Двуликие. Ведьмино пламя - Яна Демидович

Вчера, всем телом чувствуя мертвящую усталость, Дайана ввалилась в первую комнату, оказавшуюся на пути. Как попало кинула свои вещи, залезла на кровать морёного дуба, не обращая внимания на пыльную, с лёгким душком плесени, перину, – и почти мгновенно провалилась в сон. Тогда ей было некогда всё разглядывать, зато сегодня…

Дайана спустилась с кровати. Забирая ногами пыль, подошла к испускавшему свет окну. Тронула занавески, оставив на них след своей ладони. Они оказались двусторонними, сшитыми невероятно искусно: с одной стороны – густо-синий цвет, с другой – оттенок спелой вишни. Покрепче ухватив ткань, Дайана одним движением полностью открыла окно.

Её обдало волной золотистого света. Солнце, будто яблочный сидр, тут же залило комнату до потолка. Дайана прильнула к стеклу, чуть не касаясь его носом, и заглянула в сад. Прямо под её окном, далеко внизу, располагалась некая конструкция из стекла и металла, похожая на прозрачную, продолговатую комнатку. Местами стеклянные части были выбиты, местами остался один каркас. Внутри виднелась чахлая растительность, вроде той, что заполняла весь неухоженный сад: вялый розовый куст здесь, слабое деревце – там… Зато чуть в отдалении возвышался могучий ствол раскидистого дуба, весь испещрённый рытвинами, как старческое лицо. Его листья то и дело разбойно срывал ветер.

Дайана отвернулась от окна, встав к нему спиной. Взгляд прошёлся по комнате, притормозил на стенах, где в рамках висели некие гравюры. Дайана неуверенно шагнула к ближайшей из них, аккуратно смахнула рукой наслоение пыли.

– Королева Вероника… – прочитала она, прищурясь на чёрно-белое изображение величественной женщины, что сидела среди гордых, осанистых мужей. С растущим интересом прошла дальше.

Палец провёл по пыли длинную черту, растушевал её как следует, размазал. Вторая рамка хранила в себе полноцветный портрет огненно-рыжего человека с пышными, словно лисий хвост, усами и воинственным видом. Внизу, в левом уголке, стояла занимательная приписка: «Фрэнклин Дрейк, Пират Её Величества».

«Пират!»

Покачав головой, Дайана смелее двинулась дальше. Обнаружила рисунок по дереву: корабль среди барашков волн, с огромной мачтой и надписью – «Золотой олень». Удивилась карте звёздного неба, что была вышита на куске шелковистой ткани, растянутом рядом с кроватью. С минуту поглядела на мебель, скрытую под огромными, как снятые паруса, полотнищами, – и рывком сдёрнула первое покрытие.

Открылся платяной шкаф. Дайана тронула дверцы, изъеденные жуками, осторожно распахнула…

Под ноги ей вывалился ворох одежды и нечто мягкое, буро-шерстяное. Дайана склонилась, подобрала предмет. Им оказалась игрушка-медвежонок – с дряблым, плюшевым тельцем и пуговицами-глазами. «Нэдди», – было вышито на нижней части одной лапы чёрной ниткой.

Дайана стянула второе и третье полотно, раскатисто чихнула от поднятой в воздух пыли. Взору открылись застеклённые шкафы – практически пустые, если не считать причудливых, скрученных, словно клубок червей, верёвок разных форм и размеров, да нескольких моделек парусных кораблей, от которых неуловимо пахло деревом и лаком.

В желудке без предупреждения заурчало. Дайана охнула и шагнула обратно к кровати, чтобы подобрать свой мешок. Умяв две хлебные лепёшки и добрую порцию сушёного мяса, она, сытая и малость повеселевшая, потянулась за курткой – нечего ей валяться в пыли.

Но, стоило её подобрать, выражение сытого блаженства на лице сменилось лёгкой гадливостью. Куртка отчётливо пахла потом. И страхом.

Да и не только куртка, вдруг осознала Дайана.

Она вспомнила, когда мылась в последний раз, – и чуть не выругалась в голос. Провела рукой по волосам, будто смазанным гусиным жиром, понюхала и отбросила с лица сальную прядь.

Грязна, как помойная крыса!

Тело тотчас же зачесалось во всех местах, запросило сбросить одежду, ощутить прикосновение воды, смывающей все неприятные запахи и тревоги…

«Если нужна ванная – она здесь, вторая дверь справа».

Дайана прекратила метаться по комнате.

Ванная. Разумеется, ей нужна ванная!

Подумав ещё какое-то время, Дайана решилась пойти туда прямо сейчас. Возможная встреча с вампиром внушала некоторую робость, но делать было нечего. К тому же, он сам её сюда завёл. Встретиться и поговорить им так и так придётся. Чего тогда выжидать?

Дайана спешно сунула крест в мешок, накинула его на плечо и тихонько вышла из комнаты. Пыльное, безмолвное запустение серело вокруг, ступеньки лестницы на разные голоса поскрипывали под ногами. Дойдя до первого этажа, Дайана вытянула шею и огляделась. Пусто, куда ни смотри.

Взгляд задержался на двери, где вчера скрылся вампир. На потёртой ручке из серебра дрожал крохотный, с булавочную головку, блик света. Дайана сглотнула и на цыпочках пошла к ванной.

Неприметная дверь распахнулась от лёгкого толчка. Дайана опасливо шагнула внутрь, оказалась в темноте и, моргая, зашарила рукой по стенам, пытаясь найти кремень и огниво. Что-то сухо щёлкнуло под пальцами – и сверху ударил свет.

Дайана медленно приоткрыла рот. На неё глядело собственное отражение: всклокоченное, с тёмными полосками пота, засохшего на лбу, и бордовой болячкой на правой скуле. Одежда смотрелась и того хуже: мятая-перемятая, с тёмными, мускусно пахнущими пятнами то тут, то там.

Дайана ступила ближе, чуть не поскользнулась на гладком, в сапфирово-синюю плитку, полу. Под зеркалом стояло нечто белое, как глубокая, фарфоровая чаша на ножке. А рядом, по левую руку, располагалась ёмкость гораздо больше – несомненная и такая желанная ванна. Не та деревянная, проложенная тканью махина, которую в её Хокклоу наполняли из котлов с горячей водой, а слегка искривлённая, изящная, словно дельфин, и с когтистыми лапами, как у грифона. На её бортике, к вящей радости Дайаны, обнаружился здоровенный кусок сладко пахнущего мыла.

Но где взять воду?

И у чаши, и у ванны имелись медные краны. Дайана тронула те, что крепились у чаши. Сильно повернула – и в белоснежную глубину мощно стрельнули горячая и, одновременно, ледяная струи.

Дайана посмотрела в зеркало. Отражение расплылось в широкой довольной улыбке.

Некоторое время спустя Дайана с победоносным видом закрыла за собой дверь ванной. Чуть влажные волосы тонко благоухали, а чистая, сменная одежда приятно прикасалась к хорошо вымытому телу.

Дайана беззаботно пошла по коридору, улыбаясь от уха до уха…

А потом споткнулась на ходу.

– Ридделл. Вот ты где.

Он бесшумно вырос впереди. Упёр кулаки в бока, загородил собой проход, заставив улыбку исчезнуть, точно сдутую зимним ветром. Дайана инстинктивно шарахнулась назад и увидела, как уже привычно взлетела чёрная бровь. Но затем лицо стало недвижимо-бесстрастным.

– Пора поговорить, не находишь? – обдав холодом, спросил вампир.