Лесные твари - Андрей Плеханов

Прошла неделя. А потом еще одна. Две недели прошло с тех пор, как жуткое существо по имени Король Крыс сбежало из лаборатории. Две недели Демид жил в постоянном ожидании. В каждом шорохе за спиной чудилось ему царапанье убийственных когтей, в каждом детском крике с улицы слышался предсмертный визг очередной жертвы, и каждый звонок в дверь заставлял вздрагивать – казалось, открой он сейчас, и на пороге появится знакомая оскаленная морда.

«Привет, Защитничек. Ты ждал меня?..»

Но ничего не происходило. Даже стало как-то спокойнее. Наступила летняя жара, и разморенные зноем горожане лениво передвигались по улицам, вяло реагируя на происходящее вокруг. Демин «жигуль» в очередной раз забарахлил, и Дема бросил его на стоянке – самому неохота было чинить, а на сервис денег не было. Лека перестала ходить к своему психотерапевту – и ничего страшного не произошло. Стала больше сидеть дома, даже обед иногда готовила. Дурной сон ей больше не снился. Друзья все поразъехались – кто на дачу, кто на юг. Звали Демида в поход на байдарках, но он лениво отнекивался – Занят, мол. Подходящие иностранцы на горизонте не маячили – все больше туристы, старички и дамочки в жеваных шортах слезали с теплоходов и любопытными стайками шлялись по улицам. Какое им дело было до Деминой мясной линии? Даже внутренний голос Демида не подавал признаков жизни – может быть, ушел в летний отпуск, а может, решил, что и так слишком много наболтал во время последнего откровенного разговора.

Все было мирно, обычно и обыденно. Если не считать нескольких странных убийств в городе. Но мало ли всяких гадостей происходит в городе, где живет полтора миллиона человек? Всегда найдется придурок, который пырнет ножом какую-нибудь дамочку в темном переулке и позаимствует у нее золотые сережки вместе с ушами. Или негодяй, который натравит собаку на спящего бомжа – да так, что целыми останутся только ботинки. Или наркоман, который намалюет чужой кровью на стене изображение паука.

В городе было душно.

Демид ждал. Ему хотелось верить, что все плохое уже прошло, но он знал, что САМОЕ плохое еще и не начиналось. Он ждал, а что еще ему оставалось делать?

* * *

– Товарищ Коробов здесь проживает?

– Да, – сказал Демид.

– Коробов Демид Петрович? Это вы будете?

– Я. Буду.

– Распишитесь в получении повестки.

Молодой румяный парнишка в милицейской форме протянул листочек, и Демид дисциплинированно изобразил загогулину в графе против своей фамилии.

Когда его в последний раз вызывали к следователю? Лет пять назад. Тогда Дема был помоложе и еще не так заботился о своей репутации. Он светился во всякого рода авантюрах – и если не в качестве обвиняемого, то в качестве свидетеля всегда можно было его привлечь. Впрочем, как всегда, без особых последствий. Демид умел заметать следы.

«Что такого на этот раз?»

Пару-тройку незаконных делишек можно было навесить на Демида и сейчас. Текущих делишек. Но на вызов к следователю они никак не тянули. Разве что на разборки с налоговой полицией. А вернее всего, на пару пузырей коньяку нужному человеку. Не более того.

– А по какому поводу меня... Вы не в курсе?

Мент с удивлением поглядел на Коробова. Вместо испуга на физиономии товарища Коробова светилось здоровое любопытство. Демид выглядел подозрительно, доброжелательно и даже добропорядочно. Он смотрел на милиционера с такой милой улыбкой, что милиционеру захотелось немедленно нацепить на Демида наручники, а может быть, и угостить дубинкой по спине.

– Завтра объяснят. В одиннадцать ноль-ноль – к следователю Фоминых. За неявку – сами понимаете...

Служивый козырнул и удалился. Демид стоял и задумчиво смотрел ему вслед.

* * *

В десять пятьдесят девять Демид бодрым шагом вошел в городское управление внутренних дел. Однако обнаружилась определенная неувязка. К кабинету, номер которого был указан в повестке Демида, выстроилась небольшая очередь. Трое человек не самого благопристойного вида подпирали шершавую тусклую стену, лет десять назад крашенную желтой краской. Еще двое сидели на корточках. Ни стульев, ни скамеек в коридоре почему-то не полагалось.

Дема прошествовал мимо них без задержки и решительно взялся за ручку двери кабинета.

– Э-э, браток... – Кто-то схватил его за руку. – Ты что-то резвый, однако. Тут очередь...

– Гражданин! – Демид глянул со всей строгостью. – Что вы себе позволяете?! Какой я вам браток? Руку уберите, пожалуйста! Я при исполнении, понимаете, а вы тут рукою!..

– А, пардон... – Парень слегка усох при слове «гражданин» – но сдаваться не собирался. – А при какой должности, так сказать, состоите? Потому что я здесь уже два часа порог обиваю. Попасть внутря не могу. Развели бюрократию... Да еще вы без очереди. Откуда я знаю?..

– Разберемся, – отрезал Демид. – Я – гимнокалициум [Латинское название рода кактуса]. На общественных началах. Так что сейчас разберемся. Разрешите...

Он вошел внутрь и захлопнул за собой дверь. Отрезал себе путь к отступлению.

Впрочем, в кабинете была только одна женщина. Стройная и даже симпатичная женщина лет сорока в белой блузочке и синей форменной юбке. Она, как и полагалось всякой машинистке, бодро лупила по клавишам электрической печатной машинки и одновременно курила сигарету.

– Куда рветесь? – Она посмотрела на Демида, словно на таракана. – Я же русским языком сказала – вызову! Ждать в коридоре! Всех вызову согласно повестке.

– В таком случае, – Дема сделал еще шаг вперед, – меня должны были вызвать уже четыре минуты назад. Потому что сейчас – одиннадцать часов четыре минуты. Не подумайте, что я скандалист и формалист. Просто я ценю свое время. Никакого криминала на мне не висит. И если я немедленно не увижу следователя Фоминых, то сам больше сюда не приду. Если вы хотите предъявить мне обвинение или привлечь в качестве свидетеля...

– Подождите, подождите... – Женщина что-то искала в бумагах, аккуратно пришпиленных друг к дружке скрепками. – Вы что, Коробов Демид Петрович?

– Он самый.

– Садитесь. – Женщина показала на стул напротив.

– А следователь?..

– Следователь – это я. Фоминых Ольга Игоревна. Присаживайтесь.

– На сколько лет присяду-то, начальник? – проворчал Дема, скрипя стулом.

– Демид Петрович, ну зачем же вы так? Ну зачем вы криминальную терминологию применяете?.. Вы же не из этих... – Она кивнула на дверь. – Вы интеллигентный человек, ученый. И никакого обвинения мы вам выдвигать не собираемся. А, наоборот, хотели бы проконсультироваться с вами по некоторым узкоспециальным вопросам. Привлечь, так сказать, в качестве помощника на добровольных началах...