Смертники - Олег Овчинников

— Прыгайте на заднее с-шиденье. С-шкоро выброс-ш!

— Так ведь только что был, — осторожно ответил Гарин. — Не каждый же час.

— Прыгайте! — настаивал белобрысый. — Если накрытьс-ша плащом, то можно переж-шдать.

С виду это был обычный парень, разве что слегка неадекватный. Опытных сталкеров, способных пролить свет на причину неадекватности, рядом не было. Как и в прошлый раз, вскоре после того, как был допит коньяк, Митрич и Бодун получили срочный приказ и отбыли в неизвестном направлении, тем более что до Янова, по их словам, было рукой подать.

Некоторое время Олег поддерживал бессмысленный разговор, терпеливо объясняя, что нет, выброс не переждать в ржавом кабриолете, и нет, кровососов навряд ли отпугнет запах бензина, и опять-таки нет, им не встречался на пути сталкер Лютый. Беседа прекратилась, когда Столяров, не принимавший в ней участия, шагнул к пареньку и бесцеремонно задрал ему челку, до этого закрывавшую пол-лица.

— Зря стараешься, — обернулся он к Гарину, который только и смог в ответ выдавить:

— М-мать!

В выпученных глазах паренька не было ни зрачков, ни радужки. Белков, строго говоря, тоже не было. Сплошные красные прожилки и черные сгустки запекшейся крови.

— Почему он разговаривает? — понизив голос, спросил Олег. — Разве он должен разговаривать? Почему он не стреляет в нас?

— Может, это новенький? — предположил Михаил. — До него еще не дошло, что случилось. Выброс же был. Наверное, дурачок искал укрытие в дырявом тарантасе. Вот его и накрыло. А не стреляет, потому что автомат посеял.

— С-што такое? — спросил зомбированный. — О ч-шем это вы?

— Что с ним делать? — спросил Гарин. Столяров пожал плечами.

— Оттуда не возвращаются.

— Он же совершенно нормальный. Если бы только не глаза…

— Тогда давай я. — Михаил достал пистолет и приставил дуло к виску паренька, который поднял на него кровавые бельма и просвистел: — С-што за с-шутки?

— Хотя погоди… — Столяров опустил пистолет и посмотрел на Олега. — Давай лучше ты.

— Что я?! — отшатнулся тот.

— Попробуй его… — Михаил поиграл бровями. — «Венцом».

— Как это?

— Хрен его знает. Просто надень «венец». Может, что-то почувствуешь.

— Ты псих! — Гарин помотал головой.

— Это он — псих. — Столяров дернул за челку, и голова зомби клацнула челюстью. Между окровавленными зубами мелькнул темно-фиолетовый язык, распухший и как будто изжеванный. — А ты — парень с повышенной пси-чувствительностью, иначе черта лысого бы «венец» у тебя активировался. Так что кончай выкобениваться и напяливай корону. Давай, давай, Олежка, — закончил он вполне дружеским тоном, протягивая артефакт.

Олег со вздохом принял «венец», надел на голову и одарил Михаила скептическим взглядом.

— И с-што? — спросил он.

— Что, уже торкнуло? — удивился Столяров, приближаясь к Гарину странной пляшущей походкой. Говорил и двигался Михаил непривычно быстро и как будто рывками. Его лицо стало черно-белым, словно у персонажа дешевых комиксов. Да и весь окружающий мир стремительно терял цвета.

— С-што с-шо мной? — спросил Олег и сглотнул, борясь с подступающей тошнотой, когда губы зомби зашевелились в такт его словам.

Зомбированного звали Витя, и он пришел в Зону за романтикой.

