Твой плен - Нидейла Нэльте

Сафира задумалась. Она была уверена, что поступает правильно, никто добровольно не отдаст фитарель человека, который может оказаться полезен лиарам, а с другой стороны – будучи свободным, может навредить. Врагов не отпускают…

«Я не враг тебе», – звучал в голове его голос, его слова, виделся взгляд. Хран! Он сделает всё, чтобы освободиться, она сама сделала бы всё! Он может красиво говорить, взывать к её принципам или наоборот, манипулировать страхами… Нельзя верить, нельзя поддаваться!

И вместе с тем предводительница осознавала, что этот человек вызывает у неё всё большее уважение.

– Ладно, – решительно произнесла Сафира. – Разрешаю тебе не бриться. Но как только ощутишь, что волосы набирают такую силу, с которой ты можешь противостоять фитарели – сразу же предупреди меня. Что бы ни случилось, где бы мы ни были, ты должен будешь мне это сказать, даже если я забуду, даже если какие-то приказы покажутся тебе поводом обойти этот. Ясно?

– И что, именно тогда ты прикажешь мне всё сбрить или состричь обратно? – Лунар снова перевёл взгляд на гнаранов. Сафира вздохнула:

– Не знаю. Просто я должна быть к этому готова. Приказ понятен?

– Более чем.

– Докажи мне, что порядочность для тебя не пустой звук, – тихо произнесла она, поворачиваясь и уходя.

***

Городские ворота уже отворили, и первые путники потянулись к ним. Издалека Сафира увидела вчерашнюю компанию воинов – они шумели, смеялись и перебрасывались шуточками, от которых ей захотелось поскорее сбежать. Что она и сделала, пока не приметили.

У повозок суетились Магда с Мадленой, собирали утварь, Гердт впрягал лошадей, сын помогал, только Кадим досыпал последним.

Сафира видела, как вернулся Лунар, незаметно поставил лошадям чашу с водой и поинтересовался у хозяйки, нужна ли помощь. Но поскольку завтракать собирались уже дома, ничего не потребовалось.

Мадлена вдруг распрямилась, взглянула на Сафиру и застыла.

– У неё что, волосы раскрашены?! – воскликнула она, обращаясь к Лунару. Сафира ощутила, как щёки вспыхивают – не то от пристального внимания, не то от негодования. – Не хотелось бы думать, что мы приютили…

– Нет, – отозвался Лунар. – Мы пришли издалека, в наших землях это нормальное явление.

– Потому ты стриженый?

Лунар почти неуловимо поколебался, после кивнул.

– Никогда не слышала о таких землях, – пробурчала женщина. Лунар не ответил, зато Магда успела подобраться поближе к нему.

– А вы надолго к нам? – поинтересовалась она, поглядывая на воина.

– Сложно сказать, – откликнулся тот.

Девушка хотела продолжить познавательную беседу, однако была пристроена матерью к работе в фургоне, откуда как раз вылез невыспавшийся Кадим. Оглядев всех хмурым взглядом, он направился к колодцу.

Сафира села на бревно возле костра, рассматривая огонь.

– Пожалуй, я воспользуюсь твоим кинжалом, – произнёс Лунар, внимательно оглядывая окрестности. – Не сейчас, наверное. Где остановимся.

– Хорошо, – отозвалась Сафира. Чуть помолчала, сосредотачиваясь, после поинтересовалась:

– На каком я говорю языке?

– Не слышишь разве? На своём.

– Поясни, что делать. Как переключиться и разговаривать на нужном?

– Попытайся прислушаться к речи, впусти её в себя.

Сафира прикрыла глаза, вслушиваясь в переговоры давшего им ночлег семейства. Лунар приблизился, присел рядом на корточки, так же рассматривая почти угасший огонь.

– Ты должна пропустить слова через себя. Как бы… преобразовать их в другой язык.

– Не понимаю!

Лунар взглянул на неё, вдруг быстро поднялся и подошёл сзади, положил ладони на плечи. От неожиданности Сафира растерялась, не в состоянии сказать ни слова, лишь возмущение, смешанное с чем-то совершенно незнакомым, накатило в сознание. Но прежде, чем успела хоть что-то сделать, Лунар тихо прошептал, сжав её плечи:

– Успокойся. Твои волосы начинают гореть. Потом потренируешься.

Сафира обвела взглядом поляну, пытаясь понять, никто ли ничего не заметил. Несколько раз вдохнула-выдохнула, успокаиваясь.

– Ещё немного, – произнёс Лунар, не отпуская.

Сафира сосредоточилась, заставляя себя расслабиться. С Лунаром за плечами это было не просто. Дома её цвета вызывали почтение, она училась контролировать их исключительно для того, чтобы уметь контролировать эмоции. Но чтобы приходилось скрывать?!

– Сафира, – тихий бархатный переливающийся голос напомнил, что нужно успокаиваться, а не наоборот. Она сделала еще несколько вдохов и выдохов.

– Кажется, я знаю, в чём заключалась твоя миссия, – раздались слова вернувшегося Кадима. – Соблазнить всех трёхцветок, каких найдёшь.

– Ты о чём это? – нахмурилась Сафира.

– Знаешь, в Кобальтовом Роге он тоже всё крутился возле одной.

– Трёхцветной? Предводительницы? – поразилась Сафира.

– Какой, к хранам, предводительницы?! – чуть не зарычал Кадим, но, окинув взглядом настороженно поднявших головы хозяев, продолжил тише: – Так, девка одна бегала еду пленникам таскала, кто ж виноват, что у неё третий цвет появился.

– Лунар? – Сафира поднялась, отчаянно желая удержать себя в руках и не разгореться. А она, дурочка поверила!

Впрочем, оборвала сама себя, верить Кадиму – себе дороже. Нужно дать Лунару шанс объяснить.

– Что? – спокойно отозвался тот.

– Что там с трёхцветной девушкой?

– А что с ней?

– Отвечай!

– Она носила еду, я сидел в камере, с кем ещё я мог поговорить?

– Поговорить? – хмыкнул Кадим. – Ты и став сонатым к ней захаживал, помнится.

– Захаживал? – переспросила Сафира.

– А тебе-то что, ревнуешь? – усмехнулся Кадим.

И правда, подумала она. Ей-то что.

– Мне всё равно, с кем и как он время проводил. Мне важно знать, что он имеет к трёхцветным.

Не правда, воспротивилось нечто глубоко внутри. Не всё равно…

Сафира решительно дёрнула головой, требуя ответа и стараясь, чтобы волосы не вспыхнули.

– Ты бываешь таким придурком, – вздохнул Лунар.

– Это его обычное состояние, – отозвалась Сафира. – Я жду ответа!