель!

Где-то очень глубоко внутри зудело чувство страха — что если это промедление означает нечто ужасное?

Понятно, что для нормальных людей логики в подобном выводе нет, но это же Полар! И пусть звучит бредово, но товарищи из Совета вполне могли решить, что я не свидетель, а виновница. А что? Иномиряне же у них везде крайние.

Но опасения не оправдались. Как вскоре выяснилось, игнор со стороны «высокой» комиссии был связан с совсем другим фактором.

Дело в том, что Каст меня отмазал.

Да, рыжий просто взял и убедил комиссию в том, что допрашивать иномирянку бесполезно. Ведь я не только чужачка, но и первокурсница. То есть, вообще ни в чем не разбираюсь. А раз так, чего со мной говорить?

Все это пижон поведал за ужином, на который сам сильно опоздал. Причем выглядел король нашего факультета уставшим и слегка потрепанным. Сей факт наглядно подтверждал его сообщение о том, что весь день, до самого ужина прошел в общении с комиссией.

Однако эта усталость не помешала Касту расположить ручищи на моей талии и шепнуть:

— Ну вот, за тобой опять должок, Дашунь. Как расплачиваться-то будешь, а?

Я мысленно застонала и не ответила.

Зато после ужина эксцессов не было. Каст всего лишь взял меня за руку, галантно довел до чердачной двери и, целомудренно чмокнув в щеку, ретировался. Причиной столь приличного поведения, как я поняла, стало то, что в нашей башне разместили трех огневиков из Совета, включая и его маман.

Понимание того, насколько близка опасность, спокойствия не прибавило. Черт, ну почему я не способна открыть портал? Ведь в любой момент может потребоваться способ сбежать!

Нервно потеребив кончик волос, я прошмыгнула на чердак и быстро закрыла дверь на все щеколды. А потом позвала:

— Зяб? Зяб, ты тут?

— Угу, — ответили из зеркала.

Я вздохнула и, приблизившись, задала главный вопрос:

— А повысить уровень силы с помощью зелья можно? Хотя бы временно?

Ну а что? Если у них есть восстанавливающий силы энергетик, то почему бы не существовать энергетику повышающему уровень мага?

— Нет Даш, — разочаровал призрак. — Извини, но подобных составов не бывает. Только для силы физической.

Эх, жаль. Но отчаиваться не буду. Пусть не сегодня, пусть завтра, но обязательно что-нибудь придумаю. Главное — не опускать руки. И раз другого способа нет — учиться и практиковаться. И искать!

Печально вздохнув, я развернулась и направилась к письменному столу в намерении снова сесть за учебу, но не дошла, потому что еще один вопрос вспомнился.

— Зяб, а если твира в мой мир переместить, как думаешь, выживет? И сам переход выдержит?

— Ну, прежде водить твиров в твой мир никто не пробовал, — сказал призрак помедлив. — Но я думаю, проблем не возникнет. Тем более, Кузя признал в тебе хозяйку, между вами есть связь, так что… нет, проблем точно не будет.

— А ты?

— Что — я?

— Ты переход между мирами выдержишь? — уточнила я.

— Выдержу, — ответил Зяба. И добавил: — Но на перенос моего зеркала слишком много энергии нужно. Оно слишком тяжелое.

— А если переселиться в зеркало поменьше? Такое возможно?

Кракозябр откровенно «завис» и ответил далеко не сразу:

— Никогда об этом не думал. Нужно попробовать.

Ага! То есть это напольное зеркало с вычурной рамой реально его дом! Или правильней сказать «база»? Интересно, а как так получилось, а? И почему именно это зеркало?

Увы, прояснить данный момент не удалось. Зяба сперва замер, словно прислушиваясь к чему-то, потому буркнул, что скоро вернется, и исчез. А зеркало вновь стало нормальным, и в нем теперь отображалась заметно утомленная студентка первого курса факультета Огня.

Удивительно, но как-то так вышло, что изначально очутившись в самой гуще событий, во время расследования я осталась не у дел.

Мне ничего не рассказывали. Ни Каст, ни Дорс, который, безусловно, в курсе ситуации был. Даже Кракозябр, через зеркала подслушивающий, отмалчивался.

Это было не то чтобы обидно, но черт! Неправильно! Несправедливо! Особенно после того, что мне пришлось пережить в спальне Глуна.

А самым неправильным было то, что когда я сунулась с вопросами, в ответ услышала лишь:

— Даш, не лезь. — Это от Каста.

— Успокойся. Без тебя разберутся. — От Зябы.

Дорс так и вовсе подмигнул, по голове потрепал и сбежал.

Успокаиваться не хотелось. Да и как можно успокоиться, когда такие дела творятся? А если добавить ко всему этому ощущение информационного вакуума, возникшее еще в понедельник? Нет, ситуация вокруг этого расследования, определенно, нервировала. И даже убийственный загруз по учебе, который устроили нам преподы, от ощущения неправильности не спасал.

И пусть длилось все это каких-то три дня, я все равно успела мысленно окрестить себя брошенкой и прийти к выводу: когда все закончится — сама объявлю бойкот! Всем! Кроме маленького «котика» с большими ушами.

Кузя был единственным, кто не забыл о моем существовании. Именно с ним я разделила радость первой стипендии, которую выдали во вторник, ему же поведала о первых успехах в вопросах трансформации пульсаров.

А утром в среду именно он, милаха с бордовой шерсткой, выслушивал мои сомнения на тему дополнительных занятий с Глуном.

Сказать Кузьме все я, разумеется, не могла. И то и дело возвращалась мыслями к главной, на мой взгляд, причине — тот разговор в спальне.

Какое, к черту, репетиторство, когда я столько лишнего узнала? Глун не станет со мной заниматься. Да и я, по уму, должна обходить куратора стороной. Вот только об отмене уроков ни слова не прозвучало, да и нашу предыдущую сделку никто не отменял. Равно как и сессию.