Прокляни меня любовью - Ольга Валентеева

Сколько я просидела у постели Эберта? Наверное, пару часов. И сидела бы дальше, если бы не раздался тихий стук в дверь. Эб не проснулся. Наверное, действовала магия целителя. А я поднялась и подошла к двери. На пороге обнаружился Джесси. Его довольное лицо мало вязалось с сегодняшними событиями.

– Обед скоро, Молли прислала за тобой, – пояснил он причину своего появления. Значит, Молли прислала… Наверное, коллеги Эберта привыкли, что на испытаниях может произойти любая авария, а я привыкнуть не могла, и сейчас қусок не лез в горло. Вот только Джесси не слушал. Он подхватил меня под руку и потащил прочь, туда, где обедали испытатели. Мое место пустовало, как и место Эберта. Заметила только, что шума и разговоров было меньше, чем накануне.

– Как там Скай? – спросил полноватый мужчина с лицом хитрого торговца, стоило мне сесть.

– Спит, – ответила я.

– Не переживай, детка. – На плечо опустилась ладонь Молли. – Ничего с ним не случится. Эб живуч, как таракан. Ты бы видела, что было два года назад, когда он случайно стену протаранил. Три перелома! Α он ничего, смеется. Железный мужик.

Из глаза покатилась большая слезинка. Я смахнула её. С чего бы мне плакать? Если друзья Эберта спокойно обедают и, кажется, совсем не переживают. Хотя, какие они ему друзья, если ни один, даже Джесси, не знает о страшной тайне Скайдена? Для них он – некий эталон и образец. А для меня – живой человек, у которого большие проблемы. И у меня вместе с ним.

– Ты кушай, – напутствовала Молли. – И привыкай, раз уж выбрала.

Кого я там выбрала? Похоже, все на полигоне были уверены, что между нами – чувства. Хотя, я бы тоже так думала, если бы кто-то привез с собой девушку, жил с ней в одном домике, танцевал… Еще одна слезинка скатилась в тарелку с супом.

Вместо второго Молли дала мне большой кусок пирога и чашку молока.

– Стресс бежит от сладкого, – сказала она. – Ешь, малышка. Набирайся сил. Теперь, пока Эб не сделает, что хотел, он отсюда не уедет.

Вот мне любопытно, как Эберт два года проводил исследования с его проклятием? Привозил кого-то еще? Почему-то от этой мысли стало не по себе. Хотя, если бы это было так, на меня смотрели бы по – другому. Α эти люди воспринимают меня, как подругу Эберта. Εго возлюбленную, возможно. Но не как очередную подстилку. И мне было приятно, что все именно так, иначе я ни за что не села бы с ними за один стол. Пирог все-таки съела – и пошла обратно к домику. Почти у двери меня догнал Джесси.

– Элис, я хотел с тобой перекинуться парой слов, – очутился он между мной и дверью, давая понять, что разговор все равно состоится.

– Я тебя слушаю, – остановилась, хоть разговаривать и не хотелось. Все вопросы, которые накопились к Джесси, куда-то улетучились.

– Это по поводу Эба, – Джесси словно раздумывал, продолжать или нет. – Элис, ты – хорошая девчонка, я решил, что должен тебя предупредить. Не связывайся с ним. Эб не тот, в кого стоит влюбляться. Он разобьет тебе сердце – и не заметит.

Ничего себе! Вот это поворот. Я даже забыла, что хотела закончить этот разговор как можно быстрее.

– Почему это? – спросила прямо.

– Потому, что главная любовь его жизни уже позади. Он рассказывал тебе, что чуть не женился?

– Да.

Каҗется, мой ответ удивил Джесси. Α я никак не могла понять, зачем он затеял эту беседу.

– Тогда ты должна понимать, что в жизни Скайдена остались только его исследования. Я наблюдал за тобой, Элис. И уверен, что ты – серьезная девушка. Ρазве тебя устроит место постельной грелки?

Знал бы Джесси, что выбора у меня с некоторых пор нет…

– Не устроит, – ответила я. – Только не решай за Эба. Мы сами разберемся, что чувствуем друг к другу.

– Мое дело – предупредить.

И вдруг вспомнился рассказ Эба о ночи, которая перевернула его жизнь: «Вместо того, чтобы поехать домой, я поехал в клуб с Джесси. Напился – и проснулся с чужой женщиной». Он поехал с Джесси!

– Можно личный вопрос? – Скрестила руки на груди.

– Почему нет? – Джесси убрал волосы со лба.

– Когда Эберт изменил своей невесте, ты был в клубе с ним. Ты ведь знал, что у Эба есть любимая женщина. Как ты допустил, чтобы он ушел с другой?

Кажется, такого развития событий Джесси не ожидал. Он закусил губу и на миг снял маску добряка и простака. А за ней скрывался хитрый, холодный ум, который вел свою игру.

– Я – не жрец, чтобы блюсти чужую нравственность, – ответил Джесси отрывисто. – А Эберт – не ребенок, которому нужно завязывать шнурки. Мы оба пили. И, честно говоря, я не помню, с кем он уходил.