Алхимик - Майкл Скотт

— Вампиры могут войти в жилище, только если хозяин пригласит. И потом они выпьют твою кровь… — Он вдруг вытаращил глаза на Скетти, — Но вы же не…

— Не нравится мне это слово, — отрезала Скетти.

— Ската, входите, пожалуйста, — пригласила Софи, прежде чем ее брат успел возразить.

Воительница легко перепрыгнула через порог и вошла в комнату.

— Вы правы, — сказала она, — я как раз то, что люди называют вампирами.

— Ой… — прошептала Софи.

Джош попытался загородить собой сестру, но девочка оттолкнула его в сторону. Она, конечно, любила брата, но иногда его опека становилась чересчур навязчивой.

— Не верьте ничему из того, что вы читали о моем народе, — сказала Ската.

Она прошлась по комнате и выглянула в окно на пышные сады.

Мимо, беспечно махая крылышками, промелькнула огромная желто-белая бабочка размером с обеденную тарелку. Этот вид исчез с лица земли еще в юрский период.

— Геката создала это место и поддерживает его огромными магическими усилиями, — стала рассказывать Ската. — Но магия, как и многое другое, подчиняется определенным законам природы. Магии нужна энергия, и она забирает ее из всего, даже из маленьких батареек в ваших электрических игрушках. Если недоступен ни один другой источник энергии, она забирает жизненную силу у создавшего ее волшебника. Поэтому любое применение магии ослабляет волшебника.

— Вы хотите сказать, что в царстве теней электрические предметы не работают? — удивилась Софи и тут же покачала головой. — Но у Гекаты был телефон. Я видела, она показывала его Фламелю. Почему у него батарейки не садятся?

— Геката обладает невероятной силой и более-менее устойчива к эффектам собственной магии. Наверное, телефон работает только от одного ее присутствия и поэтому не садится. Или ее слуга хранит его в реальном мире. У многих из Древней расы есть слуги среди людей.

— Как Фламель и Ди? — переспросила Софи.

— Николя не служит старейшинам, — медленно произнесла Ската. — Его госпожа — книга. А вот Ди — другое дело. Правда, никто точно не знает, кому или чему он служит.

Она бросила взгляд через плечо, задержав взгляд на каждом из близнецов.

— Примерно через час вам покажется, что вы выбились из сил, у вас заноют мышцы, может, даже голова заболит. Это произойдет из-за того, что магическое поле питается вашей аурой. Не волнуйтесь: конкретно у вас аура исключительно сильная. Просто пейте побольше жидкости.

Скетти обошла все окна, выглядывая наружу.

— Я знаю, что они где-то там, но не вижу, — вдруг сказала она.

— Кто? — спросила Софи.

— Торк-альта.

— А это правда кабаны-оборотни? Ну, в смысле, это люди, которые превращаются в кабанов? — поинтересовалась Софи.

Она заметила, что ее брат не произнес ни слова с той минуты, как Ската вошла в комнату. Он пялился на нее, выпучив глаза от ужаса и сжав губы. Софи прекрасно знала, как расценивать это выражение: он напуган и наверняка вспоминает все книжки и фильмы про вампиров, которые читал и видел.

— На самом деле нет, — успокоила их Скетти. — Кажется, Николя говорил вам, что до того, как люди захватили власть над этим миром, он принадлежал другим существам и другим народам. Но даже среди Древней расы племена торков были особенными. Они могли менять обличье и превращаться из чудовищ в людей.

Скетти присела на краешек низкой кровати и вытянула ноги.

— Когда появились первые люди, племена торков научили их обращаться с деревом и камнем и высекать огонь. Люди поклонялись торкам, как богам. Иначе почему многих языческих богов изображали в виде животных? Вспомните примитивные пещерные рисунки — на них изображены странные существа, не люди и не животные, а что-то среднее. Вы наверняка видели статуи египетских богов — Себека, Бастет и Анубиса: у них человеческие тела, но головы животных.[23]Вспомните танцы, в которых люди изображали животных: по сути, это лишь воспоминания о том времени, когда племена торков жили бок о бок с людьми.

— Териантропы,[24]— рассеянно произнесла Софи.

Скетти непонимающе уставилась на нее.

— Это фигура, в которой совмещаются черты животного и человека, — пояснил Джош и добавил: — Я же говорил, что наши родители — археологи.

Потом он быстро глянул на рыжеволосую женщину и выпалил:

— А вы пьете кровь?

— Джош! — шикнула на него Софи.

— Нет, кровь я не пью, — спокойно ответил Ската. — И никогда не пила.

— Но ведь вампиры…

Ската вскочила на ноги и в два шага очутилась перед Джошем. Ростом она была чуть ниже его, но в тот момент выглядела огромной.

— Вампиры бывают разные, есть много племен, как и у оборотней. Кое-кто из моего народа пьет кровь, это правда.

— Но не вы, — поспешно вмешалась Софи, пока брат не задал еще какой-нибудь бестактный вопрос.

— Нет, мое племя не пьет кровь. Мой народ… в общем, питается… по-другому, — с кривой ухмылкой ответила Скетти. — И вообще мы редко едим.

Она стремительно повернулась и сказала:

— Во всем, чему вас учили, во всех мифах и легендах вашего мира есть доля истины. Сегодня вы стали свидетелями чудес. И в ближайшем будущем их меньше не станет.

— Что значит «в ближайшем будущем»? — перебил ее Джош пронзительным от испуга голосом, — Разве мы не поедем домой?

Но, задавая этот вопрос, он уже знал ответ на него.

— Когда-нибудь, — ответила воительница, — но не сегодня и определенно не завтра.

Софи положила руку на плечо брата, давая ему понять, что дальнейший разговор на эту тему неуместен.

— Так что вы там говорили о мифах и легендах? — спросила она.

Где-то в недрах дома звякнул колокольчик, и его чистый звон разнесся по дереву, надолго повиснув в воздухе.

Ската не обратила на него никакого внимания.

— Просто не забывайте: все, что вы знаете — или думаете, что знаете, — о мифах и легендах, не обязательно должно быть только выдумкой. Но и принимать все на веру тоже не стоит. В основе каждой легенды есть зерно истины. Подозреваю, что львиную долю ваших знаний вы почерпнули из фильмов и телепередач. Зене и Дракуле за многое придется ответить! Не все минотавры — исчадия ада, горгона Медуза не превращала каждого встречного в камень, и не все вампиры пьют кровь. А оборотни — это древний и гордый народ.