Покинутый корабль - Шервуд Смит

Хотя, когда он отдаст капитану эти данные, его работа не закончится и он не сможет позволить себе роскошь на некоторое время расслабиться после семени Кракса.

Так что придется полагаться на собственный адреналин.

Инженер еще раз набрал даты.

Компьютеры, разумеется, не подвержены эмоциям, и шрифт не отражает чувств оператора, если, конечно, тот специально не манипулирует для этого гарнитурами. Однако почему-то странно было наблюдать, как этот текст появляется на экране, написанный теми же самыми простыми альфацифрами. Вот оно, прямо перед глазами, – немое свидетельство того, что здесь творится какая-то нелепость. Если только сравнительные таблицы для всех зарегистрированных планет не врали – а такого еще ни разу не случалось за все годы, что он ими пользовался, – то от «Звездопроходца» официально отказались восемнадцать месяцев назад – по Земному Стандарту.

Полтора года.

Полтора года назад отказались от корабля – а на его борту остались кошки, которых бросили, если верить Крэйгу Тау, не более чем десятью неделями ранее.

Танг Я опять очистил экран и теперь вызвал закодированный журнал гидросада «Звездопроходца». Он работал над журналом в редкие свободные минуты во время дежурств и иногда в часы отдыха, но сильного желания расшифровывать его не ощущал.

Сейчас Танг Я изменил свое мнение.

Это несколько придало ему сил. Он согнул кисти, вытянул руки и проделал несколько упражнений, которым его учили в детстве. Инженер чувствовал, что находится на пороге чего-то... Чего? Надо сосредоточиться.

– Мало оперативной памяти, – пробормотал он, ударяя по клавишам корабельного компьютера. Ему бы хотелось попробовать соединиться с линией, связывающей «Королеву» с компьютерными терминалами Биржи. Тогда он бы быстро решил эту задачу, поскольку имел бы огромное поле поиска и моделирования. Однако такой возможности не было, приходилось изо всех сил работать головой.

Танг Я вывел на монитор запущенные им информационные матрицы и удовлетворенно кивнул. Генетически нейтральные алгоритмы терпеливо выискивали скрытые модели в системе чужого компьютера – и, кажется, продвигались в направлении решения. Прежде чем декодировать данные, требовалось узнать, как компьютер был первоначально настроен.

Он взглянул в угол экрана. Маленькая картинка, установленная в качестве индикатора продвижения работы, внезапно дрогнула, а затем превратилась в линию.

Через секунду экран мигнул, и на нем возникли упорядоченные колонки альфацифр. Это все еще был своего рода код, но Танг Я умел раскалывать шифры. Главной проблемой было найти схемы, которые дали бы понимание организации незнакомого компьютера.

Снова размяв руки, он вызвал специально разработанные «отмычки» и ввел их в код. Алгоритмы немедленно принялись за работу, и снова картинка в углу экрана превратилась в туманную линию.

«Много времени это не займет», – подумал Танг Я. Он потянулся за следующим пузырьком джакека и ногтем большого пальца поддел ушко подогрева, не отводя взгляда от монитора, где его программы-"отмычки" кропотливо распутывали ниточки кода.

Когда Я наполовину опорожнил пузырек, картинка, вздрогнув, вытянулась в прямую линию. Он нажал на клавишу, и столбцы значков, вспыхнув, сменились удобочитаемым текстом.

Танг лишь мельком просматривал журнал гидролаборатории слезящимися глазами – просто чтобы убедиться, что получил осмысленную информацию; потом выделил определенные поисковые поля и обработал их. На сей раз их просмотр занял всего несколько секунд.

Увидев результаты, Танг Я глубоко вздохнул, поднялся на ноги и, нажав кнопку, открыл дверь.

Пора было обо всем доложить Джелико.

* * *

В коридоре, ведущем к внешнему шлюзу, послышался приглушенный топот. Джелико и Раэль Коуфорт быстро взглянули вверх. Раэль молча прошла мимо капитана в кают-компанию, Джелико остался на месте. Через полминуты в проходе появилась долговязая фигура Дэйна Торсона. Из-за плеча помощника суперкарго выглядывало приятное темное лицо Рипа Шэннона.

– Капитан?

– Какие новости?

Торсон развел руками.

– Мертвая точка, – сказал он. – Пока не закончится Праздник Пляшущего Спрула – что бы это там ни означало. – Внезапно он нахмурился. – Черт! А как у шверов называется период зимней спячки? Если это оно самое, то мы пропали: они спят три месяца! Я лучше проверю...

Дэйн выскочил из кают-компании, и все услышали, как его ботинки загремели в направлении главного компьютерного банка данных.

– Что случилось? – спросила Коуфорт.

– Мы вернулись туда, как нам и было ведено, – объяснил Рип. – И услышали, что решать наши вопросы надлежит с Джхилом, который начал нам помогать. Когда же мы попросили позвать его, то нам ответили именно так, как рассказал Дэйн: что он отлучился со службы в связи с праздником и вернется после его окончания. Все дела, которыми он занимался, тем временем будут отложены.

– И никто не захотел помочь? – спросил, входя вместе с помощником штурмана в кают-компанию, Джелико, чьи подозрения крепли с каждой минутой.

Рип отрицательно помотал головой:

– Даже напротив. Другие служащие, которые говорили поземному, искренно сочувствовали. Одна женщина даже попыталась было помочь, но сказала, что Джхил заблокировал доступ к файлу «Звездопроходца», поэтому она ничего не может для нас сделать. Она объяснила, что служащие получают повышения в зависимости от количества успешно выполненных дел, так что ничего удивительного в этом нет.

Джелико помрачнел.

– Управление Торговли так дела не ведет...

– ..в пространстве Земли, – добавила Коуфорт из противоположного угла каюты.

– ..а мы не в земном пространстве. Правильно, – закончил Джелико.

– Три месяца, – донесся из прохода скорбный голос Дэйна. – Они впадают в спячку на целых три месяца.

– Не понимаю, как это спячка может называться «пляшущий» кто-то там, – сухо заметил Рип. Он серьезно поглядел на капитана. – Я знаю, вы с Яном пытаетесь как можно быстрее найти для нас груз. Значит ли это, что мы должны бросить свое расследование как неуместное?

Джелико наблюдал за Коуфорт, которая стояла, опершись о переборку и прищурив фиалковые глаза с выражением внутренней сосредоточенности.

– На первый взгляд все выглядит именно так, – проговорил он. – Обдумаем.

Молодые люди как будто вздохнули свободнее и направились к приготовителю, чтобы взять еды. Джелико понимал, что означает это выражение облегчения: оба юноши были уверены, что капитан что-нибудь придумает. И он, словно взвешивая на ладони пузырек с джакеком, вышел из кают-компании, чтобы поразмыслить над услышанным.

По пути к себе Джелико встретил Карла Кости, направлявшегося в кубрик.