Богиня любви - Филис Кристина Каст

— Вот именно, — кивнула Венера.

— Тот мужчина просто таращится на нас! — взволнованно шепнула Пия богине любви.

— Да, так оно и есть. А ты оглядись по сторонам, дорогая! Каждый мужчина смотрит на нас.

Венера наклонилась поближе к Пие и добавила с низким смешком:

— Причем именно на нас. Ты выглядишь сексуальной, уверенной в себе и прекрасной, и все это видят.

Пия глянула на Венеру огромными ошеломленными глазами. Потом посмотрела вокруг.

— Ох, безупречная задница Ареса, ты ведь права! — сказала она.

Смех Венеры привлек к ним еще больше взглядов.

— Ох нет! Не стоит подражать моей привычке вечно ругаться! Персефона сказала бы, что я плохо на тебя влияю.

Однако богиня любви произнесла это с улыбкой. Она так гордилась Пией! Они ведь не просто прошлись по торговой зоне — они словно перешли из одного мира в другой. Пия перешла в другой мир. Во время этой прогулки уверенность девушки в себе росла буквально на глазах. Маленькая смертная небрежным жестом отбросила за спину прелестную гриву волос и вскинула подбородок, шагая рядом с Венерой, воздавая мерой за меру. Венера была в восхищении. А ужин еще больше укрепил новорожденную уверенность Пии. Официант был молод и ужасно красив. Он лебезил перед ними — перед ними обеими, — а мужчина, сидевший у бара, послал им бутылочку очень хорошего вина. В общем и целом весь день послужил отличной поддержкой для самооценки смертной.

А теперь они вернулись к столу в уютной кухоньке Пии, позволив себе то, что, как весело подумала Венера, стало уже чем-то вроде прекрасной новой традиции — то есть по чашечке прекрасного горячего шоколада; они болтали, как старые подруги, только сегодня Пия не была одета в ту хитроумную штуковину, которую называла пижамой. Сейчас на ней была нежно-розовая ночная рубашка, купленная по настоянию Венеры в бельевом отделе «Сакса», и парный к ней пеньюар. Волосы девушки падали на плечи крупными блестящими локонами, лицо разгорелось от волнения и от вина, выпитого за ужином, и Венера подумала, что Пию теперь легко принять за настоящую богиню. Доброты, решила Венера. Пия могла бы стать богиней доброты...

— Как ты думаешь, он будет там завтра? — спросила Пия, прервав размышления Венеры.

— Он?..

— Гриффин.

Венера вздрогнула, услыхав это имя, но постаралась скрыть волнение.

— Там?..

— На углу той улицы. Ты меня не слушаешь.

Венера улыбнулась.

— Извини, я задумалась о том, как ты прекрасно выглядишь.

Пия ответила радостной усмешкой.

— Но я понятия не имею, будет он там завтра или нет. Пия, дорогая, перекресток шумных улиц — не то место, где ты могла бы соблазнить его.

— Но я и не собираюсь его соблазнять! — пискнула девушка.

— Конечно собираешься. Ты просто не будешь делать это на углу улицы.

Венера на миг задумалась, почему ее так взволновало одно лишь упоминание имени этого мужчины. Это в любом случае глупо. Даже если бы Пия не была опьянена им, прошли многие века с тех пор, как Венера позволяла себе увлечься смертным. Вообще-то прошли века с тех пор, как она вообще хоть кем-то увлекалась...

— Венера?

— Извини, Пия. Что-то я слишком рассеянна. Что ты говорила?

— Я говорю, как же я могу соблазнить... — Пия замолчала и хихикнула при слове «соблазнить», как будто ее потрясло то, что она вообще задумалась о соблазнении какого-то мужчины. — Гриффина, если я его совсем не вижу?

— Предоставь это мне, — ответила Венера.

— Но ты ведь не собираешься устроить что-нибудь вроде пожара, а?

Венера повела бровями.

— Любовь и начинается как пожар.

— Но пообещай, что не сожжешь дотла мой дом!

— Мне бы и в голову не пришло поджигать такой восхитительный дом!

— И соседские дома тоже.

Венера очаровательно надула губки.

— Идея вообще-то вполне логичная, но представь, я думала о чем-то совсем другом.

— Надеюсь.

Пия зевнула и посмотрела на часы.

— Ох боже мой! Уже почти полночь! Мне же нужно завтра утром на работу!

Она встревоженно нахмурилась.

— А что ты будешь делать, когда я уйду?

— Заниматься исследованием, — без колебаний ответила богиня любви.

— Исследованием?

Венера кивнула.

— У тебя ведь есть компьютер, да?

— Конечно, но как...

Венера отмахнулась от ее вопроса.

— Персефона мне все объяснила. Компьютеры сродни магии. Она сказала, что с их помощью можно узнать все, что нужно, о современных смертных, в особенности если воспользоваться некоей специфической магией под названием Google.

Пия рассмеялась.

— Ладно, никаких проблем. Завтра до ухода на работу я дам тебе небольшой урок компьютерной грамоты.

— А что у тебя за работа, Пия?

— Ну, вообще-то я недавно стала старшим промоутером. Я самый молодой руководитель в нашем колледже. Я отвечаю за учебные планы в департаменте образования для взрослых.

Пия подумала секунду-другую и добавила:

— Наверное, можно сказать, что я решаю, какого рода курсы мы можем предложить взрослым студентам, чтобы они могли научиться чему-то новому и расширить границы своих возможностей.

— Похоже, это огромная ответственность.

— Да, так оно и есть, и завтра у меня будет длинный день. Я должна побеседовать с преподавателями о нескольких новых курсах, которые мы хотим предложить учащимся этим летом.

— Тогда тебе надо хорошо отдохнуть.

Женщины тепло пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по спальням. Пия подумала, не доставить ли снова себе удовольствие, но решила, что слишком устала для этого, и погрузилась в сон почти в то же мгновение, как голова коснулась подушки.

Как ни забавно, но Венера и не думала о том, чтобы доставить себе наслаждение. Вместо того она долго лежала без сна, а когда наконец заснула, сон ее был беспокойным и она видела огонь и синеглазого, темноволосого смертного.

Вулкан старался забыть о нити, открывавшей окно в мир смертных — окно к Пие, — и даже преуспел в этом, забыв больше, чем на целый день. Но наконец его ум так переполнился мыслями о маленькой смертной, что он был не в силах терпеть. Вулкан снова вызвал нить и уставился в огненную колонну. У него перехватило дыхание, пробудились дремавшие до сих пор чувства.

Она просто сияла! Вулкан наблюдал, как Пия шла рядом с Венерой через парковку возле торговой зоны, горделивая, грациозная, уверенная в себе. Теперь Пия выглядела как та женщина, в которую она превратилась накануне вечером, когда начала танцевать. А ее одежда, волосы! Пия изменилась и в то же время нет. Она была все той же Пией. Все тем же нежным, особенным существом, к которому он так внезапно исполнился желанием и страстью. Но в ней появилось и что-то еще. Это сделала Венера; она приложила к Пие свою магию.