Проклятие старых могил - Анна Устинова

– Макс, – уже серьезно произнес я, – что нам делать на ночь с венком?

– А? С чем? – не сразу переключился Кот.

– Да с венком, с венком? – заорал я. – Может, ты хочешь с ним еще одну ночь в одной комнате провести, а я нет!

До Макса наконец доперло. Только что веселая его физиономия вмиг помрачнела, и он растерянно промямлил:

– Да я, Фома, знаешь, тоже не очень хочу.

– Вот и давай сообразим, куда его спрятать, – продолжал я. – Если дождемся возвращения предков, будет поздно.

– Куда же мы с тобой его денем? – принялся мыслить вслух Макс. – Слушай, а, может, в эту комнату?

– И куда ты предлагаешь его здесь пристроить? – не понял я.

– Да хоть под диван, – спокойно ответил Кот.

– Ага. И мать мигом его найдет. Ей в любой момент может вздуматься пропылесосить квартиру.

– Ну, не сегодня же вечером после работы, – удивился Макс.

– Это ты так думаешь, а моей родительнице если вдруг покажется пыльно, она ночью способна пропылесосить.

– Да-а, – почесал затылок Макси-Кот. – Тогда давай думать, какие у вас в квартире есть места, куда твои предки реже всего заглядывают.

Я крепко задумался. Выходил прямо заколдованный круг. Туда, куда редко лазила мать, часто лазил предок. Например, во встроенные шкафы, где у него лежали разные инструменты или всякие полировочные пасты для машины. Наконец я допер. Антресоль! Мать туда суется только во время генеральных уборок. Значит, до ближайших выходных не полезет. А дальше посмотрим.

– Порядок, – с гордостью произнес я вслух. – Несем на антресоль.

Тут вернулась Жанна.

– Поели?

– Не только, – откликнулись мы с Котом.

– Что, Волобую дозвонились? – спросила она.

– Это как раз нет, – покачал головой Макси-Кот. – Зато выработали некоторые меры безопасности на сегодняшнюю ночь.

И мы поделились с нею своими планами.

– Так и впрямь будет лучше, – согласилась она.

В общем, мы залезли на антресоли, где обнаружилась огромная кастрюля, покрытая темно-зеленой эмалью в белую крапинку, которая жила с нами еще в коммунальной квартире на Садовой-Каретной и, кажется, принадлежала моей прабабушке. Я даже не знал, что мы перевезли ее сюда с собой. Наверное, для мамы это какая-нибудь память детства.

Сейчас память детства пришлась нам очень кстати. Венок поместился в кастрюлю даже вместе с пакетом. Я чуть подумал и прикрыл его сверху крышкой. Затем, тщательно защелкнув на задвижки обе створки антресолей, спустился вниз и сложил стремянку.

– Ну, кажется, заблокировали.

– Плюнь через левое плечо, Федор, – без тени юмора порекомендовала Жанна.

Я послушался.

– И по дереву на всякий случай постучи, – дала она еще один совет.

Я и это проделал. И Макси-Кот тоже. Когда по ночам начинает являться такое, еще и не то сделаешь.

– Давайте-ка еще раз попытаемся позвонить Волобую, – сказала Жанна.

Мы пошли и позвонили. С прежним, между прочим, результатом. К телефону никто не подошел.

– С другой стороны, – задумчиво начал Макси-Кот, – если бы Волобуй так и не объявился дома, его мать наверняка бы нам уже телефон оборвала.

– Это точно, – согласился я.

В прошлый раз, когда Толян влип в одну историю, его мать по нескольку раз на дню обзванивала всех одноклассников.

– Поэтому предлагаю хоть немного абстрагироваться, – продолжал Макси-Кот. – Каникулы у нас, в конце концов, или нет?

– Странные каникулы, – уточнила Жанна.

– Так сделаем их нормальными! – воскликнул Макс.

– Ничего не имею против, – Жанна даже повеселела.

Однако абстрагироваться нам не дали. Мало того, Макси-Кот даже не успел объяснить нам, какие в его изобретательном мозгу зародились планы. Только он разинул рот, чтобы это сделать, раздался звонок телефона. Я с нехорошим предчувствием сорвал трубку, не сомневаясь, что сейчас услышу голос матери Волобуя. Однако я немного ошибся. На мое «слушаю» откликнулся голос нашего одноклассника и друга Славки Кирьяна:

– Здорово, Фома! Новость слышал? Отпад!

– Смотря какую, – я придерживался мнения, что за последнее время на нас свалилось чересчур много новостей. – Про стройплощадку, что ли?

– Ах, уже знаешь. – В Славкином голосе прозвучало разочарование. – Кто тебе сказал?

– Волобуй, естественно, – ответил я. – Кто еще у нас в такие места лазает?

– Неужели из больницы звонил? – Разочарование в голосе Кирьяна сменилось крайним недоумением.

– Из какой больницы? – перехватило у меня дыхание.

– Фома, я не понял, – глухо произнес в трубку Кирьян. – Ты в курсе или нет?

– Насчет больницы не в курсе.

– Выходит, ты ничего не знаешь! – возликовал на том конце провода Славка. – Волобуй-то в больнице! Его в палату к Витьку положили. Про Витька-то, надеюсь, знаешь?