Договор с драконом не предлагать - Ольга Шерстобитова

Зал, где я оказалась, был невероятно красив и пуст. На светлых стенах – сюжеты из легенд о феях. Мастер, сотворивший подобное чудо, наверняка безумно талантлив. Столь искусно прорисовать каждый листик и цветок на ветвях деревьев и ни разу не повториться с узором на крыльях фей – это уметь надо!

Я так засмотрелась на стены, что не сразу обратила внимание на остальной интерьер. Окна задернуты плотными темно-бордовыми шторами с золотыми кистями. Отполированный пол поблескивал в свете маленького огонька, прятавшегося в дальнем углу.

Я осторожно приблизилась, заглянула за спинку кресла и увидела девочку лет двенадцати, одетую так же, как и я, в ночную рубашку. В ее светлых волосах торчала полуоблетевшая роза, и сразу стало понятно, откуда в тайном ходе появились лепестки.

Я не сразу поняла, что происходит, пока не увидела в ее руках карандаш и не заметила угол листа.

Увиденное казалось до боли знакомым. Надо же, не только я, прячась в Иларийской академии благородных девиц, рисовала тайком на чердаке. И в таком роскошном богатом доме девчонка, в которой еще не проснулся дар, рисует, прижавшись к спинке кресла.

Она вдруг обернулась и уставилась на меня. Застигнутая врасплох, испуганно прижала к груди рисунок. Взгляд ярко-синих глаз стал совсем встревоженным, как у загнанного зверька. Я на всякий случай оглянулась, хотя и понимала, что каким-то образом меня увидели, но никого не обнаружила. Значит, на художников в прошлом ограничения не действуют, стоит быть осторожнее.

– Привет, – постаралась как можно мягче сказать я. – Покажешь, что рисуешь?

– А ты кто? – выпалила она.

– Тоже художница. Но у меня уже проснулся дар, а у тебя – нет, – ответила я.

– Я не хочу в академию магии! Я не хочу…

– Тогда тебе точно нужен амулет, способный скрыть магический поток, – ответила я, осторожно присаживаясь рядом.

Девчушка задумалась, внимательно посмотрела в мою сторону.

– У меня такой есть, но он существует в единственном экземпляре. Увы…

– И тебе самой нужен, – просто констатировала она. – Но я знаю, кто сделает мне такой, – в ее голосе послышались уверенные нотки.

Незнакомка ненадолго задумалась, затем снова посмотрела на меня. Делиться идеей, у кого и как она собирается добывать артефакт, девушка явно не собиралась.

Я решила перевести тему разговора:

– Так покажешь, что рисуешь?

Она доверчиво протянула лист. Гордый единорог в лесу. Ветка дерева, склонившаяся так низко, что листья почти коснулись его легкой гривы. Глаза у зверя мудрые, манящие… И витой рог поблескивает в свете солнечных лучей.

– Какой красивый!

– Илара…

– Агата, – представилась я. – Можно по имени и на «ты».

– Алекс, – улыбнулась она в ответ, и на щеках появились забавные ямочки. – Ты в них веришь? В единорогов?

Как странно… Такой же вопрос я задала тогда Ричарду, а он не ответил.

– Да. Только жаль, что их уже не существует. Они давно покинули наши земли. Моему другу очень нужна помощь этих волшебных созданий, – вздохнула я, вспомнив о Ричарде.

Она чуть склонила голову набок.

– А он хороший?

– Друг? – уточнила я.

– Да.

– Очень. Защищает и оберегает меня, да только сам попал в беду. И спасти бы…

– Так встреться с единорогом в прошлом, – предложила она, показывая на свой рисунок. – Ты же уже можешь.

– Откуда ты знаешь?

– Я могу видеть дар каждого художника, – пожала она плечами. – Так в чем беда?

– Из прошлого ничего нельзя принести, Алекс, – пояснила я, с трудом сдерживая тяжелый вдох.

Я очень понимала ее, такую одинокую и испуганную. Когда в тебе живет дар, не хочется попасть в клетку, а поговорить о магии не с кем. Да я и сама знала не так уж и много.

– Ох! А я-то думала… А к ведьме ты обратиться не пробовала?

Тут она немного смутилась, даже покраснела.

– Мама и бабушка вечно ссорятся, а я просто рядом оказалась и услышала… Мама сказала, что зря она пошла к ведьме. Конечно, они могут дать ответ на любой вопрос, заглянув в котел с зельем, да плату возьмут серьезную. А уж последствия…

Я уцепилась за мысль о ведьме. Что, если отправиться в лес и найти старую Хильду? Только расспрашивать, где она живет, надо аккуратно. И не слуг в замке: наверняка Ричарду доложат, а ссора мне не нужна. Лучше навестить Лаару в «Сладкой булочке» – все равно обещала заглянуть к ней на днях – и невзначай навести разговор на нужную тему. Наверняка она сама выложит все что знает. Нехорошо, конечно, этим пользоваться, но… выбор невелик.

– А ты еще придешь? – спросила Алекс, и я вздрогнула, вспомнив, где я нахожусь.

Очертания гостиной уже начали размываться, а значит, скоро я вернусь в замок.

– Не знаю. Я впервые так переместилась, но постараюсь навестить тебя, – ответила честно. – Будь осторожна, Алекс, обещаешь?

– Да, – серьезно ответила она.

– И спасибо тебе за помощь и совет.

Она улыбнулась в тот момент, когда посыпались искры. Следом вспыхнуло пространство, и я снова оказалась в мастерской. От порыва ветра задрожали окна, распахнулись. Я не успела и шагу ступить, как увидела зависшего дракона. Дождь безжалостно хлестал его по спине и крыльям, сумеречного цвета глаза смотрели на меня в упор.

– Замерз? – тихо спросила я, зная, что он услышит.

Или драконы не чувствуют холода? Увы, я знала о них не так уж и много.

Дракон легко ухватился лапой за подоконник, грозя его снести, и обернулся человеком. Мгновенно промокший до нитки Ричард забрался в комнату и спешно закрыл окна, за которыми все еще лил дождь.

– Десять минут назад тебя здесь не было, а свет горел.

– Я… переместилась. Мне не спалось, хотелось порисовать, а артефакт почему-то не подействовал.

– Еще бы! Он активируется только с рассветом. Моей родне и в голову не пришло бы, что этой ночью ты отправишься в мастерскую рисовать.

– Но ведь не одной мне не спится!

Он сделал шаг, покачнулся. Я оказалась рядом, с тревогой заглянула в его глаза. В самой глубине сквозила боль, которую Ричард не мог скрыть, как ни пытался.

– Ричард, тебе надо переодеться в сухое. Дойдешь до спальни сам? Я спущусь и приготовлю горячего вина с травами и специями, хорошо?

Илар Шанрасс кивнул и направился к двери.

– Ричард, прости! Я не хотела причинить тебе боль своими расспросами.

Я не могла не сказать это, до сих пор чувствуя себя виноватой.

Он обернулся, подошел совсем близко.