Мой друг Тролль - Анна Гурова

— За такие ошибки платят собственной шкурой, — проворчал Карлссон. — Как следует выдубленной и натянутой на каркас.

Но ногу со спины Гэндальфа убрал.

Тот поднялся, потирая голову. Двалин помог встать очухавшемуся Хьюки.

— Твою секирку я возьму на память, — заявил Карлссон. — Как трофей.

Двалин пожал широченными плечами: мол, нет проблем.

— Но не думай, что отделаешься железякой, — предупредил Карлссон. — Ты у меня в долгу, дварф! В очень большом долгу.

— Не возражаешь, если мы обсудим это в машине? — предложил Двалин. — Там и аптечка есть.

— Я — тролль, — с ухмылкой напомнил Карлссон. — Тролль-Охотник. Моя рана уже заросла.

Не совсем так, но Карлссон приврал сознательно. Чтоб боялись.

Это хорошо, что их было четверо. Впятером таким кряжистым существам, как гномы и тролль, даже в просторном «рейнжровере» было бы тесновато.

— Ага, — мрачно проворчал Карлссон, оглядев троих киллеров. — Братья-дварфы. Двалин, Гэндальф и Хьюки, чума на вас и ваши мерзкие имена.

— Чем тебе не по нраву мое имя? — задрал рыжую бороду Гэндальф, сидевший справа от водительского места. — Тринадесять моих почтенных предков носили его! Почтенное гномье имя!

— Три десятка дерьмоедов из паршивых выгребных ям!

— Дерьмоедов? — вскинулся Гэндальф, хватаясь за ручку топорика, но был перехвачен мозолистой дланью старшего брата.

— Полегче, Гэнни! — проворчал Двалин. — Это же огр. Йотун-недомерок. Выгребная яма — его родной дом. Уютнейшее логово!

— В первый раз встречаю дварфа с чувством юмора, — ухмыльнулся Карлссон. — Вижу, люди и вас кое-чему научили. А теперь выкладывайте, почему вам вздумалось меня убивать. Да еще так бестолково.

— Тебя заказали, — спокойно ответил Двалин.

— Меня?!

— О том, что это именно ты, у меня информации не было. Фотография, адрес, где объект можно найти — и всё.

— Фотография, должно быть, была очень скверная, — предположил Карлссон.

— Почему так думаешь?

— Потому что мне трудно поверить, что ты меня не узнал. Мы ведь недавно виделись с тобой, Двалин. Не надо мне врать!

Гномов было трое — против одного тролля. Но Двалин был далеко не уверен, что они сумели бы справиться с Карлссоном. Там, в подворотне, ему крупно повезло. Будь огр начеку, и Двалину пришлось бы несладко. Может, зря он его не добил?

Нет, не зря. Это же Охотник. Следовательно, где-то ошивается его зверушка. Втройне повезло, что в нужный момент Ночной Кошмар сидов был достаточно далеко. Хищник порвал бы троих гномов на сотню маленьких гномиков. Не помогли бы ни топоры, ни огнестрельное оружие.

— Я не вру, — буркнул Двалин. — Мне показалась знакомой твоя морда на фото, но у человеческой бумажки нет ни духа, ни запаха. А людей с такими мордами, как твоя, не так уж мало.

Карлссон подумал и кивнул, соглашаясь. Он бы тоже мог не узнать Двалина на картинке. Это ведь только лишенные всех нормальных чувств люди думают, что зрение — это главное… Да и зрение у людишек тоже…

«Стоп!» — оборвал лишние мысли Карлссон.

— Что ты можешь мне предложить, дварф, в искупление своей вины?

— Для начала — заказчика. Если надо помочь выяснить, чем ты ему не угодил, мы поможем.

— Тут сам справлюсь, — буркнул Карлссон. — Но от помощи не откажусь.

— Когда, что и как? — попытался конкретизировать Двалин.

— Когда потребуется, вы будете делать то, что я скажу. И до тех пор, пока не скажу: довольно.

— Не велик ли выкуп? — злобно поинтересовался Гэндальф. После того как огр приложил его о дерево, голова Гэндальфа мерзко гудела, а содержимое желудка просилось наружу. И то хорошо, что головы у гномов — крепкие. Человеческая от такого удара точно бы треснула.

— Велик, говоришь? — недобро оскалился Карлссон. — Так его можно уменьшить. На глупый язык одного глупого дварфа!

— Заткнись, Гэндальф! — рыкнул Двалин. — Мы принимаем твои условия, огр. Готов поклясться на топоре!

— Клянись! — Карлссон протянул гному трофейную секиру. — Вы все поклянитесь. Так будет надежнее.

Через пять минут всё было закончено. Теперь три брата были надежно привязаны к недобитому ими огру. Клятва на топоре для гномов нерушима.

— И что пожелает наш повелитель? — не без сарказма поинтересовался Двалин.

— Для начала — пожрать…