Ведьмы не любят инквизиторов - Анна Бруша

Охотник монотонно продолжил:

– Есть подозрение о заговоре среди инквизиторов. Один влюбился в ведьму, выдал ей свое настоящее имя. Хотя, возможно, это какое-то новое проклятие. Нужно проверить, нет ли еще нелояльных.

Моргана замерла от ужаса. Есть вещи, о которых лучше не знать. Но, с другой стороны, Охотник не собирается использовать ее в качестве живого «учебного пособия», что обнадеживает.

– Ты собираешься меня отпустить? – Ее голос слегка дрожал от напряжения. Главный вопрос.

Инквизитор моргнул, в шкафчике лопнул стакан. Он резко вскинул голову, посмотрел на ведьму, которая продолжала держать его за руку, и притянул ее к себе.

– Что-то я задумался.

Моргана разочарованно выдохнула.

В кабинете Верховного инквизитора проходило срочное совещание. Волк наблюдал. Шеф был в бешенстве:

– Неслыханное преступление. Дерзкое, жестокое. Погиб один из наших. Достойный инквизитор. Его тело бросили в канаве. Я хочу, чтобы вы нашли ту колдовскую суку, которая это сделала. Судя по отчету криминалистов, его пытали темной магией. Жгли изнутри. Кости его рук завязаны узлами. – Раздались нервные смешки. – Да, я тоже считал, что это невозможно. Все силы бросить на поимку ведьмы. Проведите рейды, я хочу перекрыть всем этим тварям кислород. Работайте. О результатах докладывать каждые шесть часов.

Инквизиторы торопливо покидали кабинет, переговариваясь. Все понимали, что впереди много сверхурочной работы. Когда объявлялась сильная темная ведьма, прощай свободные вечера, выходные и отпуска.

Док хлопнул Охотника по плечу:

– Удачно ты в отпуск сходил. Успел.

– Да, не поспоришь.

– Как твоя?

– Волк, задержись! – Верховный смотрел хмуро.

Док ободряюще кивнул и вышел. Охотник выжидающе смотрел на начальника.

– Ты знаком с жертвой.

– Сталкивался, но не сказать, что знаком. Он задержал мою ведьму, и я ее забирал…

Шеф улыбнулся.

– И что твоя ведьма делала в этот день?

– Ничего. Она была расстроена, он несколько грубо с ней обошелся.

– Насколько грубо?

– Ударил пару раз, напугал. Собирался ему объяснить, что нельзя чужое трогать. Но видишь, как оно бывает.

Начальник важно кивнул и усмехнулся:

– Не ожидал, что ты такой собственник. Она никому не звонила?

– Нет, Шеф.

Верховный ожег Волка взглядом. Тот был возмутительно, просто нечеловечески спокоен, образцовый инквизитор: без лишних эмоций, сомнений, сожалений.

– Ладно, Волк. Иди работать.

Тот коротко кивнул:

– Кстати, а в школу Инквизиции мне ехать? Или пока тут не разберемся?

– Ехать, Волк. Это тоже важно. Как бы мне ни хотелось оставить тебя здесь – не могу, нельзя больше откладывать.

– Хорошо.

– Мне нравится твой настрой. И меньше эмоций стало. Теперь ты трезво смотришь на вещи и, надеюсь, понимаешь, почему я провел проверку.

– Понимаю.

– Можешь идти. Выезжайте сегодня. А чтобы не было больше недоразумений с ведьмой – надень на нее это.

Шеф подошел к столу и достал кожаный ремешок.

– Что это?

– Ошейник, а вот сюда можно поместить данные владельца, – Верховный инквизитор показал на небольшую пластиковую вставку, – а сюда каплю крови ведьмы, чтобы не могла открыть и сама снять.

– Ритуал на крови, – хмыкнул Охотник.

– Да, сколько лет мы боремся с ведьмами, должны же мы перенимать удачные идеи.

– Нет! – Моргана холодно смотрела в глаза Охотнику. – Просто. Нет. Ни при каких обстоятельствах. Можешь сам надеть себе ошейник и отправляться в школу Инквизиции. – Она решительно сложила руки на груди.

Инквизитор усмехнулся.

– Ты же понимаешь, что я смогу надеть его, хочешь ты того или нет.

– Понимаю.

– И?

Мор шагнула вперед.

– Если ты попробуешь, то тебе придется волоком тащить меня в школу Инквизиции. Я буду визжать, кусаться, царапаться. Представь, как это будет выглядеть со стороны, – сладко пропела ведьма.

Инквизитор очень медленно свернул ошейник и убрал его в сумку.

– Ладно. – Охотник усмехнулся.

– Ха! – выкрикнула ведьма. Этот раунд она выиграла. Ведьма улыбалась, глаза сияли.

Он повернулся, собираясь выйти из комнаты, Моргана прошептала:

– Курт. – Охотник остановился. – Курт, – уже увереннее повторила ведьма. – Он медленно повернулся. – Это имя тебе очень подходит. Оно, как и ты, сильное, резкое, в нем слышен звон металла и одно из его значений «волк».

– Ты забываешься, ведьма.

На секунду Моргане показалось, что в его глазах заплясало пламя, а в голосе зазвенели клинки. Особенно на слове «ведьма». Звонкое «ведь», «дьм» – удар, клинки сошлись, и короткое «а» – как вскрик. Ведьма упрямо сжала губы, вздернула подбородок и молчала. Он приблизился к ней вплотную. Шаги его были совершенно бесшумными.

– Ты забываешься, – повторил он с холодной яростью.

Она пожала плечами и выдержала его взгляд.

– Это же не настоящее твое имя. Пойдем, я кое-что тебе покажу.

Инквизитор был настолько поражен ее смелостью, что позволил Моргане отвести себя в ванную.

– Смотри, – ведьма указала на зеркало. Волк хмуро посмотрел на свое отражение. – Посмотри, какой ты. – Она ласково провела по его щеке рукой.

Охотник замер, явно не понимая, куда она клонит, но продолжал смотреть в зеркало. – Серые глаза, прямой нос, твои губы… Разве ты встречал кого-нибудь на тебя похожего? А ты знаешь, какая у тебя улыбка?

– Я не понимаю тебя, ведьма.

– Просто инквизиторов много. Инквизитором я могу называть… Сколько, ты говорил, их в нашем городе? Двадцать тысяч? Любого из двадцати тысяч мужчин. Теперь понимаешь?

Инквизитор ехидно улыбнулся, немного помолчал.

– Курт, – хрипло повторил инквизитор и перевел взгляд на ведьму, – где ты нашла это имя? – Вместо ответа ведьма потянулась к мужчине и поцеловала его. – Это не ответ на мой вопрос.

Она поцеловала его снова и прошептала, оторвавшись от его губ:

– Ты сам знаешь ответ.

Инквизитор прижал ведьму к стене, его руки скользнули под платье, лаская бедра и стягивая ее трусики.

– Я хочу услышать.

Ведьма выдохнула:

– Что?

– Как звучит это имя.

Мужчина опустился на колени.