Пять мужей для невесты - Лея Кейн

— Мои родители воспитывали во мне мужчину, а не убийцу. Расправиться с Альвирой — значит признать собственную слабость, разочаровать и опозорить родителей. Мне плевать на свою судьбу, но не плевать на их чувства и репутацию. Я до сих пор помню слезы матери и взгляд отца, когда они просили меня передумать и вернуть Альвире ее деньги. За тринадцать лет я много раз пожалел, что не послушал их. Если мое решение жениться на ней принесло им такую боль, то что с ними будет, если их сын станет убийцей?

Дьявол! Этот мужчина заставлял меня все чаще вспоминать бабушку и мое равнодушие к ней.

Я поднялась и, подойдя к Джарду, обняла его со спины.

— Ты не виноват.

— Я мог отказаться от тех денег. Не отказался.

— Я тоже. Думаешь, я прибыла сюда по доброте душевной? Крурот и Хишика предложили мне много золота.

Джард осторожно развернулся и положил свои ладони на мою талию.

— Альвира заполучила бы тебя другим способом, — добавила я.

— Когда я пришел в ее злосчастную комнату, она уже была без сознания. Сначала я решил, что она устала и спит. Обрадовался. Потом увидел на полу кубок с разлитым напитком. Забеспокоился и стал трясти ее. В этот момент на пороге появилась Садена. Она кинулась помогать мне, запаниковала, принюхалась к остаткам отравленного напитка и обвинила меня в покушении на ее сестрицу. Через час по приказу чрезвычайной комиссии меня взяли под стражу. На меня обрушились не только обвинения, но и многочисленные допросы, пока Матиас не настоял искать покусителя на стороне. Поверил мне. Похоже, Альвиру он любит больше, чем ненавидит меня.

— Я не знакома с Альвирой лично, но отталкиваясь от того, что я знаю о ней, скажу так: поделом ей. И все же я не могу отказаться от поиска отравителя. Я дала обещание Эйре. Мальчику нужна мама.

— Если ты спасешь ее, ты убьешь меня, — вдруг сказал Джард. — Она казнит меня за измену.

По моему позвоночнику пробежал мороз. Из подсознания всплыло пророчество Эйры: «Ты двоим жизнь несешь. И двоим смерть».

— Джард, — хрипло прошептала я, — если ты промолчишь, она ничего не узнает.

— Я не смогу быть с ней после тебя. К тому же теперь умирать не так досадно. В моей жизни появилась ты. — Он погладил меня по щеке. — Ты настоящее чудо, ведьмочка.

Я грустно улыбнулась. Размечтался, что я так просто отпущу его на эшафот?! Я все-таки ведьма, кое-что могу. А если не получится, вместе с ним на казнь отправлюсь!

— Кстати, в жизни я действительно ведьма, — призналась я. — Слабенькая, но какая есть. Ничего особенного не практикую. Мелочь: простецкие заклинания, амулеты на удачу, привороты. Теоретически знаю вещи посерьезней, но негде было себя проверить. Ковены ведьм меня за версту к себе не подпускают.

— Теперь я все понял. Ты меня приворожила.

Я захихикала:

— Джард, я не знаю приворота, который сработал бы у меня в образе Альвиры.

— Ее стиль — это своего рода хитрый ход, — ответил он. — Скромным и строгим внешним видом королева подает пример остальным женщинам Шейсауда. Тем самым она скрывает красоту других от нас, своих мужей.

— Разве закона о казни за супружескую измену не достаточно?

— Спустя годы он становится не страшен. Лучше без мучений заснуть вечным сном, чем жить в этом кошмаре. — Джард снова погладил меня по щеке. — Выше нос, ведьмочка. Мы все — чьи-то пешки. Надо ловить момент.

— Момент ценою в жизнь? — вымолвила я.

— Момент любви, — прошептал он и, склонившись, поцеловал меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он вновь подогрел во мне притихшее ненадолго желание. Я чувствовала себя цветком, который распускается под волнующим влиянием Джарда. Его властные руки наслаждались изгибами моего молодого тела и обжигающими прикосновениями дарили наслаждение мне.

Мы снова занялись сексом — медленно и нежно, изучая и исследуя друг друга. Джард умело управлял мною, доводя меня до криков своим искусством любви. Он грамотно погружал меня в неизведанное, неустанно шепча ласковые слова.

Мы уснули лишь под утро, а проснулись, когда на террасе стало душно от припекающего солнца. Джард уже был почти одет, когда я разлепила глаза. Не давая ему знать о своем пробуждении, я с сытой улыбкой наблюдала за тем, как он надевает рубашку, жилет, шейный платок.

— Рэмиса надо припирать к стенке, — сказал Джард, отчего я вздрогнула. Спиной ощутил, что ли, что я таращусь на него?

— Я еще не общалась с Асуром. Неизвестно, что скажет мне Душенька об Атласе.

— Только время потеряешь. — Он взглянул на меня. — Хочешь спасти Альвиру, надо давить на Рэмиса. Могу я этим заняться.

— Нет-нет! — Я села и дотянулась до платья. — Тебя все боятся. Я сама. Сегодня мы с Рэмисом договорились о конной прогулке.

Джард замер и изломил бровь.

— Мне начинать ревновать?

Я вспомнила свою первую встречу с Рэмисом и фыркнула. Было бы к кому! Да, он красив. Но он самый настоящий мямля. Уверена, что на прогулке лошади будут ржать чаще, чем Рэмис говорить. А если учесть, что после каждой реплики он вставляет «ваше величество», так и вовсе хочется утопиться в рукомойнике.

— Я не собираюсь доводить до греха весь гарем Альвиры, — ответила я, вставая. — Мне и так теперь погано от того, что ты в опасности. Придется искать выход, чтобы избавить тебя от смертной казни, к которой ты так стремишься.

Не дав мне надеть платье, Джард крепко обнял меня и заулыбался:

— Волнуешься за меня?

— Это не шутки, Джард. Ты дорог мне. Я могла бы предложить тебе сбежать со мной в мой мир. Но тут твои родные. Поэтому я не смею просить тебя об этом. Однако я не могу позволить тебе погибнуть.

— Ты необыкновенная.

— Ну хватит, а то так мы никогда не остановимся. Хишика там, наверное, все дворцовые углы облазала, ища меня. — Я чмокнула Джарда в щеку и стала одеваться.

Он больше не приставал, даже помог мне затянуть корсет платья и закрепить волосы гребешком.

Спустившись на верхний уровень, довольные и счастливые мы, взявшись за руки, направились к лестнице, чтобы спуститься в обеденную. Но посреди коридора нас поджидал Матиас. Вид у него был уставший. Похоже, он всю ночь не спал, сходя с ума от пропажи любимой жены.