Вампирский клуб вязания - Нэнси Уоррен

– Точно такой же не получится! Я придумала дизайн специально для тебя.

– Знаю, это настоящий шедевр. Но мы нашли схему попроще и продали штук шесть – и много пряжи. – Я повернулась к бабушке: – Если так пойдет и дальше, мне стоит сегодня же заказать еще товаров.

– А какая выручка за день? – поинтересовалась бабушка. Услышав ответ, она радостно всплеснула руками. – Обычно столько бывает только в ноябре и декабре, когда все закупаются к Рождеству!

Мы отклонились от вопроса об увольнении помощницы, поэтому я снова задала его. Бабушка в недоумении посмотрела на меня.

– Неужели? Та женщина сказала, что Розмари больше не работает в магазине?

Она потерла виски, словно массаж мог вернуть ей память.

– Агнесса, разве ты не помнишь? – мягко сказала Клара. – Ты была возмущена до предела и на одной из встреч клуба сообщила, что тебе пришлось уволить помощницу.

Бабушка покачала головой:

– Совершенно не помню. И почему я уволила Розмари? Она проработала в магазине несколько лет.

– Ты не вдавалась в подробности. Наверное, ты все еще неплохо к ней относилась и не хотела сплетничать за ее спиной.

Клара казалась разочарованной: видимо, любила обсуждать за вязанием слухи. Мне тоже было жаль, что бабушка сдержалась. Хотелось бы знать, нужно ли мне сменить помощницу.

– Я попросила Розмари выйти сегодня на работу, – сказала я. – Она отлично справляется, знает половину покупателей и помнит, где что лежит. Деньги в банк я отнесла сама и давать Розмари ключ не собираюсь.

Как мне казалось, я принимала все возможные меры, чтобы женщина не могла причинить магазину вред. Однако я решила еще внимательнее присматривать за ней.

– Агнесса уволила Розмари, потому что та крала, – произнес подошедший Рейф.

– Да?

– Ее сын зависим от наркотиков. Он единственный человек, которого она любит больше, чем себя.

– Бедная Розмари, – вздохнула бабушка. – Из-за сына у нее годами одни проблемы. Не помню, чтобы я ее увольняла, но если она крала, то выбора у меня не было.

– А ты откуда знаешь? – спросила Клара Рейфа. Она явно обиделась, что бабушка рассказала секрет ему, но не ей.

– С кем я только не знаком в этом городе! А люди чего только не говорят.

Я отпила еще немного шерри и задумалась: может, стоит принести бутылку другого – более любимого мной – алкоголя на будущее? Конечно, если мне разрешат прийти сюда снова.

– О, прекрасно! Ты нашла мое старое кольцо с рубином, – заметила бабушка, когда я, размышляя, невольно подняла руку.

Мне стало стыдно.

– Ничего, что я его надела? Оно было в твоей шкатулке с украшениями, и мне захотелось взять его с собой на удачу. Хочешь, верну его тебе?

– Нет, носи на здоровье! Кольцо предупредит тебя об опасности. Не снимай его.

Я насторожилась.

– А как именно оно предупреждает?

– Нагревается. А еще иногда, под определенным углом, можно заметить, что оно слегка светится – но так, что видно только тебе.

О боже.

– Сегодня так и случилось, когда Розмари пришла на работу.

В голове появилась дикая мысль: а вдруг Розмари так разозлилась на бабушку за увольнение и обвинения в адрес сына, что убила ее? А я пригласила женщину на работу и платила ей деньги! Ну молодец, Люси.

– Я всегда доверяла Розмари, – вздохнула бабушка. – Однако, если кольцо среагировало на нее, будь предельно осторожна, когда она рядом.

Мой большой палец потянулся ко рту.

– Мне велеть ей больше не приходить? – спросила я.

Сегодня Розмари меня по-настоящему выручила. От мысли, что придется управляться со всем одной, охватывал ужас.

Бабушка посмотрела на Рейфа: тот направился к компьютеру. Я разозлилась: я же не его спрашивала! Почему все относились к нему так, словно он знает все на свете? Это меня очень раздражало – особенно потому, что это наверняка было правдой. «Я подумал, что у Ван Гога есть талант». Я вас умоляю!

Рейф задумался, а затем сказал:

– Если будете присматривать за ней и держать в уме, что она вам не друг, думаю, ничего плохого не произойдет. В магазине всегда есть кто-то еще, что она вам сделает?

Совет был хорошим, так что пришлось согласиться. Мне стало еще неприятнее: изначально я собиралась из принципа сделать прямо противоположное.

