Двуликие. Ведьмино пламя - Яна Демидович

Ох уж этот Линдо с высоты птичьего полёта. Разумеется, не шкатулка с драгоценностями, как ночью или хотя бы в сумерки, – всего лишь тихий город в зыбкой, как сон, утренней дымке… Но для последнего взгляда сойдёт и так. Он и без того многое помнит, рассеянно думал Дориан, оставляя позади Обелиск.

Навстречу катил розовощёкий молочник с тележкой, полной снежно-белых бутылок. И Дориан сразу ощутил влажноватую прохладу на пальцах, вспомнил, как он караулил эти бутылки, сидя в кустах пахучих роз рядом с крыльцом… Чёрно-белого, усатого Томаса и его широкую, мурчащую морду, густо заляпанную белым…

«Стареешь, Двуликий. Всё сантименты, да сантименты», – тут же съехидничал голосок в мозгу.

И правда. Ему давным-давно не десять. И даже не сто десять.

И кота у него нет.

Дориан задрал воротник, прибавил шагу.

Не стоит вспоминать прошлое. Ещё немного – и он всё забудет. Остралия огненным смерчем опалит сознание, память станет младенчески-чистой, ровной, как новёхонький белый лист… И он навсегда позабудет: дом, сплошь увитый плющом, старый дуб и треснутую оранжерею; холод серебряных кольев, зажатых в ладони, свист метательных дисков, выпуклый солнечный лик… И лица, которые так давно не видел, но так и не сумел разлюбить: их волосы, их глаза…

Летнее небо на Кайт-парком.

Дориан резко тормознул. Брови сошлись к переносице.

«А это ещё что?»

Дориан заставил себя идти дальше. Но было поздно: мысль уже перескочила с давнего на недавнее прошлое.

Перед глазами замаячила длинноволосая фигурка.

«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…»

Девчонка. Прощальный подарок Аббату.

Следом вспыхнуло мерзкое рыло Финнигана. Он расплылся в отвратной самодовольной ухмылке и украдкой показал ему средний палец. Дориан раздражённо мотнул головой, и видение растворилось.

А ведь он послал её на куда худшую смерть…

Дориан насупился, чуть прикусил щёки. Внутренний голос был прав. Дориан, как никто, знал повадки Аббата и его методы развлечения. Куда там до него Финнигану. В отличие от главы их Клана, он совсем не обладал фантазией.

«Вот и оставил бы девчонку этому панку! Ну выпил бы он её, и что?! Ты бы мимо прошёл…»

Но он не прошёл. Да только сделал всё гораздо хуже.

Дориан пожевал губами, не глядя задел парочку прохожих и пропустил ругательства мимо ушей. Причал близился. Скоро он увидит гордый, кипельно-белый профиль лайнера «Королева Мэри», взойдёт по трапу…

…А девчонка с мёртвыми, как стеклянные шарики, глазами, измученная и обескровленная, в тот же миг рухнет на хладные плиты пола.

Дориан встал посреди мостовой – высокий, злющий, с похрустывающими кулаками. Брегет, что засел в правом кармане, отчётливо тянул его вниз – словно ядро, привязанное к пирату, брошенному в море. Вниз – в холодные, полные крыс, пауков и вампиров лабиринты.

«Тебе нечего терять».

– Конечно! – натужно расхохотался Дориан на всю улицу. – А поездка?

Но если он рванёт прямо сейчас – то вполне может успеть. Сколько прошло времени? Совсем немного. Рвануть, добежать, нырнуть в Кроличью нору, освободить девчонку, пока её не спровадили к Аббату…

…А если уже спровадили?

«Придётся драться».

Дориан помрачнел, снова принялся шагать. Но мысль уже мчалась дальше.

До Гриндэлл-стрит бежать не стоит: он не успеет быстро обернуться. Выходит, придётся брать оружие там. Ничего – всего-то подкараулить одиночного вампира, заполучить меч – а потом быстро, быстро, быстро, с эффектом неожиданности!

Да только как, ежели что, справиться с самим Аббатом…

«Тебе уже нечего терять».

«Так, забудь про Аббата. Лишь освободить девчонку, протащить её на волю – и пусть бежит куда глаза глядят. Днём её не поймают. А сам – причал, трап, каюта…»

…Остралия. Забвение. Свобода.

Но если их поймают…

Не будет никакой свободы. Ни девчонке, ни ему.

Так стоит ли рисковать?

Дориан продолжал идти, но лицо его становилось всё жёстче и мрачнее. Билетик в кармане, казалось, раскалённым листком металла прожигал грудь.

Вот и «Королева Мэри» на причале.

Дориан остановился, прищурил глаза. Солнце било в бока великолепного судна, искрилось на чётко видимых буквах. Дориан тихо выругался сквозь зубы и со злостью пнул банку из-под «Коллы», что подвернулась под ногу. Мимо шли пассажиры – довольные, предвкушающие, говорливые… Мнилось, что вокруг щебечут неугомонные дрозды.

«Пожалуйста!..»

Дориан провёл рукой по лицу, будто смахивая наваждение.

Остатки жалости, остатки совести… Эй, Дориан! А что, в самом деле, ты можешь от этого потерять? Только свою никчёмную, никому на свете не нужную шкуру, свою жалкую полужизнь…

«Поворачивай назад».

Чемоданы, кейсы, узелки… тявкающие собаки в корзинках…

«Поворачивай назад!»

Надо спасать девчонку.

Дориан развернулся на каблуках и бросился в противоположную причалу сторону.

***

Выскочив из Кроличьей норы, как пробка из бутылки шампанского, Дориан запетлял по коридорам, всё быстрее приближаясь к логову Аббата. Как назло, лабиринты под Линдо выглядели абсолютно вымершими. Не было заметно даже крыс и пауков.

Время беспощадно капало.

Внезапно пол содрогнулся. Через стенную толщу долетел истошный визг тормозов: в метро, проложенном неподалёку от обители живых мертвецов, аварийно затормозил поезд. Но дело было не только в этом. Дориан сдвинул брови, дотронулся рукой до ближайшей стены…

Стена дрожала, словно предвещая о близком землетрясении.

Землетрясение, в Альбии? – ещё успел удивиться Дориан, но быстро одёрнул себя и продолжил бежать. Проскочил через пустые Темницы, подавив желание расчихаться: с потолка здесь в нескольких местах спиралями вилась каменная крошка – недобрый знак.

Ну где же все, где же хоть один?!

В голове больно застучала кровь, и лишь усилие воли заставило этот стук прекратиться. Сейчас Дориан стопроцентный вампир, вампир, вампир…

…Вампир выскочил ему навстречу и издал громкий, ликующий вопль. Ошарашил выражением исступленной радости на бескровном лице.

– Дрейк! Как же ты вовремя!..