Рыцари Ветра вступают в бой - Эрик Л’Ом

– Матси?… Как? Откуда?! – И Коралия крепко обняла маленькую девочку с белыми волосами и глазами.

– Люди Четвёртого племени передали нам твоё послание, – объяснила Матси, восторженно гладя лицо своей единственной подруги.

– Выходит, твоё племя поспешило нам на помощь? Замечательно!

– Нет, не племя, – поправила девочка. – Моему отцу удалось созвать целых тринадцать племён на чрезвычайный сбор. Знаешь, мы совсем не любим жрецов Енибохора. Слишком долго они крали у Народа Моря детей, стоило нам приблизиться к берегу…

– Знаю, мне рассказывал твой отец. И что дальше?

– А дальше, – спокойно продолжила Матси, – мой народ решил направить сотню храбрейших мужчин помогать вам в войне с Енибохором. Они там, в бухте, на плотах моего отца. Я увязалась с ними – так хотелось тебя увидеть!

– Помощь твоего народа может оказаться решающей, малышка, – молвила Кушумаи, гладя её по невиданным белёсым волосам. – Я сама поблагодарю Людей Моря и побеседую с ними. Пойди, скажи им, чтобы ждали и, главное, не двигались: мы ещё не составили план наступления.

Прежде чем убежать, сверкая босыми пятками, Матси помахала Коралии и крикнула:

– Ещё встретимся!

– Подожди, Матси! – вдруг решилась Коралия. – Я с тобой!

– Осторожнее! – не удержался Кадван, провожая обеих взглядом.

Кушумаи повернулась к своим соратникам. Её глаза сияли.

– Мы ещё не решили, что делать со жрецами-волшебниками. Но теперь я знаю, как мы проникнем в город!

– Видишь их? – шёпотом спросил Гонтран Ромарика, подползшего в густой траве как можно ближе к месту, где Кушумаи излагала штабу свой план.

– Не вижу! – отозвался тот так же тихо. – Зато слышу. Тише!

Проснувшись, ребята узнали, что Коралия убежала к своим друзьям из Народа Моря. Они попытались присоединиться к совещанию на холме, но им не разрешили. Кушумаи по крайней мере поблагодарила за рвение, а Иорван откровенно велел пойти поиграть где-нибудь подальше…

Разумеется, подростки разозлились. Взрослые неисправимы! Их, столько скитавшихся по Миру Ненадёжности, выходивших из самых трудных положений, заручившихся поддержкой свирепых воинов-степняков и решительного Народа Моря, отправили «играть подальше», чтобы не мешали серьёзным разговорам! Какая несправедливость, какая неблагодарность! Ничего, они сумеют за себя постоять…

Сейчас Ромарик, прячась в траве и прижимаясь к земле, напрягал слух в надежде разузнать, что именно готовится. Кушумаи указывала палкой на начерченный на песке план, который мальчик не смог разглядеть.

– Когда распахнутся ворота, – говорила она, – надо любой ценой добраться до этой башни. В ней обитает Великий господин Енибохора, там же наверняка томится и Гиймо!

– А где, по-вашему, держат уцелевших рыцарей? – спросил Геральд.

– Скорее всего, здесь. – Кушумаи показала другую точку на плане городских подземелий. – В ходе схватки мы должны попытаться их освободить. Выжившие рыцари укрепят наши ряды.

– А жрецы? – спросил Иорван. – Как быть с ними?

– Пока не знаю, – призналась Кушумаи. – Мои осведомители насчитали примерно восемьсот орков и сто восемьдесят жрецов. Нас больше тысячи, но мы знаем, что опрокинуть чудовищ будет трудно. Боюсь, три колдуна и одна колдунья – этого мало, чтобы одолеть злодейскую силу жрецов…

Её слова взбудоражили присутствующих. Первым не вытерпел Тофан:

– Мы будем доблестно биться! Бой и самопожертвование – обычное дело в Мире Ненадёжности!

– Я разделяю твоё мнение, мой степной друг, – поддержал его Охотник. – Смерть – всего лишь этап в бесконечном движении.

– Это, конечно, прекрасно, – усмехнулся Лучник, лицо которого было изуродовано глубоким шрамом. – Я тоже хочу драться, но самоубийство в мои планы не входит. Так что лучше всё-таки найти способ обезвредить жрецов-колдунов.

– Лучник прав, – сказал Скрипичный мастер. – Люди с Запада храбры и готовы биться за свободу, против удушающих налогов, которыми их обложил Енибохор. Но требовать от них бесполезных жертв было бы несправедливо.

– У нас нет выбора, – вступил в спор Геральд, – У каждого здесь – собственные причины вступить в бой. Но то, что сейчас происходит в Енибохоре, выходит за рамки наших личных интересов. Если тот, кто прячется за этими стенами, – Призрак, Главный жрец, как его ни называть, – сумеет подчинить себе силу древнего фолианта и мальчика, которых похитил, это приведёт к страшным последствиям для всех!

Кушумаи пыталась успокоить людей, встревоженных предсказанием колдуна.

– У нас есть ещё день, чтобы найти выход, – напомнила она. – В любом случае мы должны атаковать завтра на заре. Геральд прав: у нас нет выбора. Ждать нельзя!

Ромарик пересказал друзьям (на языке ска, чтобы было понятно и Тоти) то, что сумел разобрать в разговоре взрослых.

– Неужели положение такое отчаянное?! – простонала Агата. – Что же делать?

– Я расслышал не всё, – ответил Ромарик. – Мой план таков: завтра притворимся, что послушно остаёмся под защитой Серых холмов. А когда остальные пойдут на приступ Енибохора, тихонько улизнём и попытаемся так же незаметно проникнуть в город. Потом найдём башню, где заперт Гиймо, и попробуем в неё забраться. А дальше – не знаю…

– Неплохо! – насмешливо бросил Гонтран. – Может, даже останемся живы.

– Только если превратимся в невидимок, – высказался Тоти.

– Есть другие предложения? – обиженно спросил Ромарик. – Нет? Тогда…

– А Коралия? – напомнила Агата.

– Она вот-вот вернётся.

– А Том и Амбра?

– Надеюсь, Амбра придёт вовремя, – спокойно сказал Ромарик. – Вы знаете не хуже меня, она не оставит Гиймо в беде.