Арифмоман. Червоточина - Александр Рудазов

Вот и наступил день Янтарного Ястреба. Его величество Флексиглас устроил званый обед – в узком кругу, только для семьи и ближнего совета. Без какого-либо особого повода – король просто любил принимать гостей. Он бы охотно закатывал пиры каждый день, но такого бюджет Парибула не выдерживал.

Тем не менее, это был настоящий королевский пир, и Эйхгорн впервые на таком присутствовал. Как обычно, он глядел снулым, совершенно безразличным взглядом, но внутри слегка нервничал, опасаясь где-нибудь напортачить. У него не было случая ознакомиться с парибульским застольным этикетом, поэтому он решил просто делать то же, что делают прочие – и ничего более.

Эйхгорна усадили в самом дальнем конце, справа от королевского брата. Местные правила хорошего тона не требовали обнажать голову во время еды, так что все гости были в шапках. Но принц Шевузирд свою сразу же снял, положив ее чуть ли не в тарелку Эйхгорна. Огромную меховую шапку, источающую зловоние и перемазанную чем-то липким.

Свой реквизит Эйхгорн оставил в коридоре, под охраной Еонека. Он строго-настрого наказал мальчишке ничего не трогать и никого близко не подпускать. Но ему все равно хотелось поскорее начать – а ну как Еонек заскучает и полезет изучать «волшебное» барахло?

Эйхгорн бы на его месте точно полез.

Увы, король никуда не торопился. Временами поглядывал на своего нового волшебника, но ничего не говорил, ни о чем не спрашивал. Зато уж жевал так, что за ушами трещало.

Перед каждым гостем стояла плоская тарелка, глубокая миска и деревянная доска для резки мяса. В центре стола – большие чаши с душистым соусом, уксусом и щавелевым соком. Сначала подали маленькие, нежные, подслащенные медом гренки с гипокрасом. Потом пошли закуски – соленый окорок, копченая свиная колбаса, сосиски и соленые говяжьи языки. Чтобы разыгрался аппетит и жажда.

Во вторую смену блюд подали овощной суп с клецками и гранатами, мелко нарезанные и пожаренные панты молодого оленя, паштет, вареную куру с латуком. Было и еще одно блюдо – жареные ежи в сладком соусе, – но его Эйхгорн отведать не решился.

В третью перемену подали жареное мясо всех видов, куропаток и каплунов, огромную форель и раков. А на десерт – жирный творог и сыры, сладкие пироги, фрукты и варенье.

Жевать приходилось быстро – как только король клал нож и вилку, стоящий за спиной лакей уносил его тарелку. Повинуясь этому сигналу, все остальные тарелки также тотчас забирали. Закончил ты есть, не закончил – на это никто не глядел. Эйхгорн с сожалением проводил взглядом остатки своего каплуна.

– Ну что ж, мэтр… – пробурчал король, ковыряя в зубах острой щепочкой. – Мы тут поели, теперь можно и развлечься. Давай, покажи свои таланты. Удиви нас. Только в этот раз уж получше постарайся…

– Не беспокойтесь, ваше величество, – безучастно ответил Эйхгорн. – Еонек!..

Паж тут же вкатил в столовую реквизитную тележку. Эйхгорн сделал ее своими руками, из обломков старой мебели. Дольше всего пришлось возиться с колесиками – он никак не мог подобрать нужного размера. Эйхгорн уже хотел плюнуть и оставить так, но тут Еонек притащил два колеса от старых тачек.

Конюх и садовник все еще их разыскивали.

– Для начала я хотел бы предложить всем присутствующим испить волшебного эликсира из этого волшебного сосуда, – откупорил Эйхгорн пластиковую бутылку. – Еонек, кубки.

Принц Шевузирд резко подался вперед и невольно сглотнул. Король тоже смотрел заинтересованно. Стоящий подле него дегустатор заученным жестом выставил свою пиалушку – туда сначала лили все напитки, подаваемые королю. И Эйхгорн плеснул туда тридцать миллилитров яблочного первача.

Выпив его одним глотком, дегустатор почти не изменился в лице. Только издал странный свистящий звук. Эйхгорн чуть заметно улыбнулся – проведя тестовые испытания на эдиле и пару слуг, он выяснил, что настолько крепких напитков в Парибуле не знают. Самое крепкое, что здесь пьют – некий элитный напиток «Слезы Брайзола», но в нем не больше сорока градусов, и он страшно дорогой.

А если не считать его – только крепленые вина.

После дегустатора самогонки тяпнул и король. За ним супруга, шурин и сановники. Принцу и принцессе Эйхгорн отказал – мол, детям этот эликсир вреден.

– Ох и жгучий же эликсир!.. – прохрипел король, страшно пуча глаза. – Чистый огонь!..

Последним дорвался принц Шевузирд. Этому Эйхгорн плеснул особенно щедро. Залпом выхлебав почти триста миллилитров ядреного зелья, титулованный пьяница порозовел и часто заморгал – даже для него такое оказалось непривычным.

– Хор… р!.. рошо!.. – гаркнул он, тщетно ища, чем закусить. Всю еду со стола уже унесли. – Оч!.. чень!..

– А… а я забыл спросить, что этот эликсир делает? – спохватился король.

– Он целебный, ваше величество. Называется – шмурдяк. Помогает от сглаза, порчи, лечит душевные недуги, чистит ауру и карму и устанавливает в ваших монадах полный фэн-шуй.

– Вот ни слова не понял, но чувствую, что умные вещи говоришь, – одобрительно покивал король. – Молодец, мэтр, давно бы так. Плесни-ка мне еще эликсиру в рюмочку… да нет, не столько, поменьше… нет, побольше… ну куда, куда?.. вот так!.. Молодец. Начинаешь мне нравиться. Что еще интересненького приготовил?

– Немного мелких чудес для увеселения вашего взора, – поклонился Эйхгорн. – Вот, обратите внимание на мой колпак. Как видите, он совершенно пустой…

Эйхгорн развернул колпак над тележкой, сунул туда руку, поболтал немного… и достал за уши живого кролика!

– Ах!.. – всплеснула руками королева.

Маленькие принц и принцесса вскочили со стульев. До этого момента они откровенно скучали, терпеливо дожидаясь, пока их отпустят из-за стола, но такое!.. Кролик!.. Настоящий живой кролик из волшебной шляпы!..

После этого Эйхгорн показал несколько карточных фокусов и пару эффектных химических реакций, достал из уха короля сырое яйцо, зажег свечу на расстоянии и проткнул свою руку ножом, а потом мгновенно «залечил рану». Он подумывал еще и о том, чтобы распилить женщину, но для этого требовался слишком сложный реквизит и ловкая ассистентка.