Валгалла I. Дорога славы - Андрей Андреевич Красников

Мгновенно осознав все перспективы прямого конфликта с подобными врагами, я отскочил назад, метнулся ко входу в главное здание, проскользнул через гостеприимно распахнутую дверь и затаился. Сквозь щелочку между кривыми досками было видно, как грызуны дружной стайкой выбежали на открытое пространство, но дальше этого дело не пошло — покрутившись на одном месте и убедившись, что враг исчез, крысы неохотно вернулись домой.

У меня в голове промелькнуло желание забаррикадировать постройку, облить ее чем-нибудь горючим и сжечь, получив тем самым тонны опыта, но здравый смысл оказался сильнее — с огромным сожалением отбросив заманчивую, но абсолютно не реализуемую на практике мысль, я обошел маленький круглый зал, выглянул наружу через крохотную бойницу, после чего начал осторожно подниматься по тонкой винтовой лестнице.

Второй этаж маяка когда-то был жилым — забравшись туда, я увидел голую кровать, покосившийся шкаф и небольшой стол, на котором сиротливо валялась какая-то тетрадка. Раскрыв ее, я обнаружил непонятные записи, но попытка их расшифровать завершилась провалом — оказавшись в моих пальцах, рукопись тут же утратила целостность и осыпалась на пол мелкой бумажной трухой.

— Блин…

[Куда ты лезешь, тупой краб, там же восприятие нормальное нужно!]

— Да понял я, понял, отстань…

Следующие два яруса не принесли ничего интересного — здесь валялись остатки давно сгнивших припасов и откровенно ветхие инструменты. На всякий случай я внимательно рассмотрел каждую из железок, но никаких сокровищ среди них не обнаружилось. Почему-то.

Верхняя часть башенки оказалась гораздо более интересной — помимо здоровенной бочки с давным-давно зачерствевшей смолой, здесь нашелся десяток факелов, а также широкая жаровня, в которой можно было хоть сейчас развести сигнальный огонь. Все это быстро вернуло меня к мысли о том, чтобы сжечь обитавших в сарае крыс, но реализация этого плана все еще вызывала определенные сомнения — в первую очередь потому, что я не представлял, каким образом можно заставить высокоуровневых мобов сидеть на одном месте и спокойно умирать.

Прогулявшись вокруг жаровни и насладившись видами беспокойного моря, я неожиданно заметил валявшуюся рядом с бочкой записку. В отличие от тетрадки, здесь кое-какие буквы все же читались.

[Сегодня ут… бо…ой корабль с…… рифы. Направление 4–18 запад. Нужно в… лодк. и про…ить. 4–18 за…д.]

— Так-так-так. Ребята, трансляцию на время закрою, но минут через десять вернусь. Не скучайте.

Беглый взгляд на меню игрового персонажа подтвердил то, о чем я и сам уже догадался — мне удалось-таки поймать один из квестов текущей локации. А его детальное описание полностью снимало все возможные вопросы.

[Смотритель заброшенного маяка оставил записку, в которой говорится о месте возможного кораблекрушения. Вы можете отправиться на поиски, используя найденную подсказку. Разберитесь, что означают цифры [4–18 запад] и проложите верный курс.]

Так как записка явно относилась к тем благословенным временам, когда никакой мировой катастрофы еще не существовало в природе, то прямо сейчас место крушения ушло метров на десять под воду и разворовать пострадавший корабль не представлялось возможным. Тем не менее, обнаружить верный азимут и сделать соответствующие пометки на карте было бы очень правильно.

Я еще раз обошел зал, внимательно рассмотрел каждую деталь обстановки, после чего обратил внимание на лежавшую рядом с бочкой треногу. Там же валялось грязное ведро и остатки двух факелов, но именно тренога показалась мне наиболее перспективной. Правда, когда я вытащил ее из кучи хлама, то не увидел ничего, что могло бы дать существенную подсказку.

— Гадство.

Чувствуя нездоровый азарт, я принялся копаться во всем подряд, вытаскивать на свет божий самый что ни на есть хлам и по третьему кругу изучать жаровню, однако разгадка пришла только после того, как я сообразил вернуться на жилой этаж и проверить ящики стоявшего там шкафа. Второй составляющей ребуса оказалась круглая металлическая пластина с идущими по краям цифрами и центральным отверстием, благодаря которому находку удалось водрузить на треногу. В итоге у меня получилась устойчивая, но совершенно бесполезная конструкция.

— Ладно, блин…

Для того чтобы окончательно выполнить гребаный квест, мне пришлось обыскать всю башню, вспомнить, что на предпоследнем ярусе находится узенькая галерея, выбраться на нее через незаметную дверцу и лишь после этого наконец-то состыковать все детали головоломки. Галерея оказалась снабжена площадкой для наблюдений, там обнаружился специальный крепеж для треноги, а также набор металлических реек с названиями сторон света. Я кое-как собрал все это воедино, обнаружил возле направляющей с пометкой «запад» нужные цифры, переложил на них длинную блестящую спицу — и получил-таки новое сообщение.

[На вашей карте отмечен верный путь к месту кораблекрушения. Держите эти сведения в тайне, если хотите добраться туда первым.]

— Само собой, само собой…

Запомнив, что светить картой на стримах теперь нельзя и установив соответствующее ограничение в настройках, я сбросил с обрыва все части головоломки, потом уничтожил записку и с чувством выполненного долга вновь подрубил трансляцию.

— Извините, мужики, повозиться пришлось. Но теперь точно идем в лес.

Счетчик зрителей показывал твердый и непреклонный ноль, однако я не стал придавать этому особого значения, рассудив, что желающие понаблюдать за исследованием дикого острова все равно найдутся. Собственно говоря, так и вышло — пока я спускался на землю и топал к границе леса, добрая половина аудитории успела прибежать обратно.

Неподалеку от маяка смыкались сразу три природные зоны — заросший короткой травой берег упирался в нагромождения массивных скал, а снизу это все подпирала темная и неприветливая чаща. Живности рядом видно не было, однако с гор спускались несколько ручейков, быстро сливавшихся в один поток, уходивший в сторону далекого озера. Сообразив, что идти вдоль него будет проще всего, я глянул по сторонам, проверил наличие мантии, а затем отважно двинулся вперед.

[Жрите его! Жрите его полностью!]

— Спасибо за поддержку, она воистину бесценна…

Первые несколько минут я спокойно шел по мягкому толстому мху, пугливо прислушиваясь к долетающим отовсюду шорохам и косясь на текущий рядом ручей. Агрессивных мобов поблизости все еще не было и это очень сильно меня нервировало — создавалось впечатление, что высокоуровневая локация попросту заманивала неосторожного путника в свои объятия, готовясь нанести внезапный и сокрушительный удар. Еще через какое-то время мои подозрения частично оправдались — ручеек неожиданно превратился в широкую заводь, на берегу которой обнаружился упитанный мохнатый бобр. Деловито копошившийся около поваленного деревца зверь ничего не заметил, статусная надпись над ним не проявилась, однако я вполне обоснованно подозревал, что этот враг Клещу не по силам.