Брак по принуждению - Лана Кроу

Дэйрон улыбнулся еще шире.

- Ну, здесь есть два варианта. Ты либо будешь одеваться проще, либо у тебя есть муж, который поможет раздеться.

Он самодовольно показал руками на себя.

И самое мерзкое в этом было то, что он издевался. Думает, я за помощью к нему пойду?

Вот еще! Я даже задохнулась от такого предложения. О, Боги, дайте мне сил выдержать этого неотесанного мужлана, и не стать такой же, как он!

Заросли крапивы закончились возле порога. Подойдя к входу, я увидела, что и дверь дома покосилась.

Меня удивил размер поместья. Раньше я не видела таких огромных построек из дерева. Положила руку на резные перила на входе – чистый дуб, при том еще достаточно живой, не сгнивший и не разъеденный жуками.

Руки приятно потеплели от ощущений. Это было непривычно. В городе я не чувствовала столько тепла, даже от нашего пола.

Ощущение напугало меня. Я закрыла приток силы и сосредоточилась на том, как мой муж поставил чемоданы и передвигал дверь с пола, освобождая для меня проход.

После разорванной связи, я снова пришла в ужас.

- Леди вперед, - улыбнулся Дэйрон.

Он издевался надо мной, просто насмехался. И я высоко подняла нос и прошествовала вперед.

При входе в темное помещение, в нос ударил запах пыли. Благо, хотя бы не пахло плесенью.

Масштаб работы смогла оценить уже на входе, я просто оцепенела.

Деревянный пол, прохудившийся в некоторых местах. Большой холл, с разбитым зеркалом и каким-то старым грязным ковром.

Все здесь было выполнено из белого дуба, который со временем от слоя пыли и грязи просто потемнел.

Лестница, которая располагалась в центре холла, вела на второй этаж, но по ней было невозможно подняться! Некоторые ступени просто отсутствовали.

- Духи милосердные, помилуйте, – вздохнула я, осматриваясь. Дэйрон в это время спокойно внес чемоданы, поставил их и закрыл дверь, тем же варварским способом, которым и открыл.

Первым порывом было желание сбежать. Просто бежать по лесу, а потом по полю, можно даже бежать за уехавшей каретой по дороге, целый день бежать, лишь бы покинуть стены этого ада.

Но после первого эмоционального порыва, взяла себя в руки. Папенька нуждается в деньгах, а так же и София.

Сбегу отсюда – и ничего не получу. Только грязну репутацию и насмешки.

Поэтому я глубоко вздохнула и повернулась к супругу. Тот вздернул бровь и усмехнулся, должно быть, в ожидании моей истерики.

Не дождется. Это недостойное для меня поведение.

- Могу я узнать, где мои покои?

Дэйрон чуть не упал от моего ледяного голоса, он округлил глаза, а потом хмыкнул.

- Мы будем спать на первом этаже в гостиной.

- В гостиной не принято спать, – тут же сказала я.

По правилам на первом этаже располагалась приемная комната, она же гостиная, а также комнаты прислуги и трапезная. Благо, этот сарай строился по классическому примеру поместья.

- Второй этаж сейчас опасен, Николь, поэтому попасть мы туда долго еще не сможем.

Это не сарай. Сарай и то лучше построен. Это развалюха, при том такая, в которой не то что жить, но и заходить опасно.

- Значит, мы будем спать вдвоем в одной комнате? – тут же смекнула я и поморщилась, это ведь крайне неприлично…

И хотя Дэйрон – мой муж, я желаю, как истинная леди, иметь отдельные покои. На лице Дэйрона появилась нехорошая улыбка.

- Я думаю, стоит рассмотреть наши покои. На данный момент, все комнаты кроме гостиной и столовой непригодны для проживания.

Я глубоко вздохнула, предчувствуя еще больший подвох. Хотя, казалось бы, хуже уже точно быть не может.

Но я догадывалась, что в гостиной комнате может быть всего одна кровать. И что тогда делать, я не имела ни малейшего представления.

Солнце начало заходить за горизонт, уступая место сумеркам. Дэйрон направился к гостиной, а я за ним. Хорошо, что хотя бы здесь двери открывались, а не передвигались. Он раскрыл предо мной одну из двух створок дверей и предложил войти.

С сомнением сделала первый шаг и тут же отступила назад. Я даже не успела разобрать, что происходит, когда на меня кинулось какое-то чудовище…

Я закричала и оказалась прижатой к широкой груди супруга.

- Николь, все в порядке, успокойся это кот! – услышала я голос Дэйрона, к которому уже прижималась всем телом, и если бы было возможно, еще и влезла бы на него.

Повернувшись к шипящему на меня объекту, я не сразу разглядела кота. Слишком он был большим грязным и агрессивным.

Размером он был намного больше обычного кота. Свалявшаяся грязная шерсть стояла дыбом. Он вздернул хвост и громко шипел на меня.

- У тебя есть животное? – спросила я Дэйрона, все еще не отходя далеко, и опасаясь этого чудовища, которое назвать котом было настоящим кощунством.

Словно уловив, что говорим о нем, кот в пару прыжков оказался рядом со мной и, просочившись между ног, кинулся к лестнице, прямо на второй этаж.

Мама всегда говорила, что животное в доме бесполезно, от него только грязь и шерсть. Хотя сама она и любила птиц, поющих по утрам в клетке.

Но этот кот был непросто бесполезен, по моему личному соображению, он был еще и опасен.

- Это не мой, – пожал плечами Дэйрон, словно ничего не случилось.

Я посмотрела на него во все глаза. Что он имеет в виду?

- Должно быть, прибился, – поспешил пояснить он, глядя, как кот скрывается на втором этаже.

- И откуда ему здесь взяться? – возмутилась я, уже не сдерживаясь и говоря достаточно резко.

- Здесь рядом академия, должно быть, кто-то из студентов бросил, вот он и дошел до Борнмута и прижился в этом доме.

Дэйрон даже почесал макушку. Я ждала, что он пообещает разобраться с этой проблемой, но он реагировал на лишнего жильца совершенно спокойно.

А вот мои нервы не выдержали.

- Это невозможно, жить в таких условиях! – я даже топнула ногой от негодования, чувствуя, как отваливается грязь.

Не вовремя я повернулась к гостиной, понимая всю праведность своего гнева. Теперь я четко рассмотрела представшую передо мной картину, хоть и почти уже в сумерках.

А рассматривать здесь было уже нечего. Только ободранные стены, грязные полы и матрас посередине всего этого безобразия.

Все ждала, когда у меня начнется нервный тик, и задергается глаз. Но нервы оказались очень прочными.

У меня даже исчезли все слова, чтобы описать всю степень моего негодования. Я повернулась к Дэйрону и, наконец, увидела, что ему хоть немного стыдно.