Маг-менестрель - Кристофер Сташеф

— Мой глупый муж отправился в Латрурию!

Дамы в ужасе ахнули. И нечего удивляться: раньше они никогда не слышали, чтобы королева так нелицеприятно отзывалась о своем супруге.

— Но, ваше величество, — первой пришла в себя леди Констанс, — Латрурия — это же страна колдовства и Зла!

— Может быть, теперь уже и нет, — быстро вмешалась леди Юлия. — Может быть, молодой король Бонкорро не такой гадкий, как его дед.

— А может, и еще гаже, — добавила леди Констанс. — Я такое слыхала про короля Маледикто — кровь в жилах стынет!

— Да-да, это точно. Говорят, там насиловали и пытали девственниц, а бунтовщиков мучили и четвертовали, — сказала леди Юлия и поежилась.

А леди Беатрис смертельно побледнела.

— А еще страшнее рассказы про то, как он велел пытать людей на потеху себе и своим придворным! Они кричали, а придворные хохотали.

— Хохотали, и не только хохотали, — мрачно добавила Алисанда.

Помимо своей воли, она вздрогнула, и рука ее автоматически легла на живот, но она тут же отдернула руку.

— Ходят слухи, будто бы король Маледикто приказал убить своих сыновей, — прошептала леди Беатрис. — А старшего он будто бы убил собственными руками!

— Я тоже это слышала, — подтвердила леди Юлия. — И еще я слышала, что младший будто бы уцелел только из-за того, что был предан Господу. И какое же это чудопоистине чудо, если весь королевский двор покорился власти Зла!

— Верно, — согласилась леди Констанс. — А еще говорят, что в конце концов он поддался пороку, и одного-единственного греха хватило, чтобы вся его святость испарилась и он попал под злую волю короля Маледикто.

— А еще говорят, что король и внука бы своего прикончил, — подхватила леди Беатрис, — если бы какой-то человек, добрая душа, не увез бы мальчика и не спрятал. Причем так хорошо, что король Маледикто не смог его выследить даже с помощью колдовства.

Тут распахнулись двери, и в покои королевы влетела леди Элиза, а за ней седобородый старик в темных одеждах.

Он отдувался и держал в руке тяжелую сумку. Элиза воскликнула:

— Вот, видите... О, вашему величеству лучше!

— Я же сказала: не надо доктора! — Алисанда сердито махнула рукой, повелевая старику удалиться, но взяла себя в руки и извинилась. — Прошу прощения, доктор. У меня просто был обморок, закружилась голова, и все.

Похоже, доктора слова королевы не убедили.

— Все-таки вашему величеству желательно бы позволить мне...

— Нет! Мне ничего не нужно! У меня слишком много дел и нет ни минуты времени на медицину!

Доктор открыл было рот, собираясь возразить, однако Алисанда его опередила:

— Уходите, милый доктор! Мне нужно заняться составлением стратегических планов!

С этими словами она решительно отвернулась от доктора. Доктор устремил на королеву гневный взгляд: он был одним из немногих придворных, кому такое было позволено. Однако он убедился, что королева в его сторону не смотрит, и ему ничего не оставалось, как ретироваться.

Сокрушенно качая головой и ворча, он вышел из покоев королевы.

— Сожалею, что вы понапрасну бегали, леди Элиза, — сказала Алисанда, — но, право же, волноваться не стоило.

Все четыре дамы обменялись многозначительными взглядами, а леди Элиза сказала:

— Я бы с радостью куда угодно сто раз сбегала понапрасну, ваше величество, лишь бы только один раз сбегать с пользой. Но что ж так огорчило вас?

Алисанда раскрыла было рот, собравшись возразить, однако, не дав ей солгать, леди Юлия ответила:

— Ее супруг отправился в Латрурию.

— О! — воскликнула леди Элиза и в страхе прикрыла ладонью рот. — В это логово Зла, где правит злобный колдун?

— Там теперь другой король. Он, может быть, и не такой, — холодно проговорила Алисанда. — Я читала отзывы о поведении этого молодого короля Бонкорро, он делает много хорошего. На самом деле я о нем вообще ничего дурного не слыхала. Любому монарху приходится творить неизбежное зло.

— Даже вам? — ахнула леди Элиза, и ее глаза округлились.

— Даже мне время от времени приходится приказывать кому-то отрубить голову, а еще чаще — кого-нибудь повесить, — печально вымолвила Алисанда. — Кроме того, я посылала моих воинов на смерть уже дважды и не хочу притворяться, будто бы в этом не было зла.

— Но мы воевали за правое дело! Это же была самая настоящая битва со Злом!

— Все равно. Одни люди убивали других по моему приказу, — упрямо заявила Алисанда. — И нельзя сказать, что на мне нет совсем никакой вины. Нет! Любой монарх обязан думать прежде всего о защите своего народа, ибо благосостояние государства следует защищать. И там, где простой человек имеет право на самозащиту, монарх такого права не имеет.

— О нет, но он может просить, чтобы его защитили другие!

— Могу и именно так поступаю, — согласилась Алисанда. — И точно так же, не сомневаюсь, поступает король Бонкорро.

— Да? — недоверчиво проговорила леди Констанс. — А может быть, он просто-напросто копит богатство и сосредоточивает в своих руках власть, не рискуя при этом особо своей душой?

— Не исключено, — признала Алисанда. — И все же, если то, что мне о нем сообщали, правда, мне не стоит бояться за жизнь моего супруга.

— Почему же тогда вы все-таки боитесь за него? — прицепилась к королеве леди Констанс.

— Потому что сообщения могут быть и неверны, — ответила Алисанда и снова поежилась. — Пошлите за лордом-маршалом, леди Элиза, и попросите прийти мастера Орто Дружелюбного, помощника моего супруга. Нужно собрать войско.

Леди Элиза, по-прежнему очень бледная, сделала книксен и выбежала за дверь.

Королева Алисанда обернулась к леди Беатрис:

— Будьте так добры, пошлите какого-нибудь бесстрашного грума за драконом Стегоманом, миледи, а также посыльного, чтобы тот разыскал сэра Ги де Тутарьена.

Леди Беатрис, выпучив глаза, удалилась. Стало быть, королева растревожена не на шутку, если решилась просить помощи у неуловимого Черного Рыцаря.

Через некоторое время Алисанда во главе собранных ею придворных вышла во внутренний дворик встретить Стегомана. Дракон мог бы в случае крайней необходимости протиснуться в какой-нибудь из залов дворца, но ему это было неприятно, особенно с тех пор, как у него отросли и зажили крылья.

Стегоман горделиво кивнул в знак приветствия. Он принадлежал к Свободному племени и не являлся подданным ее величества, хотя теперь он постоянно жил в замке королевы и крайне редко встречался с другими драконами — разве что во время отпуска.

— Ваше величество! Не хотите ли вы, чтобы я слетал и доставил обратно моего легкомысленного товарища, лорда мага?