Сделка с профессором - Полина Краншевская

Обуреваемый жгучим гневом на самого себя, Эдман быстро шел по подземному переходу из главного корпуса в административный. Его хромота, не столь бросавшаяся в глаза при неспешной ходьбе, усилилась, и это злило его еще больше. Превозмогая ненавистный физический недостаток, он старался передвигаться в привычном темпе: до ранения он обожал долгие прогулки бодрым шагом.

«Как я мог забыть об осторожности?! – негодовал Эдман, тяжело опираясь на трость, отчего при каждом шаге раздавался характерный стук ее стального наконечника по каменному полу и тут же разносился эхом далеко вперед по полутемному тоннелю. – Совсем потерял бдительность из-за патологической тяги к девчонке! А если бы я не пошел в свой кабинет, чтобы наметить план завтрашнего урока? Фулн вполне могла убедить этих глупых куриц в чем угодно, и Сонар ничего не смогла бы сделать. И к ночи вся Камелия обсуждала бы эту гнусность, смакуя и добавляя все новые и новые фантастические подробности нашим несуществующим отношениям. Демон их всех задери!»

Он добрался до лестницы, ведущей на второй этаж в преподавательское крыло, и остановился, чтобы перевести дух и немного успокоиться. На верхней площадке открылась дверь, и появился Вогард Жуль, воровато озираясь по сторонам, будто ища случайных наблюдателей. Эдман тут же спрятался за выступ стены и притаился.

Не издавая ни звука, Жуль спустился по лестнице, задержался на первой ступеньке, оглядел пустой коридор и направился вглубь здания. Постояв еще немного в укрытии, Эдман пошел следом за преподавателем арифметики, и держался на приличном расстоянии, время от времени ныряя в темные закутки, прижимаясь к стене и оставаясь незамеченным.

Дойдя до небольшой двери в дальнем конце первого этажа, Жуль обернулся, никого не увидев, достал из кармана брюк ключ, без лишнего шума открыл замок, видимо, хорошо смазанный, и вышел на улицу.

– Бесхвостый демон мне в глотку! – процедил Эдман и бросился за ним.

Больше всего он боялся, что Жуль закроет за собой дверь на ключ, но, к его вящей радости, этого не произошло. Эдман пустил поисковое заклятие, убедился, что преподавателя арифметики нет рядом, и осторожно нажал на ручку, приоткрыв узкую щель.

От административного здания шла заросшая, еле заметная тропинка, огибающая низкую ограду школьного сада. Тощая фигура Жуля в черном сюртуке мелькнула впереди, и Эдман поспешил за ним.

Солнце уже коснулось горизонта, намереваясь в скором времени окончательно покинуть небосклон, а пока его лучи окрасили все строения Камелии и верхушки деревьев в саду прощальными багряными тонами. В вышине темные облака собирались в тучи и грозили затянуть сплошным мрачным покрывалом угасающее небо и едва проступившие звезды.

Тропинка привела Эдмана к одноэтажному, вытянутому строению с небольшими квадратными окошками. Человек среднего роста вряд ли смог бы заглянуть внутрь здания, а вот долговязому Жулю это вполне было под силу. Он стоял у дальнего окна, смотрел, не отрываясь, сквозь стекло и с предвкушением улыбался. Эдман с удивлением отметил, что еще ни разу не видел такого довольного выражения лица у вечно брюзжащего, словно древняя, брошенная богатыми наследниками на попечение сиделок старуха, преподавателя.

Он притаился за углом и стал украдкой наблюдать за Жулем. Вскоре окончательно стемнело, и до него донеслись звонкие девичьи голоса и плеск воды.

«Всесильный Эльвин! Да ведь это баня для адепток, а сегодня день купания! – осенила его внезапная догадка. – И ради какого класса Жуль сюда притащился? Или ему вовсе не важно, кто там демонстрирует свои прелести, лишь бы поглазеть?»

Эдман взглянул на преподавателя арифметики, но в тусклом свете маленьких окон увидел лишь очертания нескладной фигуры, притаившейся у стены. Скрипнув зубами, он решил подойти ближе и двинулся вперед, отойдя от бани настолько, чтобы скрыться в темноте и не попасть в пятна света от окон. Он подкрался к Жулю, встал поодаль и шепнул заклинание, улучшающее зрение в темное время суток; правда, оно имело значительный недостаток – действовало исключительно на коротком расстоянии, шагов десять до цели, не больше.