Призраки Аскалона - Джефф Грабб

— Медведь тебя побери, — проговорил он глухим, немного гнусавым голосом. — Если ты не отдаешь мой топор, треклятая кровать, ты за это заплатишь!

Норн ухватился за ножку и могучей рукой оторвал ее от кровати. Уставившись на деревяшку, которая была уже его запястья, норн с изумлением обнаружил, что топор по-прежнему торчит из нее.

Дугал бросился вперед и изо всех сил размахнулся стулом, намереваясь стукнуть норна по голове. Но норн был таким высоким, что удар пришелся ему по шее и стул разлетелся на куски.

Норн развернулся, держа в руке массивную ножку кровати — так, словно это была тоненькая палочка, и ухмыльнулся.

— Славный удар, парнишка! — гнусаво выговорил он. — Даже почти больно.

«О боги! — в отчаянии подумал Дугал. — Да он пьян!» Хуже норна мог быть только пьяный норн.

Дугал тупо смотрел на глупо ухмыляющегося норна, а тот размахнулся деревянной ножкой на манер дубинки. От удара Дугал пролетел через всю комнату, стукнулся об стол и порадовался, что норн огрел его не той стороной ножки, в которой застрял топор. Дугал лежал на столе и пытался собраться с мыслями.

Норн пару мгновений глядел на него сверху вниз, а потом довольно кивнул.

— Ну, все как у людей, — изрек он пьяным голосом. — Расстелился на столе, прямо как скатерть.

С этими словами он бросил ножку кровати на пол, наступил на нее ногой и, держась за рукоятку топора обеими руками, попытался его выдернуть. Однако его первый удар был невероятно силен, и топорик засел в древесине накрепко.

— Проклятье, — выговорил норн, удивленно крякнув. — Надо бы разузнать, что это за дерево такое, да заказать себе доспехи из него.

Тут он пьяно расхохотался.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла Риона. Дугал крикнул:

— Уходи!

Но Риона не послушалась. Она выхватила меч и пошла в атаку на норна.

— Стой, где стоишь, девчонка! — захлебываясь от хохота, выговорил норн, но все же на меч Рионы посмотрел с опаской и попятился к окну. — К тебе у меня… претензий нет. Дай мне исполнить… мой долг. Разделаюсь с этим… под-донком — и все дела.

Риона растерялась. Ее взгляд заметался между Дугалом и норном. Норн воспользовался ее замешательством, кинулся к ней и ударил кулаком в бок. Риона вскрикнула, отлетела к дальней стене и не сразу поднялась на ноги.

В дверном проеме появился внушительный силуэт. Мелькнули черные и рыжие полоски. Раздался душераздирающий боевой клич. Дугал закрыл бы уши ладонями, но руками он упирался в пол, пытаясь отползти подальше от норна.

Норн развернулся к чарре и загоготал — презрительно и кровожадно.

— Отлично! Вот враг, достойный моего топорика… если бы я только мог выдернуть его из этой гадской деревяшки…

Думфордж прыгнула к норну, выпустив когти, похожие на драконьи. Норн закрылся топориком, застрявшим в ножке кровати, как щитом. Чарра налетела на него, и оба повалились на пол.

Лежа на спине, норн изо всех сил уперся руками в деревяшку, пытаясь оттолкнуть чарру. Думфордж, скалясь, словно рассвирепевший волк, давила на ножку, вцепившись когтями.

Дугал прокричал:

— Он пьян и ничего не соображает!

Он надеялся, что эти сведения как-то помогут Думфордж. Дугал понимал, что еще пара секунд — и кто-то из них сможет каким-то образом обрести преимущество, тогда схватка очень быстро закончится. Если чарре удастся вырвать деревяшку из рук норна, она просто разорвет его на куски, а если норн сумеет продержаться достаточно долго и найдет способ перевернуться, тогда он придавит Думфордж к полу и задушит.

Дугал дотянулся до валявшейся на полу ножки разбитого стула. Не меч, конечно, но хоть что-то. Схватив ножку, он с громким воплем бросился к норну, надеясь хотя бы отвлечь его, чтобы дать Думфордж шанс освободиться.

Заметив приближение Дугала, норн брыкнул ногами и сбросил с себя Думфордж. Чарра полетела прямо на Дугала. Их руки и ноги сплелись, и они бесформенным комом врезались в стену.

Думфордж остервенело рыкнула и толкнула Дугала. Тот проворно отполз от нее подальше, боясь, как бы она не обрушила свою ярость на него. Но далеко отползти он не сумел. Прямо рядом с ним встал норн.

Норн со страшной силой ударил ножкой кровати по стене, и ему наконец удалось освободить боевой топор. Сжав оружие в могучей ручище, он приготовился разделаться с Дугалом и с любым, кто встанет на пути.

— Стой! — послышался крик появившейся на пороге Киллин. — Что ты делаешь?

В первое мгновение Дугалу показалось, что она обращается к нему, но сильвари вбежала в комнату, подскочила к норну и схватила его за руку.

— Гуллик! — воскликнула она. — Прекрати! Тебя убьют!

Дугал ошеломленно гадал, на чьей же стороне сильвари. А Думфордж и спрашивать не стала. Она оттолкнула Дугала и бросилась на норна, выставив когти. Наконец и Риона нашла в себе силы подняться. Она подобрала с пола меч.

Киллин встала между чаррой и норном.

— Нет! Не надо! Он — друг!

Думфордж резко остановилась. Когти замерли всего в паре дюймов от лица Киллин. Чарра свирепо смотрела на норна через голову сильвари, похожей на ребенка, вставшего между двумя великанами.

— Объясни, — процедила чарра сквозь стиснутые зубы.

Она не спускала глаз с норна, ожидая атаки.

Норн опустил топор и оперся на рукоятку, как на трость. Дугал вспомнил, что уже видел другого норна в такой позе — в подземельях под Городом Божества. Схватка прервалась, адреналин выветрился из крови норна, и он зашатался, с трудом держась на ногах. Норн заговорил медленно и старательно — так пьяные говорят, пытаясь убедить окружающих в том, что трезвы.

— Гром и кровь! Все должно было получиться так просто! Найти человека, который был рядом с моей любимой двоюродной сестрой, когда она погибла. Найти и отомстить ему, будь его душа трижды проклята.

Дрожащей рукой он указал на Дугала.

— И уйти, сохранив мою честь и честь сестры.

— Только и всего, — пробормотала Риона, держа меч наготове.

Норн пропустил ее слова мимо ушей и, прищурив остекленевшие глаза, уставился на Дугала.

— Медвежья желчь! Ну никак в голову не возьму, как такая малявка могла прикончить женщину-норна.

— И какую! — добавил он, часто заморгав. — Какую норну!

Киллин собралась что-то сказать, но норн махнул рукой, глубоко вздохнул, и Дугал был готов поклясться, что в уголках глаз воина-великана блеснули слезы.

— Она была такая… нежная, — проговорил норн с тоской. — Всюду за мной ходила. Ну да, я герой, так кто же обвинит ее в том, что и ей хотелось стать героиней? Но не так просто влезть в мою шкуру… и теперь… теперь бедняжка Гайда мертва.