Проклятие старых могил - Анна Устинова

Она задумалась. Я, кажется, понимал ее сомнения: и на кладбище идти не хочется, и показать, что она боится, – тоже.

– Я пойду, – наконец тихо откликнулась она. – Но мы с Пирсом останемся у ограды и станем внимательно за вами следить. А на площадке я просто с ума сойду. Потому что, если с вами что-то произойдет, я этого не увижу и не смогу вам помочь.

– Логично, – кивнул Макси-Кот.

И мы направились к воротам старинного кладбища. Они, как всегда, были открыты. Миновав их, мы оказались в городе мертвых. Это ощутил даже Пирс. Перестав натягивать поводок и рваться вперед, он чинно засеменил у ног Жанны.

Сейчас запустение тут чувствовалось даже сильнее обычного. Пахло прелой прошлогодней листвой, толстым слоем покрывшей все могилы. На этом рыже-черном покрове лежали острова снега – последнее воспоминание о минувшей зиме. Кусты и деревья, будто в немой мольбе, простирали к небу голые черные ветви. А между ними белели, желтели, чернели старые-старые памятники, надгробия, склепы. До того старые, что у многих из покоившихся тут не осталось даже дальних потомков и за могилами никто не ухаживал. Старинный, всеми забытый город мертвых…

Свернув на боковую аллею, мы гуськом двинулись к стройке. Кусты тут достигали таких размеров, что проход сделался очень узким, и, даже следуя один за другим, мы постоянно цеплялись за колючки и ветви. Не очень приятное ощущение, пусть и при свете белого дня. Будто души умерших решили оставить вас при себе.

Однако мы шли и шли, пока не уперлись в кованую ограду, отделявшую кладбище от мира живых, а с этой стороны еще и от стройки. Видимо, поэтому забор тут возводить не стали, лишь протянули по верху ограды колючую проволоку. Но, как и все временное, сделали это очень небрежно, и непреодолимого препятствия не получилось.

Пройдя еще немного вдоль ограды, мы обнаружили место, где, без всякого сомнения, кто-то недавно перелезал. Кусты вокруг изрядно примяты, на колючую проволоку накидан толстый слой картона.

– Кажется, здесь ступала нога Волобуя, – задумчиво пробормотал Макси-Кот.

– И мы пойдем его путем, – добавил я.

– Вы осторожнее там, попутчики, – напутствовала нас Жанна.

Проявить осторожность и впрямь не мешало. Котлован в этом месте подходил вплотную к ограде, и свалиться вниз ничего не стоило. Достаточно одного неверного шага.

Перво-наперво мы с Котом внимательно оглядели стройплощадку, которая с этой точки просматривалась достаточно хорошо. Абсолютно безжизненный пейзаж. Ни Волобуя, ни рабочих, ни даже ворон.

– Ну? Полезли? – спросил меня Кот.

– Полезли, – кивнул я.

Днем стройплощадка выглядела вполне обыденно. На мой взгляд, там было даже приятнее, чем на кладбище. Пользуясь волобуевскими картонками, я, заглянув по пути с самой высокой точки в котлован, перебрался на другую сторону. На дне тоже не оказалось ни одного живого существа. И вообще ничего не оказалось, кроме лестницы, которую так никто и не удосужился унести. Я невольно отметил про себя, что если мы сейчас вдруг сорвемся вниз и при этом останемся целы, то, по крайней мере, сможем легко выбраться на поверхность.

Но мы не сорвались. Крепко цепляясь за ограду, я и Кот преодолели самый опасный участок пути. Дальше кромка котлована стала гораздо шире, и мы смогли спокойно оглядеться. Правда, результатов это не принесло. Следов присутствия Волобуя нам больше не попадалось.

– Слушай, может, он пролез, покопался, ничего не нашел и уперся обратно? – посмотрел я на Макси-Кота.

– Чересчур быстро для нашего бизнесмена, – хмыкнул Макс. – Да он бы продолжал копаться, пока весь холм не срыл.

– А если его прогнали? – я не сбрасывал со счетов и такой вариант.

– Вот это вполне вероятно, – на сей раз поддержал меня Макси-Кот. – Но, по-моему, сюда, кроме нас и Волобуя, никто не ходит.

– Но доски-то к забору приколотили, – напомнил я.

– Совершенно забыл, – хлопнул себя по лбу Макс. – Значит, ходят. Ладно, Фома, все равно давай для очистки совести любимый Толянов холмик осмотрим и вернемся к Жанке.

– Давай. Только в темпе, – согласился я.

Но в темпе не получилось. Потому что у подножия холма мы почти сразу же обнаружили раскиданные вороньи перья, а среди них – поблескивающие на весеннем солнышке два найденных Волобуем золотых зуба.

То, что это именно Толянов трофей, который он так настойчиво навязывал мне в обмен на монету, мы с Котом поняли сразу. Валявшиеся на земле коронки были тщательно начищены.

– А ведь беда, – на полном серьезе изрек Макс.

Я кивнул. Теперь было окончательно ясно: вороны спикировали именно на Толяна и отобрали у него трофей. Судя по множеству перьев, Волобуй оказал яростное сопротивление, но, видимо, силы были неравными.

– Где же он сам-то? – Подобрав коронки, я начал озираться по сторонам.

Однако Волобуя, ни живого, ни мертвого, не наблюдалось. А ведь мы с Максом продолжали поиски и дошли до самых вагончиков. Попадаться на глаза строителям было опасно, и мы повернули назад к земляному холму.

– Думаю, Толяну хоть и с большими потерями, но все-таки удалось удрать, – предположил Макси-Кот.

– А что с потерями будем делать? – вытянул я ладонь, на которой лежали две золотые коронки.

– Закопаем, – решительно произнес Макси-Кот. – Они же тут чьи-то, – и он указал на землю. – Нельзя, чтобы их снова кто-нибудь прикарманил.

– А мой медный пятак? – внезапно задумался я. – Может, его тоже закопать?

– Излишне, – возразил Макс. – Это не из могил. Деньги христиане покойникам в гроб никогда не клали. Прошу не путать с египетскими фараонами. Вот их со всем барахлом хоронили. А твою, Фома, монетку наверняка просто в незапамятные времена кто-то потерял. Возможно, на этом месте тогда еще и кладбища не было. В общем, оставь на память.

Выкопав щепкой ямку, мы зарыли то, что по праву давно уже принадлежало этой земле.

– Ну, все, – Макс направился обратно к кладбищенской ограде.

Я пошел следом. Вскоре нам снова пришлось с риском для жизни перелезать через колючую проволоку. На территории кладбища нас терпеливо ждали Жанна и Пирс.

– Ну что? – немедленно спросила она.

– Пока неясно, – откликнулся я.

– Вороны и впрямь на Толяна напали, – объяснил Макси-Кот. – Но его самого там нет.

– Одни вороньи перья, да еще эти проклятые золотые коронки, – уточнил я.

– Тогда пошли домой и позвоним его матери, – сказала Жанна. – Может, он уже спокойно дома сидит.

– Боюсь, все не так просто, – не разделял ее оптимизма Макс. – Если бы с Толяном был хоть относительный порядок, он бы давно вернулся искать утраченное.

– Может, он еще просто не обнаружил пропажи, – сказал я. – Знаешь, после такого шока…