Вспомни меня - Челси Бобульски

Я киваю.

— Это гораздо более правдоподобно.

Тара отталкивается от песка.

— Тьфу, забудьте об этом. Вы, ребята, не знаете, как наслаждаться хорошей историей. Я возвращаюсь на вечеринку.

Как только она оказывается вне пределов слышимости, я поворачиваюсь к Максу.

— Только не говори мне, что ты, правда, веришь в нечто подобное. Это невозможно.

— Конечно, нет, — говорит он. — Но это довольно изящная идея для рассказа. Только подумай об этом… всё то, что такой человек мог бы увидеть, всё то, что он бы потерял. Это классическая головоломка о бессмертии. Да, ты можешь жить вечно, но стоит ли это того, если ты один? Если все, кого ты встретишь в своей жизни, умрут, а ты всё ещё будешь здесь? Я имею в виду, какой в этом смысл?

— Итак, если у тебя есть история, в чём заключается писательский блок?

Он хватает пригоршню песка и пропускает его сквозь пальцы.

— Я не могу понять, почему такой человек может жить в отеле или почему именно этот отель.

— Легенда не объясняет этого?

Он качает головой.

— Вот почему это такая дрянная легенда. Я имею в виду, что есть теории, но все они глупы.

— Например, что?

— Ну, есть теория, которую ты упомянула. Что он призрак.

— Я могу засвидетельствовать тот факт, что он очень твёрдый.

Макс смеется.

— Да, на это я тоже не куплюсь.

— Что ещё?

— Есть теория, что он инопланетянин, чей космический корабль потерпел крушение на пляже за пределами «Гранд Отеля» столетие назад, и с тех пор он выжидает своего часа, ожидая прибытия спасательного корабля.

— Серьёзно?

— Самое лучшее, — говорит он, — это то, что он проклят, но никто не знает почему. Просмотр хранилища натолкнул меня на пару идей, которые я хочу изучить, но я всё ещё надеюсь, что что-то в моих исследованиях бросится мне в глаза, — он ухмыляется. — Кто знает? Может быть, на днях я даже найду старую фотографию Петрова. Докажу, что слухи на самом деле правдивы.

Я качаю головой.

— Знаешь, если ты действительно хочешь знать, правда ли что-то из этого, ты мог бы просто обратиться к источнику.

Его глаза расширяются.

— Ты шутишь? Этот парень отправит меня в нокаут дней на пять! Я вот к чему, если оставить в стороне городские легенды, в Петрове есть что-то немного… не такое…

Я закатываю глаза.

— Я сомневаюсь, что он бессмертен, или призрак, или что-то в этом роде, — быстро добавляет он. — Но я всерьёз полагаю, что он что-то скрывает.

Я думаю о маме, о докторе Роби, о вполне реальной возможности того, что я схожу с ума, и об одном телефонном звонке, который я могла бы сделать, чтобы этого не случилось.

— Людям позволено иметь секреты, — бормочу я.

— Да, согласен, — он достаёт свой телефон. — Не возражаешь, если я закончу? У меня здесь был настоящий поток сознания.

— Дерзай.

Я ложусь на песок и закрываю глаза, а он начинает печатать. Щелкают клавиши и разбиваются волны, но мои мысли громче, чем Макс и океан вместе взятые.

ГЛАВА 23

ЛИЯ

— ТЫ ЧТО, СОВСЕМ С УМА СОШЛА? — кричит отец, захлопывая за собой дверь и громко шагая внутрь номера.

Он роняет теннисную ракетку на пол. Он снова играл с отцом Лона — или, по крайней мере, таков был план. Краткость его отсутствия наводит на мысль, что он отправился на теннисные корты, чтобы встретиться с мистером вон Ойршотом, только чтобы узнать, что Лон расторг помолвку, и, следовательно, у мистера вон Ойршота действительно не было причин больше мириться с отцом и его плохими теннисными навыками.

Мать встает.

— Эдмунд…

Он взглядом заставляет её замолчать, пересекая комнату и пиная оловянных солдатиков Бенни. Бенни вскакивает на ноги в знак протеста, но Мадлен шикает на него и, взяв за руку, выводит из комнаты

Отец останавливается передо мной, трясётся, его лицо красное, как репа.

— Ты должна пойти прямо к Лону и извиниться. Мне всё равно, как ты это сделаешь, мне всё равно, что ты должна сказать, чтобы это произошло, но ты будешь умолять его принять тебя обратно, понимаешь?

— Тебя не волнует, почему он разорвал помолвку?

— О, нет, Аурелия, мне не всё равно. Когда моя дочь публично унижает своего жениха, человека, в руках которого всё благополучие её семьи, меня это очень волнует.

Страх сжимает мой живот под его жёстким взглядом, но я стою на своём.

— Ты даже не хочешь услышать мою версию истории?

Это неправильно говорить. Отец сжимает руки в кулаки. Вены на его шее пульсируют.

— Нужно ли мне ещё раз напоминать тебе, — говорит он, — какая судьба ждёт нашу семью, если ты не выйдешь замуж за Лона? Ты хочешь увидеть, как твоя мать работает на фабрике по пошиву рубашек? Ты хочешь увидеть Бенни с сажей на щеках и метлой трубочиста на плече? Ты хочешь увидеть, как я попрошайничаю на улицах?

Я делаю глубокий вдох.

— Нет, но должен быть другой способ…

— Его нет. Это и есть способ, Аурелия. Так что перестань быть такой чертовски эгоистичной, проглоти свою гордость и извинись.

Ему не нужно произносить слово: Иначе. Оно и так подразумевается в том, как он сжимает кулаки, и в воспоминаниях о синяках, скрытых там, где их никто не мог видеть.

— Да, отец.

* * *

Я нахожу Лона на теннисном корте с мистером вон Ойршотом, атлетическая фигура Лона длинной волнистой линией вырисовывается на горизонте. Его рубашка прилипает к спине, когда он подбрасывает мяч вверх. Мяч на мгновение зависает в воздухе, прежде чем падает обратно на землю. Лон размахивает ракеткой с ужасающей демонстрацией силы. Мяч пролетает над сеткой, едва не задев яремную вену его отца.

— Притормози, чёрт возьми, — кричит мистер вон Ойршот.

Лон проводит тыльной стороной ладони по носу, где в ложбинке под ноздрями скапливается пот.

— Ещё раз, — говорит он.

Его отец вздыхает.

— Мы занимаемся этим уже несколько часов.

Лон свирепо смотрит.

— Ещё раз.

Мистер вон Ойршот делает глубокий вдох и качает головой, затем посылает мяч в воздух. Его фигура далеко не так сильна, как у его сына, и усталость ослабила его мышцы. Мяч едва перелетает через сетку.

Треск ракетки Лона эхом разносится по корту, и впервые я по-настоящему замечаю мускулистое телосложение Лона. Не с одобрением, как мама или мои друзья, а как человек, у которого остались синяки на коже от его пальцев. Варварская демонстрация Лона этим утром доказала, что у него нет проблем с тем, чтобы помыкать женщиной, и если