Договор с драконом не предлагать - Ольга Шерстобитова

– У меня есть враги, Агата. Я пока не выяснил, кто творит зло на моих землях, но обязательно докопаюсь до сути. Кто-то слишком сильно желает моей смерти, пытается спровоцировать и тем самым усилить проклятие.

– Лес небезопасен?

– Неверный вопрос, Агата. Вернее, слово «лес» замени на меня. Поверь: и темная магия, и даже встретившаяся стая волков, которую я проредил, не так страшны, как дракон, если проклятие завладеет им полностью. Не думай, что у меня не бывает срывов.

Я вспомнила сад, засыпанный пеплом, и несчастную стаю волков. Точно илар Шанрасс тогда летал выпустить тьму…

– Мы справимся.

Он промолчал и недоверчиво усмехнулся.

– А я говорил, что однажды найдется женщина, которая произнесет для тебя эти слова, Ричард! Нет, ты разве поверил родному деду? – раздался голос илара Храмса.

Сам он, полупрозрачно мерцая, появился недалеко от картины, которую недавно рассматривал хозяин замка.

– Даже жаль, что проспоренную бутылку лааразара теперь выпить не доведется, – вздохнул он и посмотрел на меня.

– Ох! А я вас сегодня видела! Прямо в этой башне. Молодым, с невероятной красивой девушкой в белом платье…

– Лучше тебе с этой «невероятно красивой девушкой в белом платье» подольше не знакомиться. Характер у бабушки к старости изрядно испортился, – посмеиваясь, ответил Ричард.

– Так в вас проснулась магия, илара Таринс?

– Можно Агата, – предложила я.

– Тогда я – просто Альфред.

– Вот как был ловеласом, так и остался! – фыркнул Ричард. – Проснулась. Твоя находка даже умудрилась заключить со мной сделку и стребовать рецепт краски от проклятия.

– Ух ты! Не ожидал… – весело рассмеялось привидение.

– Ричард, вынуждена сознаться, что условия я нарушила, – выдохнула, не сводя с него глаз. – Илар Дантрэ сегодня приезжал с визитом и остался на обед.

– И? – ледяным тоном поинтересовался он.

– Вот от тебя сейчас идет такой же мороз по коже, как от него! – выпалила я. – Слишком навязчив, слишком… Я чую, что не надо с ним встречаться, хотя он вполне приятный молодой мужчина и…

– Она не знает, – задумчиво заметил Альфред Храмс.

– Нет, – отозвался Ричард. – И только посмей сказать и нарушить…

– Так она уже в курсе, что ты дракон. И ничего, даже в обморок не упала, как ты опасался.

Я круглыми от удивления глазами уставилась на Ричарда.

– Дед!

– Ты со своей честностью и благородством меня с ума сведешь! – возмутился Альфред.

– Чего я не знаю?

– Не имею права рассказывать, Агата. Я слово дал.

И, стало быть, как истинный илар, его не нарушит.

Ричард снова оказался рядом, опалил дыханием мои губы, коснулся поцелуем раньше, чем я успела осознать происходящее. Его, в отличие от меня, даже собственный дед, витавший призраком, не смущал. И все же на поцелуй я ответила так, что перед глазами поплыли круги.

Ричард обнял меня бережно и ласково.

– Какое же это счастье – знать, что с тобой все в порядке! А ведь могло быть…

– Как?

– А так… Подразумеваю, вы ничего не знаете о природе своей магии и как она проявляется, да, Агата? – спокойно продолжил Альфред, никак не комментируя поцелуй, хотя у меня от смущения горели щеки. – У магии художницы может быть много граней. Кто-то рисует и может оживить свое творение, сделать его реальным.

Ого!

– Для этого требуется огромная сила. Знала бы ты, сколько художников выгорает! Когда в тридцать ты уже седой, а за плечами смерть…

– Да-да, это счастье, что ты на подобное не способна, – серьезно заявил Альфред.

– У тебя более редкий дар, Агата. Встречается примерно у одного-двух художников из тысячи, – пояснил Ричард.

– Ты шутишь?

– Нет. Рисуя, ты создаешь магическую реальность, и она открывает тебе возможность переместиться в прошлое. Ты не сможешь ничего оттуда взять и принести сюда, никто тебя не увидит и не услышит. Ты останешься всего лишь свидетелем, потому что прошлое не исправить и не изменить…

– В чем же тогда опасность?

– Ты туда переносишься, светлая моя девочка. И если окажешься в эпицентре стихийного бедствия или на поле битвы, то вполне можешь умереть.

Я вздрогнула и покосилась на парившего возле нас Альфреда.

– Твои прыжки бесконтрольны, и это может плохо закончиться.

Ричард замолчал, а дед усмехнулся.

– Спорим, за вопрос, который ты задашь, она все же влепит тебе пощечину?

Я удивленно приподняла брови.

– Давай, не тяни…

– Агата, – начал Ричард, как-то разом теряя решительность, – у тебя уже были мужчины?

Что? Я вытаращилась на него, осознала суть вопроса, залилась краской и зло сверкнула глазами.

Вот как он себе это представляет? Я же росла и училась в Иларийской академии благородных девиц. Даже если откинуть все правила воспитания и нормы приличий, то… заведение было закрытым и защищенным магией. Откуда там взяться мужчине? Да и на балах, где мы изредка оказывались, за нами всегда следили наставницы.

– Илар Шанрасс…

– Мне важно это знать, чтобы подобрать защиту, – быстро ответил он.

– Илар Шанрасс…

Дед Ричарда хмыкнул.

– Можешь считать, ответ отрицательный, внук.

– И? – не удержалась я, закипая от гнева.

– Если бы ответ был положительным, то кровь дракона, запечатанная в родовой магический артефакт, не помогла бы тебе контролировать перемещения, – деловито ответил Альфред.

– А если привязка не через артефакт? – сипло уточнила я.

– Практически чары подчинения.

– Спасибо, – выдавила я.

Ричард поймал мой взгляд.

– За то, что не лишаешь свободы. Любой бы… не думал, даже правды бы не сказал. А ты…

– Сдается, Агата, мой внук претендует на нечто другое, – усмехнулся Альфред. – На ваше сердце.

– Дед! Развею к бездне! – рыкнул Ричард, гневно сверкая взглядом.

– Это вряд ли. Обряд могу провести только я.

Ричард вздохнул.

– Какой обряд? – не выдержала я.

– Так как ты невинна, Агата, привязку можно сделать на артефакт. Каждый из умерших в моем роду отдаст в него по капле силы. Они ведь тоже драконы, пусть и ушедшие за грань. Их магии должно хватить надолго.

– Правда, там есть маленькое такое условие… – заметил Альфред. – Чтобы это сработало, вы должны стать частью рода Шанрасс.