Ингви фон Крузенштерн - Владимир Атомный

Блуждая среди полей и гаев, наткнулся на пару подходящих мест, но есть еще время подыскать другие, – впереди целая ночь.

Мне повезло. Отойдя на несколько верст так, что Колывань скрылась за горизонтом, а по пути еще и деревушка попалась спящая, я отыскал прекрасный лес. Старый, с многолетними буреломами, в сердце которого бьется мощный эфирный узел – чудное место для ритуала. Стоило мне сунуться, как леший – дух-сторож – вперил в грудь неприятный взгляд. Первая проверка.

Лес стал оживать. Проснулся матерый и огромный медведь. Зашевелился могучий лось. Встрепенулся волчий вожак, а сонный вепрь качнулся, едва не упав.

Я сосредоточился на сознании лешего, продолжая с трудом пробираться в чащу.

Мысленно произношу: «Пусти меня!»

Ответа не последовало.

«Пусти меня! Мне нужно провести ритуал!»

Леший упорно молчит, а животные уже двинулись навстречу.

«Пусти меня! Я, Ингви фон Крузенштерн, наследник рода. Мне нужно провести ритуал гармонизации. Пусти меня!»

Неожиданно леший успокоился. Я даже остановился, несколько опешив. Лес очень старый, и существо в нем живет тоже древнее. Могучее. Но сейчас мне удалось его уговорить. Это большое достижение.

Утерев холодный пот, я двинулся дальше, ощущая, как животные возвращаются к своим лежбищам.

Продираясь через очередной бурелом, разодрал лицо до крови. Почти тут же споткнулся и едва не прошиб грудь сучком. Начиная уже материться, я настырно пру дальше.

Вдруг провалился в заросший травами омут. Почти с головой ушел, еле-еле успел схватиться за тот самый сук, что недавно чуть не ранил.

Пыхтя, плюясь и сыпля проклятиями, выползаю на твердь. Одежда мокрая, воняет илом и тиной. Еще и ледяная! Посреди лета.

– Черт бы тебя побрал, старый ты пердун!

Леший никак не отреагировал. Хотя, может, еще заготовил ловушек для второго испытания.

Перемазанный грязью и кровью, наконец, выбрался из бурелома. Листвяк перемежается хвойными. Такое впечатление, что деревья высадила чья-то рука – так равномерно растут. Одного возраста, высоченные, разлапистые, с могучей шумной кроной. Это и есть сердце, тут раскинулся эфирный узел.

Я лег и расслабился. Земля, конечно, холодная, но скоро я перестал это чувствовать. Ощущение привычного мира пропало. Я будто спускаюсь по лесенке, все глубже и глубже. Нет больше ни земли, ни купола небесного, а только нити, веревки и канаты текучего, пульсирующего эфира.

Маги лишь управляют эфиром, за счет накопления силы в себе. Результат зависит от знаний, опыта и объема энергии. А еще от стихийного положения сил, полюсов и даже погоды. Если обладать большой хитростью и великим знанием, то можно одолеть значительно более сильного противника, отыскав такое место, где его возможности снизятся. Сейчас, ощущая-созерцая мерцающий мир токов, я теряю себя, вовлекаясь в вечное движение. Сохранить разум, совершить задуманное и вернуться – вот задача проводящего обряд. Людей со слабой волей запросто может затянуть в прекрасный омут энергий.

Я остановился, если можно так выразиться, и огляделся. Нужно связать себя с тонким миром Колывани, чтобы духи и стихии легко узнавали при обращении и охотней приходили на помощь. О дружбе не может идти речи, но наладить отношения я могу, тем паче что если тут в округе не живет смыслящего мага, у духов накопилось достаточно проблемных мест, прочистив и восстановив которые, я заслужу их расположение.

Так и получилось. Тут и там, желтым, красным и сине-черным цветом вспыхивают нездоровые участки эфирной сетки. Существа, что показывают мне их, уже с любопытством смотрят на бледный огонек духа, столь уверенно и смело вошедшего с ними во взаимодействие. Это и есть Северный Путь – истинное мастерство земли Туле. Война никогда не была в приоритете у моих предков. Лишь по необходимости шло развитие и в этом плане, в основном же мы искали способы познания мира через наблюдение и гармонизацию. Если я стану шаманом здешних мест, то возможности возрастут многократно, а взору откроются тайны.

Прежде чем отправлюсь на исправление проблем с эфирными уплотнениями, нужно воззвать к предкам. Транс глубокий и ровный, все должно получиться.

Я осознал себя стоящим, хотя твердого основания тут нет. Все пространство вокруг светится, как небеса на восходе или закате. Переливаясь разбавленной радугой. На фоне этого проступают белесые лица предков, и чем дальше они по древу, тем более расплывчато видно.

С болью в сердце я различил образ отца. К несчастью, говорить с предками так, как мы говорим с живыми людьми, нельзя. Можно лишь прочувствовать, примерно понять, одобряют ли они твой путь. Верно ли ты движешься.

Я уже сделал выводы из тех случаев, что со мной произошли недавно: на корабле Кольбейна и после предложения Ивана вступить в банду. Следует просто уточнить.

Сосредоточился и постарался как можно ярче представить те события, основываясь на чувствах. «Вопросы» и «ответы» здесь похожи на то, как человек ловит равновесие на неустойчивой поверхности. Мы словно приноравливаемся друг к другу, реагируем на легкие колебания, и в итоге я понимаю общее отношение предков к своему выбору.

Как и думал, мне не следует идти путями, отличными от боевых искусств и магического боя. Нужно развивать возможности, чтобы потом суметь раскрыть заговор, узнать, кто убивал и кто способствовал убийству родных.

Еще я помянул случай с убийством нападавшего и последующим впитыванием его силы. Предки дружно поддержали, подразумевая, что нужно у всех врагов забирать малейшие задатки к магии, тем самым усиливая себя.

Возвращение в чащу прошло скачком. Я дернулся и сел. Тело затекло и замерзло. Начинают воспаляться органы. Пришлось заняться еще и самолечением – очень нелюбимое занятие. Всегда трудное, забирающее душевные и магические силы. Но обязательное.

Луна уже склонилась к горизонту, когда я двинулся к первому проблемному участку эфирной сети. Пришлось обходить лежбище медведя. Может, он и не напал бы, но рисковать не хочется – слишком огромный. Не привычный нам буро-коричневый, тоже и могучий, и леса хозяин, а из тех редких представителей, что раза в три больше. Один след от лап по размеру, как крышка от бочки. Ни драться, ни убивать такого не хочется – я гость, а он хозяин.

И снова пришлось влезть в грязь, расцарапать кожу шиповником, вляпаться в чью-то кучу, может даже и медведя. Раздраженный, я вырвался из леса и с облегчением вдохнул свежего ночного воздуха.

Проблемное или, как мы говорим, больное место, расположено неподалеку от леса. Люди решили забрать воду на полив из маленькой речушки. Прокопали канал. И все вроде хорошо, да только на эфирном поле это отразилось плохо. Будь на тот момент здесь шаман, то можно было бы избежать больших последствий. Но его не оказалось, и теперь, если бы эфир имел запах, как воздух, то вонял бы нестерпимо. Ибо образовалось нечто вроде болота.

Я почуял тварей сразу, но не смог понять, что же это такое. Белесые клочки тумана, похожие на заячьи скелеты, вдруг резко понеслись ко мне, вынырнув изо рва. Бестелесные – мои руки и ноги проходят сквозь призрачные тела, не причиняя вреда, – они принялись напрыгивать, и тут же магическая сила стала иссякать.