– Бабушка, я хотела обсудить с тобой кое-что еще, – сказала я.

Рейф уже занял место за компьютером, но, услышав в моем голосе серьезные нотки, повернулся. Бабушка, Сильвия и Клара сидели вокруг меня, Нюкта устроилась у меня на коленях.

– Сегодня в магазин пришел мужчина по имени Ричард Хэтфилд. – Я взглянула на бабушку, ожидая, что она узнает имя, но она лишь кивнула и приготовилась слушать дальше. – Он сказал, что хочет купить «Кардинал Клубокси» и другие три заведения, расположенные рядом с ним. Он пообещал сохранить их в том же виде, что и сейчас. По его словам, ты уже согласилась на сделку и просто не успела подписать договор до того, как…

Я стихла, не в силах закончить предложение.

Бабушка посмотрела на остальных в комнате и в недоумении покачала головой:

– Я согласилась продать магазин? Я такого не помню. Конечно, я забыла почти все, что произошло перед моей смертью, но я бы никогда не продала магазин. Я собиралась передать его тебе.

Бабушка повернулась ко мне и взяла меня за руку. Когда-нибудь я обязательно привыкну к ее холодным ладоням.

– Значит, Хэтфилд лжет, – выдохнула я.

– Берегись его, Люси, – заговорил Рейф. – У меня было много времени, чтобы изучить людей, и поэтому я понимаю, что они собой представляют. Этот мужчина – нехороший человек, но притворяется всем другом. Он из тех, кто готов убивать ради цели, но в лицо вам будет улыбаться. Сейчас магазин принадлежит вам – не дайте ему попасть в недобрые руки.

И снова командирский тон! Пора бы объяснить Рейфу, что я и сама могу принимать решения. Я ему не какой-нибудь вампир на побегушках.

– Речь о магазине рукоделия, а не о складе ядерного оружия. Стоит обдумать все варианты. – Я повернулась к бабушке и задала давно волнующий меня вопрос: – Почему ты завещала магазин мне, а не маме?

Бабушка улыбнулась:

– Твоя мама – моя дочь, и я ее люблю. Однако исторические раскопки интересуют ее куда больше, чем «Кардинал Клубокси». Она скорее улетит на Луну, чем займется магазином рукоделия. А насчет тебя… Я всегда знала, что тебе здесь самое место.

Бабушка сказала это так уверенно – а я совершенно не знала, чего хочу от жизни! У меня никогда даже в мыслях не было заведовать магазином рукоделия. Мне не хотелось расстраивать бабушку, но и промолчать я не могла.

– Бабушка, я не думаю, что подхожу для такой работы.

Бабушка погладила меня по руке прохладной ладонью.

– Милая моя девочка, в этом твое предназначение. Ты ведьма из выдающегося, известного рода. Отказаться от судьбы для тебя…

– Все равно что улететь на Луну? – закончила я.

– Именно, – рассмеялась бабушка.

– Я даже не умею колдовать! – Промолчу уж о том, что я не буду всерьез воспринимать советы насчет карьеры от новорожденного вампира. – Разве не должны были проявиться хоть какие-то признаки?

Бабушка погрустнела.

– Представь, что ты прирожденная певица, но стоит тебе пропеть хоть одну ноту, как тебя начинают критиковать и ругать. Чем бы все кончилось?

На меня, словно туман над утренним лугом, начали наползать воспоминания. Те разы, когда я говорила маме о своих вещих снах, а она отвечала, что я все придумываю. Иногда я чувствовала нечто необычное и пыталась объяснить это маме – она лишь просила меня не маяться ерундой.

– Я бы очень тихо пела в душе, – ответила я.

– Именно. Твой голос бы остался слабым и нетренированным. Твои родители хорошие люди, но они подавляли эту часть тебя, словно пытаясь погасить магию. Теперь же ты свободна, и тебя поддерживают. Твои силы так и просят, чтобы ими начали пользоваться. Нюкта это чувствует, а ты? Были ли другие признаки, кроме светящегося кольца?

– Ну… когда я злилась, из кончиков моих пальцев выстреливали молнии.

– Отлично. Все, что тебе нужно, – это практика. Я сохранила для тебя гримуар – семейную книгу заклинаний. Там есть все, что тебе следует изучить.

– Спасибо, бабушка. Вот только одна крошечная проблема…

Бабушка кивнула.

– Знаю, ты хочешь спросить о защитном заклинании. Пока не поймешь, как его снять, книгу не откроешь.

– Хм, тогда у нас две крошечные проблемы. Мне нужно снять заклинание, а еще куда-то пропала сама книга.

К нам,