Ведьмин род - Марина и Сергей Дяченко

Конечно, изгнанный из Инквизиции Руфус передал Оскару ниточки, связи, каналы доверенных людей – тех, кому Мартин доверять ни в коем случае не должен был. Конечно, Ридна после отставки Руфуса оказалась взведенной мышеловкой, и требовались ум, чутье и жесткость Мартина, чтобы превратить ловушку в нормально работающий механизм…

Клавдий вздохнул. Хоть бы не сказать Мартину при встрече нечто такое, чего тот не сможет потом простить. Хоть бы удержаться.

Пискнул селектор, и референт доложил, что господин Оскар из Рянки ожидает в приемной. Клавдий повертел в руках пачку сигарет; заставить Оскара подождать подольше было приятной идеей, но не полезной: нет времени на игры. Элеонора тоже скоро приедет.

Оскар был несколько взвинчен, глаза выдавали бессонницу, но в целом аристократ был свеж и подтянут – как для заговорщика, которому сообщили о смерти Клавдия во втором часу ночи, который сорвался с места, чтобы занять еще теплое кресло, и уже высоко в воздухе обнаружил, что летит не на лакомый пирог, а на чужую приманку. И, как и герцог, Оскар с порога впился в Клавдия глазами, будто желая убедиться, что Великий Инквизитор на самом деле жив.

– Да погибнет скверна, – сказал Клавдий приветливо. – Отчего же так рано, куратор? Ведь заседание Совета назначено на десять…

Оскар мог бы ответить: «Меня подняло с постели известие о вашей смерти», и это означало бы, что отставка Клавдия лежит у него в кармане. Приказом ли герцога, выступлением ли кураторов, ножом или ядом. Клавдий не удивился бы: в прежние времена Великих Инквизиторов каким только способом не вынимали из кресла.

Но Оскар не ломанулся напролом; Клавдий, впрочем, на его месте тоже не стал бы нарываться.

– Меня привела печальная надобность. – Оскар поджал губы с нарочитой грустью. – Рапорт о должностном преступлении куратора округа Ридна…

– Но достопочтимый Руфус, – сказал Клавдий невозмутимо, – уже расплатился за свой проступок. Вы прослушали запись его показаний?

Оскар показал белые, как фарфор, острые зубы. Напоминание об участи Руфуса было ему неприятно:

– Речь идет о действующем кураторе, о Мартине из Ридны.

Он все еще стоял посреди кабинета – как накануне герцог. По протоколу Великий Инквизитор должен был пригласить визитера занять место напротив, но Клавдий, будто невзначай, оттягивал этот момент.

– Вы хотите сказать, Оскар, что решили привезти рапорт лично, не доверяя ни электронной почте, ни официальным каналам? Поднимать самолет, жечь тонны керосина, и все ради одной бумажки?

– Это очень веская бумажка, – тихо сказал Оскар. – Я просил бы вас ознакомиться, патрон.

– Давайте. – Клавдий указал на стол перед собой. Он утверждал подчиненное положение визитера каждым жестом, каждой деталью; Оскар, сглотнув, подошел и положил на столешницу два листа бумаги, соединенных скрепкой.

Клавдий пробежал глазами текст. Перечитал неторопливо, еще раз. Оскар ждал, стоя посреди кабинета, чуть подавшись вперед, сжав кулаки, будто приготовившись к драке.

– Возмутительно, – сказал Клавдий. – Я разделяю ваше негодование. Если дела обстоят именно так, как здесь описано…

– Многочисленные свидетели готовы подтвердить. – Оскар, будто опомнившись, разжал кулаки и выпрямил спину.

– Кстати, на каком основании вы их опрашивали? – Клавдий прищурился. – Ведь они не ваши подчиненные, не так ли?

– Это не имеет отношения к делу, патрон, – хрипло проговорил Оскар, впервые ступая на территорию открытого неповиновения.

– Хорошо, – Клавдий улыбнулся. – Этот вопрос мы оставим непроясненным – пока… Итак, мы имеем документ о том, что высшее руководство Инквизиции в Ридне – исключая куратора, разумеется, – не почуяли присутствия ведьмы и не сделали ни единой попытки развеять морок. Прискорбно, что господин Руфус так неудачно подбирал кадры. Спасибо за информацию, господин Оскар. Инквизицию Ридны по вашей милости ждут большие потрясения…

У Оскара раздулись ноздри:

– Но, патрон…

– …Разумеется, все уволенные и пониженные в должности будут знать, что именно вы настояли на массовой чистке…

– Но патрон, я не настаивал!

Клавдий улыбнулся шире:

– Понимаете, есть только два варианта: либо там была ведьма и наши сотрудники в Ридне профнепригодны. Либо ведьмы не было, тогда…

– Там была Эгле Север. – Оскар не собирался отступать. – У которой есть паспорт, отпечатки пальцев, цифровой след, которая засветилась на камерах в аэропорту… И вы ее знаете, патрон. Вы сделались ее контролирующим инквизитором за несколько дней до события.

Клавдий покосился на часы: Элеонора, куратор из винодельческого округа, была уже в Вижне, на пути ко Дворцу Инквизиции.

– Разумеется, я знаю Эгле Север. – Он развалился в кресле, окончательно позабыв о том, что должен пригласить Оскара садиться. – Значит, она прошла инициацию?

– К сожалению, да.

– И она напала на господ инквизиторов – из-под морока?

– Н-нет. – Оскар почувствовал слабое место в своих обвинениях. – Она присутствовала.

– Инициированная ведьма в сердце, можно сказать, окружной Инквизиции… просто присутствовала? Не напала? Не скрылась? Вам ничего не кажется странным?

– Она сотрудничает, – сквозь зубы сказал Оскар.

– С Инквизицией?!

– Не с Инквизицией. – Оскар смотрел исподлобья. – Она сотрудничает с Мартином Старжем.

– Оскар, – сказал Клавдий ласково. – Инициированные ведьмы ни с кем не сотрудничают. Ни единого случая в истории.

– Все когда-то бывает впервые, – сказал Оскар после паузы. – Возможно, документы госпожи Ивги… ее исследования… помогут открыть нам глаза и прояснить, откуда взялась ведьма с неизвестными раньше свойствами.

– Разумеется, помогут! – Клавдий энергично закивал, и ему понравилось, что Оскар на секунду растерялся. – И документы госпожи Ивги помогут, и показания госпожи Эгле мы тоже приобщим к делу. И мы обсудим на Совете ваш рапорт и моральный облик Мартина Старжа, и еще кое-что обсудим… Скажите, Оскар, а вам не страшно со мной ссориться?

Оскар мигнул, как сова при виде яркого света.

– Неужели оно того стоило? – задушевно спросил Клавдий. – Я ведь вас ценил… по заслугам, между прочим. Но вот…

Он демонстративно выложил на стол перед собой еще один лист бумаги; Оскар сжал зубы, но вынужден был подойти, как школьник, и взять документ.

Рука визитера дрогнула, когда он полез во внутренний карман пиджака за очками. Оскар вовсе не был так спокоен, как хотел казаться, и, возможно, успел пожалеть о своей затее… Хотя это затея герцога, конечно. Герцога Клавдию не уволить никак.

Оскар читал, повернувшись к свету, плотно сжав губы, так что его породистое лицо казалось совсем лишенным рта.