Наследница долины Туманов - Мария Лунёва

Но, обвинять мачеху в том, что она переживала за меня. Не поверила, что мне сохранили жизнь, не покалечили, это уже лишнее. Я её прекрасно понимала. А вот мужчина проявил чёрствость.

– Трагедию? – прошипела я – Онгер, а вы женаты? – этот вопрос вырвался сам собой.

– Нет, – отрезал он и отвернулся, делая вид, что теперь его более интересует еда в его тарелке.

– Оно и понятно, – неожиданно шепнула Мояла и, испугавшись своих слов, резко вскинула руку и прикрыла ладонью рот. – Простите, – выдохнула она.

– Что? – рыкнул мужчина, глядя на неё в упор.

– Мояла говорит: оно и понятно. У вас очень сложный характер, онгер, – не моргнув и глазом, разъяснила я. Мачеха затравленно ухватилась за вилку и принялась завтракать.

Риган же, не удостоив меня вниманием, продолжал буравить её своими непостоянными очами. Что-то происходило между ними: то, чего я не понимала. Но напряжение буквально пронизывало воздух вокруг нас.

Позади меня снова скрипнула дверь.

– Кажется, я что-то пропустил?! – поравнявшись со мной, Каил склонился и коснулся губами моего виста. – Ты выспалась, прелесть моя воинственная?

Кивнув, я подъехала к столу Всё, что увидела на нём, – это горка жареного мяса, резаные овощи и варёные чищеные яйца. Такого бедного стола у нас ещё не было.

Оценив скудность поданных блюд на завтрак, я глянула на Моялу, но та была поглощена ковырянием в яичном желтке.

– Что-то не так, Амэлла? – поинтересовался гер, присаживаясь рядом.

– Такой странный завтрак, – улыбаясь, неуверенно пролепетала я.

Мужчины разом хмыкнули.

– Северяне, вартеса, не привыкли разбрасываться продуктами. Еда для нас роскошь. Поэтому мы готовим ровно столько, сколько можем съесть, и не более, – лениво протянул безликий.

Мояла робко подняла голову и прислушалась.

– И князья? – уточнила я. – И ваш стол всегда столь скуден?

– Всегда, – подтвердил слова своего онгера Каил. – А что не так-то? Тут есть всё, что нужно: мясо, зелень, овощи и даже яйца. Хотя в нашем доме обычно подают что-то одно.

Пожав плечами, я признала, что это имеет смысл. Правитель должен быть бережлив, когда вокруг голод и разруха.

– А как же застолья? – негромко вставила свой вопрос Мояла.

Каил пожал плечами. Видно было, что он обдумывает ответ.

– Застолья у нас бывают, конечно: как правило, это основное блюдо, например жареная дичь, много овощной нарезки…

– И брага, – закончила я за него.

Уж чего, а застолий мы насмотрелись: когда гости дорогие из-за стола ползком выбирались. А сколько девушек попортили в пьяном угаре, что вспомнить страшно.

– Северяне не поддаются хмельной магии, – улыбнувшись, осадил мой праведный гнев Каил.

– Совсем, – искренне удивилась я.

– Абсолютно. Ни древние, ни иные не пьянеют.

– Это хорошее качество, – выдохнула Мояла и снова, вжав голову в плечи, принялась мучить яйцо на своей тарелке.

– Что же, рад, что вы нашли в нас что-то хорошее, – хохотнул мой гер. – Я думаю, тебе, Амэлла, уже донесли, что случилось этой ночью. Заострять на этом внимание я не желаю. Я обещал тебе вернуть твою мачеху – вот она перед тобой. Живая и невредимая, – Каил выжидательно посмотрел на мачеху, та робко подняла голову и закивала. – Замечательно. Этому дому нужен управленец, поэтому я предлагаю эту должность вам, вия Мояла.

Я, признаться, не совсем поняла, о чём он.

– Ваши матери служат при своих детях прислугой? – моё удивление всё же вырвалось наружу.

– Почему? – Каил забавно моргнул, видимо, не понимая меня.

– Вы сказали, что я ваша супруга. Это был обман? – моё сердце дрогнуло.

– Нет Ты моя вартеса, на тебе мои брачные браслеты, – Каил действительно не догадывался, куда я клоню.

– Тогда почему вы предлагаете должность женщине, которая меня растила после смерти родной матери. В глазах людей она моя мать. Женщина, что защищала меня все эти годы. Облегчала боль, заботилась, порою просто таскала на себе, когда мне было особенно плохо, – меня немного понесло, но ощутив, как Мояла сжала мою ладонь, лежащую на столе, я замолчала.

– Это очень хорошее предложение, – улыбнувшись, произнесла она, глядя на Кайла, – я с радостью его приму.

Мужчины казались растерянными. В комнате повисло неловкое молчание. Я разглядывала картину, изображающую лес. А внутри, в душе, кипела от злости. Я понимала, что такое предложение – щедрость со стороны северян. Не убили, не выкинули из дома, работу предложили. Разумом я осознавала, что нужно быть благодарной. Но душа возмущалась по поводу такой несправедливости.

– В доме северян, милая Амэлла, всеми делами заведует жена или родственница варда. В моём доме, например, это моя мать. Мы не позволяем чужим, посторонним людям вникать в наш быт Предлагая вашей матушке заняться управлением дома, гер Каил обозначил, что теперь она часть клана Бессон. Здесь нет ничего унизительного.

– Простите, – выдохнула пристыженно.

Что-то слишком много гонору я выказала. Сжав подлокотник кресла, попыталась успокоиться.

– Что ещё тебя тревожит, Амэлла? – тихо спросил Каил, склонившись надо мной.

Даже сидя, он нависал как гора. Раньше я считала эту комнату просторной, но когда тут два таких гиганта, как мой гер и Риган, пространство становится теснее.

– Я чувствую себя немного странно, – честно призналась я.

– Что-то болит? – всполошилась Мояла, на мгновение, забыв о своём страхе и неуверенности.

– Нет, просто на душе как-то опьяняюще легко, – стесняясь обнажать свои чувства, пролепетала я.

– Боюсь, это я виноват. – Каил подцепил на вилку кусочек мяса и с блаженной улыбкой отправил его в рот – не хотел, чтобы ты меня боялась и, кажется, перестарался, уничтожив весь страх.

– Что? – мысль, что этот наглец копался в моей душе, казалась кощунственной.

– Я же не специально, – быстро прожевав, гер с тоской глянул на следующий кусочек мяса, – только аппетит не порти, колючка моя. Я не всегда контролирую свой дар. Это вышло случайно.

Я очень хотела ему поверить, поэтому смолчала. Позавтракали мы в молчании.

Мужчины периодически поглядывали друг на друга, словно переговариваясь.

Я же пыталась разобраться в себе и своих чувствах.