Ему повезло, иногда везет и новичкам, хотя в Зоне это правило срабатывает в тысячу раз реже, чем в казино. Кордон Витя миновал примерно как мультяшный суслик, который ночью возвращался домой от хомяка: он не знал, чего следует бояться, и потому никого не встретил. Через канаву с притаившимся на дне «трамплином» Витя перемахнул, не заметив. Поросль «ржавых волос» отогнал от лица палкой, точно безобидную лесную паутину, а невидимка-кровосос, в которого юный сталкер швырнул ромашкой с оборванными лепестками, только пощелкал горлом, ошалев от человеческой наглости. На Затоне Вите посчастливилось споткнуться о дощатый настил, маскировавший чей-то схрон. В результате паренек разжился аптечкой и новеньким «Абаканом» в дополнение к украденному из отцовского сейфа «Вальтеру». На полпути между Затоном и Яновым его везение оборвалось, хотя самому Вите еще некоторое время казалось, что оно только-только набирает силу.

На чердаке заброшенного дома, где парень решил остановиться на ночлег, ему повстречались три сталкера. Их звали Лютый, Вырвиглаз и Отбойник. Ни один из них не выглядел на свое прозвище. А Вырвиглаза, если честно, Витя вообще поначалу принял за женщину. Зато по тем историям, которыми новые знакомые охотно делились с ним под мамины, еще пахнущие домом котлеты и пущенную по кругу фляжку водки, выходило, что Витя наконец-то попал туда, куда так стремился. В общество Настоящих Сталкеров. Каждый из них не раз хаживал на кровососа с рогатиной. Всем троим доводилось пережидать выброс в чистом поле. «Только не забудь накрыться плащом!» — авторитетно уточнил Лютый. Отбойник вообще добрался до Саркофага, отыскал там Золотую Сферу и загадал себе то ли большой член, то ли хорошую память. Сейчас уже и не вспомнить, хе-хе. В общем, сталкеры лишний раз подтвердили вывод, до которого Витя дошел своим умом: не так страшна Зона, как ее малюют. Жить здесь было можно, и даже с удовольствием. «Кстати, хочешь — научу, как правильно передергивать затвор?» — подмигивал Вырвиглаз и по десятому разу лез брататься. От его слюнявых поцелуев Витю слегка коробило, но всем остальным он был доволен. Он был сыт, немного пьян, и наконец-то у него была компания. Да еще какая! До появления Вити его новые друзья выглядели мушкетерами в ожидании д'Артаньяна. Но теперь-то все были в сборе, и от радужных перспектив кружилась голова. А еще чуть-чуть подташнивало. «Завтра, — обещал Отбойник. — Завтра мы подгоним тебе Гаусс-пушку. Спроси меня почему?» «Почему?» — послушно лепетал новоявленный д'Артаньян. «А потому, что хороший ты человек, Витяй!»

Проснувшись во второй половине следующего дня, обещанной Гаусс-пушки Витя не обнаружил. Автомата тоже не было. И рюкзака. А значит — «Вальтера», аптечки, продуктов и смены белья. Пропали ботинки и куртка, а вместе с ними носовой платок, томик стихов Высоцкого и КПК. Да, КПК, пожалуй, был самой серьезной потерей. Денег тоже не было. Хотя выронить рулон купюр из зашитого в трусы кармашка — это надо было умудриться. А главное, куда-то подевались Лютый, Вырвиглаз и Отбойник, поэтому про вещи спросить было не у кого. Или хотя бы попросить воды. Потому что тошнило Витю не по-детски.

Весь остаток дня парень ждал своих новых друзей. Потом слез с чердака и, шатаясь, побрел куда глаза глядят. Когда вечернее небо стало светлым от молний, а земля под ногами затряслась, Витя вспомнил об укрытии и через разбитое окно забрался в кабину ржавого «запорожца».

«Жаль, плаща нет», — подумал он…

— Скоро выброс-ш, а у меня нет плаща! — простонал Гарин и часто заморгал, будто только что проснулся. Потом посмотрел на притихшего в кабине «запорожца» белобрысого паренька и поспешно дотронулся до головы. «Венца» не было.