Возвращение Низвергнутого - Дем Михайлов

— Этого я боюсь меньше всего, — отмахнулся я. — Наше поселение в Диких Землях далеко от Стены. Так просто не доберешься.

— Церковь доберется, — убежденно ответил Рикар. — Уж поверьте, господин Корис, — доберутся. Одно дело, когда нечисть смирно в Диких Землях сидит, и совсем другое, когда за Стену выбирается.

— Предположим, — кивнул я. — Добраться смогут, согласен. Мне знакомства с отцом Флатисом хватило, чтобы понять, насколько они упертые. Вот только надо еще ЗНАТЬ, куда идти. Надо знать, кто мы такие и где мы обитаем. Сам посуди — в город пришла кучка неизвестных во главе с темной тварью — то есть мною. Церкви донесли, как и положено, но те опоздали. Что остается священникам?

— Расспросы чинить, — мгновенно ответил Рикар, и я вновь кивнул.

— Верно. Будут расспрашивать трактирщика и вообще всех, кто разговаривал с тобой и остальными. Вы говорили, что мы с Диких Земель? Рассказывали про Подкову?

— Нет, господин, как можно!

— Вот и я про то же. Никто не знает о нас ничего. Неизвестные, пришедшие неизвестно откуда и ушедшие неизвестно куда. Искать будут, но не в Диких Землях — обрыщут близлежащие окрестности и ничего не найдут. Так что успокойся, Рикар. С этой стороны нам ничего не грозит.

— Имена наши слыхали, — задумчиво поскреб бороду здоровяк. — И в трактире, и в порту.

— Слыхали, — признал я и пожал плечами. — Страна большая. Каждый десятый на имя Корис или Рикар отзовется. Чтобы найти совпадение и вычислить нас, надо проделать огромную и кропотливую работу. Пройти по нашему следу до того места, где мы высадились на берег — при условии, что он еще сохранился. Понять, что мы пришли из-за Пограничной Стены. Сообразить, что мы не просто блудные твари, шатающиеся по пустошам Диких Земель, а что у нас может быть поселение. Поднять списки Королевской Канцелярии, узнать из них, что год назад в Дикие Земли был сослан барон Корис Ван Исер в сопровождении своих людей, из которых одного звали Рикар. Сопоставить все факты вместе… Шанс у них есть, не спорю. Но это очень трудно, неимоверно муторно, и для этого требуется хорошо отлаженная система. К тому же они не знают, что мы собираемся вернуться в Дикие Земли. Искать нас будут в первую очередь внутри страны.

— Тут вы правы, господин, — по своему желанию обычно в Дикие Земли обратно не возвращаются. У нас не каждый жить сможет!

— У нас… — задумчиво проговорил я. — Да… у нас.

— Вы, господин, не подумайте, что я церковников боюсь — просто у нас и так лиха хватает…

— И ни к чему умножать проблемы, — подхватил я. — Да, согласен. Но не переживай, с этой стороны нам ничего не грозит. Как Алларисса?

— Спит как убитая. Не пошевельнется. Я даже проверял — дышит ли. Вот ведь бесовский кинжал! Что с людьми делает-то! Но вы не переживайте, господин, все с ней в порядке будет. Дышит ровно, сон спокойный.

— Я немного о другом думаю, Рикар, — поморщился я, злясь на самого себя за чрезмерную подозрительность. — Тот человек, что принес кинжал к судну… он все время повторял — возьми, возьми. И обращался не к кому-нибудь, а именно к Аллариссе. К Аллариссе Ван Ферсис, внучке Повелителя.

— О-о-о! — из-за мачты высунулась бородатая физиономия Тиксы, преисполненная любопытства. — Внучка Повелителя! — Тут корабль мягко качнулся на накатившей волне и, скрючившись в три погибели, гном поковылял к борту. До нас донеслись сдавленное всхлипывание и оханье.

— За борт не упади! — с тревогой рыкнул я, обращаясь к заду Тиксы.

Сползя с борта, Тикса опустился на палубу и мученически взглянул на нас. Тут Рикар не ошибся — лицо у гнома и правда было бледно-зеленое, обычно колом торчащая борода и та поникла. Но, невзирая на физические страдания, коротышка по-прежнему горел неутолимой жаждой познания:

— Внучка! Оченно интересно, друг Корис!

— Эх, сейчас бы похлебки с потрошками навернуть! — закатив глаза к небу, ляпнул здоровяк. — Аль колбаски с жирком нутряным! Да, Тикса?!

— О-о-о… Оченно, оченно подло делать… — застонал гном и, зажав рот руками, вскочил на ноги и вновь перегнулся через борт, сотрясаясь всем телом от рвотных судорог.

— Что вы там о Аллариссе говорили, господин? — переспросил Рикар, словно забыв о несчастном гноме.

— Рикар! — рявкнул я. — Его сейчас наизнанку вывернет!

— А нечего подслушивать! — буркнул здоровяк.

— Натура у него такая, — развел я руками, прислушиваясь к оханьями несчастного Тиксы. — Любознательная. А насчет Аллариссы — тебе не кажется, что слишком много совпадений?

— Совпадений?

— Девчонка ни с того ни с сего решила покинуть поселение и отправиться с нами. Мы совершенно наугад выбрали Коску из нескольких других портовых городишек, но костяной кинжал прибыл туда же! Мы бежали с трактира и решили двигать к порту уже по пути, но… дальше ты и сам можешь продолжить.

— И мужик с кинжалом приперся аккурат к нам, — кивнув, мрачно буркнул здоровяк. — Да уж…

— И выбрал не кого-либо, а именно Аллариссу! Словно ему велели передать кинжал наследнику! То есть законной наследнице и родной внучке!

— Ну, это вы уж загнули, господин, — не согласился со мной Рикар. — Наследниц на верную смерть в Дикие Земли не отправляют. К тому же, не сумев заполучить девчонку, кинжал переключился на меня! Верно? Вы же поэтому меня мечом приложили! До сих пор в глазах двоится.

— Пусть так. Но все равно — слишком много совпадений. А насчет тебя — к тому времени мужик был порван в клочья, на меня сила кинжала не подействовала, и поэтому он просто выбрал ближайшего — то есть тебя!

— Я вам одно скажу, господин Корис, — может вы и правы, но как Аля могла узнать, что ей надо уйти из Диких Земель? А?

— «Вестник», — пробулькал Тикса, отлипая от борта и вытирая рот рукавом куртки. — «Вестник» ей послать!

— Вот тебе и ответ. Один из возможных, — хмыкнул я, смотря на извивающиеся щупальца, плетущие замысловатый узор у меня над головой.

— А еще у меня в детстве качели были! — рявкнул Рикар. — И катался я на них день напролет! Туда-сюда! Туда-сюда!

— О-о-о-о!

— Рикар! Твою так за ногу! Прекрати!

— А нечего встревать! Из-за таких вот умников топоры хорошие почем зря пропадают!

— Да забудь ты уже о Твердыне! И о топоре своем! И Тиксу не трогай! Если он за борт вывалится, то нырять за ним ты будешь.

— Слушаюсь, господин, — вздохнул здоровяк, бросив косой взгляд на вновь перевесившегося через борт гнома. — Вот ведь что странно — когда мы на тех плотах плыли, так хоть бы что. А тут на тебе, прихватило его.

— Море это не река, — качнул я головой. — А корабль не плот. Вот тебе мой наказ — за Аллариссой приглядывай, но ничего не говори и не выспрашивай. В городе ее оставить не получилось, значит, до самого конца с нами поплывет.